Чтение онлайн

Ви позвонила Дину и попросила, чтобы они с Хадсоном забрали нас.

– Простите меня, – сказала я, наклоняясь к опущенному стеклу джипа со стороны Дина.

– Ты шутишь? – спросил Дин. – Это луч света во тьме моего дня. Теперь я рыцарь в сияющих доспехах.

– Раз уж на то пошло, рыцарь я, – вставил Хадсон, – потому что я за рулем.

– Дин, перелезай назад, я поеду впереди, – сказала Ви. – Два парня впереди выглядит до ужасного шовинистически.

– Это же наша машина, – воспротивился Дин.

– Строго говоря, это моя машина, – уточнил Хадсон.

– Мне все равно, чья она, – сказала Ви и показала на Дина. – Вылезай.

– Хорошо, – толкнув дверь джипа, ответил Дин. – Но если я поеду сзади, ты со мной.

– Класс! – воскликнула я. – Я еду спереди!

Когда мы расселись, я посмотрела на Хадсона. Ох уж эти скулы! Боже. Какая жалость, что их обладатель – парень. Если бы у меня не было Ноа, не уверена, что смогла бы заговорить с Хадсоном и при этом не утратить дара речи.

– Спасибо, что стал моим рыцарем, – сказала я ему.

Он улыбнулся.

– Всегда пожалуйста. Если хочешь, могу попробовать завести твою машину от моего аккумулятора. У меня есть прикуриватели.

– О. Спасибо. Но я не хочу, чтобы из-за меня мы опоздали еще больше. Мне и так очень стыдно. Папа предупреждал, что зимой нужно заводить машину каждый день, но мне захотелось побыть бунтаркой.

– Бунтовать против родителей, с которыми даже не живешь?.. А что, мне нравится. – Он снял машину с тормоза, и мы поехали.

– Легче бунтовать, когда никто не видит. Я трусиха.

Он покачал головой.

– А по-моему, ты очень храбрая. Я знаю не так много девушек, которые в шестнадцать лет решились бы жить отдельно.

Я моргнула. Храбрая? Я переехала к Ви, потому что боялась начинать жизнь сначала – ничего общего с храбростью. Но вместо того, чтобы признаться в этом, я расправила плечи.

– Вообще-то, я живу не одна. У меня есть Ви.

– И Зельда, – вставила Ви.

– Какая еще Зельда? – спросила я.

– Разве я не рассказывала тебе о призраке, который живет в нашей духовке?

Я повернулась к ней.

– Нет. Не рассказывала.

– Я-то думаю, что духовка скрипит, потому что она у нас с тысяча девятьсот семьдесят второго года, но мама уверена, что это привидение Зельда.

– В доме кто-то умер или типа того?

– Нет, просто моя мама чокнутая, – ответила Ви. – Ее убедили, что у нас живет привидение. Призрак женщины, которая совершила самоубийство, сунув голову в духовку, как Сильвия Плат [5] . Чушь какая-то, ведь у нас духовка электрическая.

Я не совсем понимала, почему нельзя покончить с собой в электрической духовке, но решила не спрашивать.

– Понятно, – сказала я. – Значит, если тебя не будет дома, а мне захочется общества, я буду разговаривать с Зельдой.

– Почему бы тебе не завести попугая? – спросил Дин. – Он хотя бы сможет отвечать.

Ви стукнула его по колену.

– Почему ты решил, что попугай будет именно самцом?

Дин склонил голову.

– Прости. Она хотя бы сможет отвечать.

Я прищурилась и погрозила пальцем.

– Ну да, конечно! Раз попугай много говорит, значит, он женского пола.

– Храбрая и остроумная, – сказал Хадсон, заставив меня покраснеть. – Ви, где ты ее прятала все это время? – Он посмотрел на меня и улыбнулся.

– В духовке, – одновременно ответили мы с Ви.

Мы подъехали к школе, опоздав на пятнадцать минут.

Дверь была заперта, и нам пришлось звонить в звонок. А если вы звоните в звонок, то вам конец. Мы с позором прошли в канцелярию.

– Вы опоздали, – сказала секретарь, раздавая нам бланки для опоздавших.

– Дорин, мы просим нас простить, – торжественно сказал Дин.

– Это я виновата, – вмешалась я. – У моей машины сдох аккумулятор.

– Похороны состоятся после занятий, – продолжил Дин. – Окажите нам честь своим присутствием.

– В следующий раз я позвоню родителям, – ответила секретарь, еле сдерживая улыбку.

Я пыталась оставаться в образе бесстрашной девчонки, но внутри умирала от страха.

– Простите, простите меня, – сказала я, когда мы вышли из канцелярии.

– Не переживай, – ответил Хадсон.

– Всякое бывает, – сказала мне Ви, помахала рукой и побежала по лестнице на второй этаж.

Дин обнял меня за плечи.

– Я уже говорил и повторю снова: луч света во тьме моего дня. И дальше будет только лучше.

Хадсон закатил глаза, а я рассмеялась.

– Спасибо, что подбросили нас.

Хадсон повернулся ко мне.

– Дай знать, если хочешь, чтобы после школы я помог завести твою машину, – сказал он.

– Спасибо, договорились!

– Обращайся! – бросил Хадсон через плечо, уходя по коридору.

Храбрая, значит? Я выпрямилась и направилась в свой класс

– Ну что, как прошла ночь номер два? – спросила меня Марисса, когда мы встретились после английского и отправились на алгебру (продвинутый курс). – Расскажи мне обо всем.

– Было классно. Мы сварили спагетти. Смотрели телик. Болтали до позднего вечера.

– О-о-о, как я завидую, – со вздохом сказала она.

– Ну, не все так замечательно. Я не заводила машину в воскресенье, и аккумулятор сдох. – Я вовремя прикусила язык, чтобы не рассказать и об утреннем мыльном извержении, стыдясь того, как мало мне удалось сделать правильно с тех пор, как я переехала к Ви. – Ну да ладно. А чем ты занималась?

– Закончила заполнять регистрационную анкету для поездки в Израиль, – ответила она. – Наконец-то.

– Поздравляю!

Марисса подавала заявку на участие в летней программе, которая называлась «Путешествие на озеро Кинерет». Ассоциация летних лагерей, в которые она ездила каждый год, отправляла пятьдесят одиннадцатиклассников в Израиль, оплачивая все расходы. Ее парень Аарон и подруги Шошана и Бриттани тоже подали заявки.