Десятка Лоу
Шрифт:
Когда небо начало темнеть и засвистели первые порывы холодного ночного ветра, я снизила скорость. Генерал покачнулась позади меня. По ее напряженному лицу я поняла, что действие обезболивающего давно прошло.
— Мы не доберемся до Пятой Гавани без топлива, — пояснила я, всматриваясь вперед. — За этим хребтом есть ранчо. Говорят, они пускают к себе проезжих, но это вовсе не значит, что там безопасно, особенно если они узнают, кто ты. Люди не в восторге от Согласия в местах вроде этого.
— Я похожа на идиотку?
Я хмыкнула.
— Читать про пограничные луны в антропологических журналах и жить на одной из них — это очень разные вещи, мэм. И нужно иметь в виду, что есть определенные правила и определенные суеверия, о которых ваши исследователи никогда не напишут.
— Типа чего?
«Типа них».
Я сглотнула ком в горле.
— Просто держи язык за зубами.
Через пару миль во мгле забрезжил слабый свет. По обе стороны колеи землю, как гигантская клетка, покрывала прибитая кольями проволочная сетка.
— Что за тварей разводят на этом ранчо? — донесся голос сквозь гул двигателя.
— Змей.
— Змей?! Что за извращенцы разводят змей?
— Извращенцы, которые поверили в то, что Бюро Землеустройства Согласия сдержит обещание, — ответила я. — Буйвол не живет здесь больше месяца. То же самое с овцами и козами. Людям пришлось узнать это на собственном опыте. Змеи мудрый выбор. Лучше, чем крысы. Мяса достаточно, качественная кожа, а заморышей можно продавать для производства алкоголя. Что касается яда…
— Хорошо, хорошо, — огрызнулась Генерал. — Все ясно.
Дом хозяев был наполовину вкопан в землю для защиты от ветров, его сборные металлические стены пестрели разномастными заплатами. Окна состояли из исцарапанного ветром пластика, сквозь который ничего невозможно рассмотреть, но изнутри пробивался свет.
Я поставила мула рядом с парой мотоплугов.
— Держи, — я сняла один из своих шарфов и протянула Генералу. — Замотай голову. И не показывай своих татуировок, ради бога.
— Преступники мне не указ, — пробормотала Габриэлла, но подчинилась. Когда она слезла с мула, то выглядела как обычный больной недокормленный ребенок, разбуженный после долгой дороги.
Дверь открылась, и к нам выбежал электрический пес, издавая свой односложный лай и светя фонарем. Я подняла руки. Вслед за псом показался крупный силуэт с ружьем наперевес. Прицел горел в темноте недобрым красным глазом.
— Мы хотели купить топлива, — осторожно заявила я.
— И сколько вас? — опасливо поинтересовался собеседник.
— Только я, — я замялась на секунду. — И ребенок.
Мужчина воскликнул: «Скинк!», и электропес потрусил обратно к дому. Теперь я разглядела лицо собеседника: большое, с воспаленной or песка розовой кожей и слезящимися синими глазами над серой бородой.
— Прошу прощения, — проговорил он. — Не знал, что тут ребенок. — Он перевел взгляд на Генерала и скорчил дружелюбную гримасу. — Добрый вечер, малыш!
— Добрый вечер, мистер, — прострекотала девочка. — Я очень хочу кушать.
— Уверен, так и есть, — рассмеялся мужчина. — Меня зовут Дэл Квалькавич. Сейчас дома только я и моя матушка, брат где-то в полях.
— Деси Лоу, — представилась я. — А это моя племянница… — «…Генерал Габриэлла Ортис, Непримиримая, Глава Третьих Малых Сил…»
— Меня зовут Габи, — елейным голоском представилась Генерал. — Приятно познакомиться.
— Мне тоже, милая леди. Так что вы говорите, нужно топливо?
Внутри ранчо нас встретил теплый густой воздух, насыщенный запахами дешевого биотоплива, пережаренного мяса и сохнущих шкур. Почти всю тесную комнату занимал стол на связанных проволокой козлах, заваленный всякой всячиной, которая могла пригодиться в хозяйстве. С потолка свисали десятки змеиных шкур, которые задевали мою шляпу. Вспомнив Аспидов Вальдосты, я невольно вздрогнула.
— Мам, у нас клиенты, — обратился мужчина к неясному силуэту на стуле у печки. — Эта леди и ее маленькая спутница.
Мужчина взглянул на Генерала и вновь расплылся в грустной улыбке:
— Подойди, скажи «привет» моей маме, у нас не часто бывают такие чудесные гости.
Я с опаской следила, как девочка пересекает комнату и останавливается напротив стула.
— Здравствуйте, мадам! — сказала Габриэлла.
Старуха устремила взгляд своих затуманенных катарактой глаз на Генерала.
— Такая здоровая девочка, такая милая! — произнесла она и обернулась, ища в полутьме меня.
— Рада знакомству, мадам, — я встала под лампочкой и сняла шляпу, обнажив бритый череп. Всегда чувствовала себя голой без головного убора.
Женщина нахмурилась:
— А где же остальные?
— Нас только двое, мадам, — уверила я. — Я и племянница.
— Нет, — настаивала старуха, вглядываясь в меня. — Я слышу голоса, много голосов. Ты не одна.
Я судорожно сглотнула.
— Ладно, мам, — прервал ее мужчина. — Давай их покормим сначала, что ли, а?
Старуха продолжала, нахмурившись, смотреть в мою сторону, но потом закрыла глаза и откинулась на спинку стула.
— Не обращайте внимания, — бормотал мужчина, очищая место на столе. — Она сильно сдала после того, как умерла моя жена.
Он отошел в угол в поисках тарелок.
— Старая ведьма, — прошипела Генерал. — Такая, понимаете, здоровая девочка, такая милая. Как будто сожрать меня собралась.
— Дети тут редкое явление, — успокоила я ее. Немногие выживают.
Генерал фыркнула.
— Мне надо помыться. От меня воняет, как от помойного ведра. И от тебя тоже. У них есть ванна?
Я засмеялась. После года жизни на Фактусе такая роскошь, как целая ванна воды, казалась нелепицей.
— Здесь никто не принимает ванны. Паровой душ либо масляный скраб. А то и тазик со сточной водой, если сильно повезет.
Генерал охнула от омерзения, но тут же расплылась в подобострастной улыбке, когда мужчина вернулся с двумя тарелками.
— Вот и обед! — он поставил тарелки на стол. — Суп из змеятины с крупой. Лучшее мясо из всего, что вы можете найти до самого Отровилля. Разгонит кровь по жилам.