Чтение онлайн

Мы прожили здесь уже почти пять месяцев, но я все еще окончательно не прижилась. Я не знаю, было ли причиной этому то, что все слишком красиво, чтобы быть настоящим, или мне чего-то не хватало.

Или кого-то.

Каждый вечер я прогуливалась вдоль пляжа, прислушиваясь к звуку накатывающих на берег волн, и радовалась тому, что могу ходить, бегать, дышать. И любить. И я размышляла, где же Трент. И как он справляется. Нашел ли он хороший копинг-механизм, помогающий ему исцелиться. После того звонка доктор Штейнер больше ни разу меня не посвящал в это. Я верю, что он передал мои слова. В этом я совершенно не сомневаюсь. Могу только надеяться, что они принесли Тренту хотя бы немного спокойствия.

Но большего я не требовала. У меня нет права на это. Несколько раз я спрашивала у Ливи, слышала ли она что-нибудь о Тренте от Картера. Картер звонил Ливи каждое воскресенье, чтобы узнать, как мы поживаем и как у нее дела в школе. Думаю, Ливи это правда нравится. Словно в ее жизни появился некто вроде отца, чтобы помочь заполнить громадную дыру, оставшуюся после аварии. Возможно, по прошествии некоторого времени, я тоже смогу с ним поговорить. Не знаю...

Однако каждый раз, когда я спрашивала о Тренте, она едва не умоляла меня не ранить его или себя, заново разбередив раны. Конечно, она права. Ливи всегда знает, как лучше.

Я пыталась не думать о Тренте, дальше идущем по жизни, хотя, скорее всего, он так и сделал. Мысли о нем, держащем в объятиях другую, только подкармливали глубокую боль в груди. Мне требуется больше времени, прежде чем я смогу встретиться лицом к лицу с действительностью. А моя любовь к нему...что ж...не уверена, что когда-либо она исчезнет. Я просто пойду дальше, а часть меня всегда будет желать, чтобы он был в моей жизни. Идти дальше... я не делала этого с тех пор, как родители умерли.

Я пошла медленнее, глядя, как солнце скрывается за горизонтом, а последние его лучи танцуют на поверхности тысяч волн. И я благодарила Бога за то, что он дал мне второй шанс.

— Думаю, что это место встречи мне нравится больше ландромата.

От звука этого низкого голоса мое сердце остановилось. Я перестала дышать и резко обернулась, обнаружив синие глаза и копну растрепанных золотисто-русых волос.

Трент стоял передо мной, сунув руки в карманы. Здесь, во плоти.

Я боролась с дыханием, а сердце снова забилось, только теперь его биение было медленным и ритмичным. Мои чувства смешались, и я стояла, замерев, в попытках отделить и понять каждую из эмоций, чтобы с ними справиться. Не подавить их. Больше никакого сдерживания.

Я чувствовала счастье. Счастье, потому что Трент стоял здесь.

Страстное желание. Страстное желание снова ощутить его своей кожей. Чтобы его руки меня защищали, а губы прижимались к моим.

Любовь. Что бы между нами ни произошло, оно было настоящим. Я знаю, что чувства были настоящими. И я люблю его за то, что он предоставил мне возможность их испытать.

Надежду. Надежду, что из этой трагичной истории может вырасти нечто прекрасное.

Страх. Страх, что этого не произойдет.

Прощение...прощение.

— Что ты здесь делаешь? — выдала я, не подумав. Меня трясло.

— Ливи попросила меня приехать.

Ливи. Всегда найдет, чем удивить. Голос Трента был таким тихим и спокойным. Я могла бы просто закрыть глаза и всю ночь слушать, как он вибрирует, отдаваясь в моих ушах, но не делала этого из боязни, что он исчезнет. Так что я уставилась на него, на его приоткрытые губы, на голубизну его глаз, взгляд которых блуждал по моему лицу.

— Я так понимаю, она убедилась, что котят в банкоматы ты не запихиваешь, — наконец, смогла я произнести.

Он усмехнулся, а его глаза сверкнули.

— Нет, думаю, что одной заботой у нее меньше.

Он стоял меньше, чем в пяти футах от меня, в трех шагах от моих рук, а я не могла сократить дистанцию. Я хотела, так сильно. Но это не мое право. Это подтянутое, сильное тело, лицо, улыбка, сердце — за пределами моих мыслей и мечты, ничто из этого мне больше не принадлежит. Кто-то другой будет наслаждаться этим блаженством. Может, уже наслаждается.

— Доктор Штейнер знает, что ты здесь?

Я смотрела, как грудь Трента поднялась и опала от его глубокого вздоха.

— Да, я сказал ему. Больше я от него ничего не скрываю.

— О. — Я крепко себя обняла. — Так как у тебя дела?

Долгий миг он глядел на меня, а потом улыбнулся.

— Хорошо, Кейси. — Последовала пауза. — Но не отлично.

Я почувствовала, как мои брови озабоченно нахмурились.

— Почему? Что не так? Терапия не помогает?

— Что не так?

Брови Трента поднялись, и он сделал два шага вперед, сократив дистанцию между нами, а его руки крепко взяли меня за талию. Я резко вдохнула - близость его тела была одновременно и тревожной, и опьяняющей.

— Не так то, что каждое утро и каждую ночь я лежу в постели, размышляя, почему тебя нет рядом со мной.

Мои ноги начали дрожать.

— Ты знаешь почему, — ответила я тихим, лишенным силы голосом.

Внутри же я кричала, матеря действительность.

— Нет, раньше я знал почему. Но ты освободила меня, Кейси, помнишь?

Я прощаю тебя.Я кивнула и сглотнула. Его рука поднялась, и он погладил меня по щеке подушечкой большого пальца.

— И нигде нет лучшего места, чем рядом с тобой.

Большим пальцем он легонько коснулся моей нижней губы.

Казалось, что я никак не могу выровнять дыхание. Руки тряслись, когда я заправляла за ухо выбившуюся прядь волос.

— А что об этом говорит доктор Штейнер? Это правильно?

— Ох, Кейс. — Губы Трента изогнулись, и он сверкнул самыми глубокими ямочками на щеках, которые я когда-либо видела, от чего мои колени подкосились. — Ничто прежде не было более правильным.

Это всё, что мне нужно было услышать. Я упала в его объятия, а мои губы слились сего в поцелуе.

Хватаясь за него. Чувствуя его. Любя его.

Эпилог.

Легкий бриз раздувал складки платья Шторм, когда они с Дэном фотографировались на фоне океана и заката. Она — самая красивая невеста из всех, прежде мной виденных, а что красит ее еще больше, так это животик. Ребенок должен родиться всего через три месяца, и Мия принялась называть его «Инопланетный Малыш Х». Не знаю, откуда взялась эта фигня. Возможно, от Дэна. Малыш — вторая девочка. Дэн шутит, что он обречен, но думаю, втайне он скучает по чисто женскому обществу. Последнее время в воздухе пляжного дома витает несколько меньше эстрогена, потому что Ливи учится в Нью-Джерси, а я разрываюсь между этим домом, колледжем и квартирой Трента, расположенной в пяти минутах отсюда.