Чтение онлайн

Кэлен не могла представить его с прической; от этого его вид стал бы менее устрашающим. От золотого кольца в его левой ноздре тянулась тонкая золотая цепочка, закреплённая обратным концом на другом кольце, продетом через середину левого уха. Он был чисто выбрит за исключением пары коротких, не длиннее двух дюймов усиков, опускавшихся из-под уголков его ухмыляющегося рта, и пучка волос на середине подбородка под нижней губой.

Каким бы ужасным, огромным и безжалостным не выглядел этот человек, его глаза — вот что было настоящим кошмаром. У них не было белков. Вместо них там клубились мрачные, тёмные образы, которые меняли очертания на фоне чернильного мрака. Как бы то ни было, когда он обратил взгляд на Кэлен, там несомненно отразились все мысли, которые у неё были. Под этим взглядом она почувствовала себя обнажённой. Она чувствовала, что ещё немного, и под нарастающей тревожной тяжестью у неё подкосятся колени.

Когда его мрачный взгляд переместился на Сестёр, Кэлен вслепую нашарила Джиллиан, и затащила к себе под руку, стремясь защитить её. Она ощущала дрожь девушки. Тем не менее, Кэлен заметила, что Джиллиан, по всей видимости, не удивилась, обнаружив в комнате мужчину.

Кэлен не могла понять, почему Сёстры молчат, почему бездействуют. Она ожидала, что, оказавшись перед лицом столь явной угрозы, которую представлял собой этот человек, они моментально испепелят его, лишь бы оказаться в безопасности. Прежде Сёстры никогда ни секунды не колеблясь, уничтожали всех тех, в ком могли заподозрить помеху. Этот мужчина явно был намного больше, чем помеха. Судя по его виду, он мог кулаком раздробить их черепа. Взгляд его глаз говорил, что такие дела были для него привычными.

Из тёмных углов позади Кэлен, выступили двое больших мужчин и закрыли створки дверей. Их лица были исписаны устрашающими варварскими татуировками, от чего они также выглядели грозно. Их огромные мускулы блестели от пота и были так смуглы, как будто они никогда не смывали с себя копоть масляных факелов. Перед тем, как закрыть двери, они шагнули ближе, и Кэлен смогла, даже, несмотря на зловоние, источаемое горящей смолой, уловить кислый запах их пота.

Эти двое выглядели готовыми к любой неожиданности и даже, более того. Их грудь крест накрест пересекали тяжёлые, шипастые кожаные ремни, к которым было прикреплено множество ножей. Свет горящих с шипением факелов отражался отблесками от топоров и обоюдосторонних булав, висевших у них на поясах. Их лица также были усеяны металлическими шипами — в ушах, в бровях, по сторонам их носов. Это выглядело так, будто и лица были утыканы вбитыми изнутри гвоздями. Они, также, были налысо обриты. Эти двое мужчин смотрелись не совсем по-человечески, не приобщёнными к цивилизации, а скорее выглядели, как намеренно искажённое понятие человеческого существа, в котором его суть была заменена на сталь, сажу и звериные признаки.

Хотя у них были короткие мечи, они их не доставали. Казалось, они ни капли не боялись Сестёр.

— Император Джегань... — бесцветный, слабый голос сестры Улиции затих в смиренном страхе.

Император Джегань!

Два этих слова потрясли Кэлен до самого дна её души. В её понятии об этом человеке было что-то такое, сформировавшееся из наблюдения на расстоянии за его армией, и оттого, что они проходили через места, которые эта армия завоевала, что заставляло Кэлен бояться его даже больше чем Сестёр. От Сестёр его отличало то, что его мужественность добавляла чуждую для них черту к природе опасности, которая исходила от него.

Насколько она могла понять, Сёстры делали всё возможное, чтобы держаться подальше от Джеганя и, тем не менее, он сидел здесь, прямо перед ними. Он выглядел расслабленным, словно человек, у которого есть всё. Казалось, его ничто не беспокоит. Даже Сёстры Тьмы, казалось, его не интересовали.

