Десять вещей, которые мы сделали…
Шрифт:
Он играл прядью моих волос.
– Давай останемся здесь навсегда.
– Рано или поздно захочется есть, – сказала я.
– Закажем на дом.
– Придется встать, чтобы открыть дверь. – Пальцами руки я изобразила шажки.
– Родители заберут заказ и принесут сюда.
– А школа? – закрывая глаза, спросила я.
– Будем учиться дома.
– Папа наверняка станет гадать, где я.
– Скажем ему, что мы сбежали и поженились.
Я рассмеялась.
– Ты ему нравишься, но не настолько.
Ноа притянул меня еще ближе.
– Можешь себе это представить?
Мое сердце замерло. Я открыла глаза.
– Сбежать и пожениться?
– Да. – Он повернулся ко мне лицом. – Я бы проводил с тобой каждый день. Прямо здесь. На диване.
Меня окутало теплом. Я почувствовала себя защищенной. Любимой. Провела пальцем от его носа к подбородку.
– Я люблю тебя, – сказала я. Часть меня решилась бы на такое. Сбежать и пожениться. Но другая часть… сомневалась, могу ли я полностью довериться кому-то. Можно ли вообще полностью доверять друг другу. Или все отношения обречены на неудачу.
Но я не могла сказать об этом Ноа.
– Знаешь… есть одно «но». Нам всего лишь пятнадцать, – сказала я, пытаясь разрядить атмосферу.
– И что? – Глаза Ноа загорелись. – Я тоже тебя люблю. И мы должны это сделать. Будет весело! И захватывающе!
– И противозаконно. По-моему, чтобы пожениться, нужно быть как минимум восемнадцатилетними. – Я потянулась, подняв руки над головой. – И уж точно придется встать с дивана.
Ноа прижал свою ладонь к моей.
– Ручаюсь, мы сможем уговорить раввина спуститься сюда.
– Не уверена, что хочу выходить замуж в леггинсах. Ладно еще, будь они белыми, но в черных…
– Согласен. – Он поцеловал меня в лоб. – Знаешь, я бы действительно это сделал.
Я прижалась к мягкому флису.
– Я тоже, – пробормотала я, не желая отодвигаться от него.
– Ты не поверишь, что случилось, – произнесла я в ту же секунду, как оказалась в машине Ноа.
Его влажные темные волосы лежали волнами, именно так, как мне больше всего нравилось. На нем были серые джинсы и ярко-желтый пуховик, который выглядел на нем исключительно стильно. Ноа был худощавым и очень комплексовал из-за этого – совершенно напрасно! – поэтому ему нравилось выглядеть больше. Он крепко поцеловал меня в губы.
– Дай угадаю. Ты собираешься соблазнить меня на заднем сиденье?
– Ха-ха-ха, – ответила я. – Нет. Прости, сегодня мне не до секса. У меня слишком сумасшедшая жизнь.
– Ну и ладно, – растерянно и с каплей разочарования сказал Ноа.
– Значит, так. Вчера папа сказал, что мы переезжаем в Кливленд. Кливленд! Конечно, это не так далеко, как Франция, но если серьезно… Что вообще происходит с моими родителями?
Улыбка Ноа мгновенно погасла.
– Ты уезжаешь?
– Думаешь, я смогла бы уехать от тебя? Ни за что. – Я провела пальцем по его колену. – Я никуда не уезжаю.
– Так, значит, они не станут переезжать?
– Нет. Они уедут. Но мне разрешили остаться и жить у Ви!
– У Ви? – Ноа был слегка шокирован.
– Да!
– Ты переедешь к Ви?
– Да!
– А твой отец и Пенни?
– Они уезжают в другой город!
– И оставляют тебя с Ви?.. Надолго?
– До конца учебного года как минимум. Я остаюсь в Уэстпорте!
– Ты остаешься в Уэстпорте… из-за меня?
– Да! – Ну, вроде как да. Это была шутка, но теперь мне не хотелось ранить его чувства. – В первую очередь из-за тебя. И еще из-за Мариссы и школы, и… ну, ты понимаешь. Здесь вся моя жизнь.
Ноа открыл рот.
– Ничего себе…
– Знаю! Я буду жить с Ви!
Он чуть склонил голову набок.
– Эйприл, я знаю, ты считаешь Ви воплощением господа бога…
Что?..
– Нет, не считаю.
– Считаешь. Но она слишком напористая. Уверена, что хочешь жить с ней?
– Да, – огрызнулась я. – Она одна из моих лучших подруг. И вообще, у меня не так уж много вариантов.
– А разве мама Ви не чудачка? – спросил Ноа.
– Нет, она классная, но это совершенно неважно. Потому что тут и начинается самое веселое. Ее не будет дома. Она на некоторое время уедет в Чикаго. А потом в Тампу или еще куда-то там. И папа ничего об этом не знает.
Ноа потрясенно покачал головой.
– Что?!
Я принялась объяснять ему, что к чему.
– Значит, только ты и Ви? – спросил он, когда я закончила.
– Ага.
– Это же… невероятно, – проговорил он, глядя на меня широко распахнутыми зелеными глазами.
– Я знаю.
– Когда твой папа и Пенни уезжают? Когда ты переедешь к Ви?
– Скорее всего, третьего января. В тот же день, когда ты вернешься. – Грустно, что ему приходится уезжать. И хуже всего, что уезжает он на новогодние праздники. Ноа всегда оставлял меня одну на Новый год.
– Это просто какое-то безумие, – обнимая меня одной рукой, сказал Ноа. – Но по-прежнему непонятно, почему сегодня вечером мы не можем заняться сексом у тебя дома.
Я закатила глаза.
– Потому что сегодня я сама не своя. Потому что если родители нас застукают, то заставят меня переехать в Кливленд, и я тебя больше никогда не увижу. И еще потому что через восемь дней в нашем распоряжении будет целый подвал!
Он улыбнулся.
– Целый подвал, говоришь? Значит, мы сможем заняться этим везде, где захотим?
– Да. Но, скорее всего, мы будем делать это в кровати. – Я притянула Ноа к себе за куртку и поцеловала. Его губы были мягкими. Привычными. Я снова поцеловала его, покрепче, но тут же отстранилась. – Но мы все еще можем забраться на заднее сиденье твоей машины. Только никакого секса. И не перед моим домом. Не хочу рисковать.
Ноа взял меня за руку.
– Тогда покатаемся, а потом съедим по гамбургеру?
– Давай сделаем это. Ну, как ты сказал. Люблю тебя! – прощебетала я и послала ему воздушный поцелуй.
– Да-да, ты все время об этом говоришь, – сказал он, и вроде бы это должно было прозвучать как шутка, да вот только не прозвучало.
– Но это так!
Он что, думает, что я откладываю секс потому, что не люблю его?
– Я знаю, что ты любишь меня. – Он покачал головой. – И я тоже тебя люблю.
– Еще восемь дней, и я вся твоя.
Он кивнул и завел машину.
1. Создать два подставных электронных почтовых ящика.