Кэлен поняла, что эта встреча не была ни в коей мере случайной. Она была предопределена. Кроме того, что страх Кэлен, её боязнь Джеганя был порождён подслушанными разговорами Сестёр и их упорным желанием избежать встречи с этим человеком, было что-то ещё, где-то в глуби тёмный страх коренился в самой её душе, почти, как непостижимое воспоминание, выдававшее себя только неясной, но зловещей тенью.

Когда Кэлен скосила взгляд в сторону, она увидела, что Сёстры, казалось, примёрзли к месту, как будто они превратились в камень. Их лица стали пепельно-серыми.

На Сестре Улиции было надето синее платье, которое она выбрала специально для встречи с Тови. Теперь оно было всё покрыто пылью, осевшей на неё не только при подъёме на возвышенность, но и пока они спускались сюда. Сестра Эрминия была одета в платье с белыми оборками на запястьях и с глубоким вырезом. В данных обстоятельствах, когда они находились в пыльной могиле, стоя под косыми взглядами грубых животных, оборки смотрелись наивно смешно. Сестра Цецилия, старшая, строго дисциплинированная, и обычно опрятно укладывавшая свои вьющиеся седые волосы, сейчас, похоже, находилась на последней грани, отделяющей её от прыжка в спасительное безумие.

Угрюмые глаза Джеганя следили за Сёстрами. Кэлен поняла — он наслаждался моментом, наслаждался ими, поражёнными ужасом. Кэлен была уверена, что если бы Сёстры были в состоянии что-нибудь предпринять в этой ситуации, они уже сделали бы это.

Сестра Эрминия коснулась языком пересохших губ.

— Ваше Превосходительство, — произнесла она тихим, натянутым голосом. Кэлен подумалось, что эта жалкая попытка почтительного приветствия была рождена, по-видимому, страхом, а не уважением.

— Ваше Превосходительство, — с такой же неуверенностью в голосе добавила Сестра Цецилия.

Кэлен, хотя и редко, но видела, что Сёстры умеют вести себя осмотрительно, даже осторожно, но она никогда не видела их испуганными. Она даже не могла представить их напуганными. Всегда казалось, что они целиком и полностью держат себя в руках. Теперь же, от их обычного, надменного нрава, не осталось и следа.

Все три Сестры склонились, резко дёрнувшись, словно три марионетки, болтающиеся на нитях.

Выпрямившись, Сестра Улиция, вздохнула, дрожа от страха. Видимо, испуг, охвативший её, смешавшись с любопытством, а также с нескончаемым молчанием, заставили её заговорить.

— Ваше Превосходительство, как Вы здесь оказались?

Неверный взгляд Джеганя снова преобразился в ухмылку от мягкой, безобидной, женской интонации её вопроса.

— Улиция, Улиция, Улиция... — тяжело вздохнул он. — Ты действительно грандиозно глупая сука.

Все три женщины упали на колени, как будто от удара сверху невидимым кулаком. Из их горл вырвались короткие, скулящие, хныкающие звуки.

— Ваше Превосходительство, пожалуйста, мы не имели в виду.

— Я точно знаю, что вы имели в виду. Я до последних подробностей знаю все ваши грязные мыслишки.

Кэлен никогда не видела Сестру Улицию столь напуганной, тем более, настолько сильно потрясённой.

— Ваше Превосходительство... Я не понимаю...

— Конечно, ты не понимаешь, — насмешливо сказал он, как только её слова растворились в тишине. — И потому именно вы стоите здесь передо мной на коленях, а не наоборот, как бы вам того хотелось, не так ли, Эрминия?

Его взгляд скользнул к Сестре Эрминии, и та издала короткий испуганный вскрик. Из её ушей стала сочиться кровь, вычерчивая тоненькую красную дорожку вниз по её белоснежной шее. Она не пошевелилась, но её пробирала мелкая дрожь.

Джиллиан схватилась за Кэлен обеими руками. Кэлен рукой прикрыла лицо девушки, теснее прижала к себе, пытаясь успокоить её, хотя, какой покой можно было обрести, находясь перед лицом этого человека.

— Тогда, значит, Тови тоже у Вас? — спросила Сестра Улиция, всё ещё настолько удивлённая поворотом событий, что ей никак не удавалось уловить их суть.

— Тови! — раздался взрыв грубого смеха Джеганя. — Тови! Да ведь Тови давным-давно мертва.

Сестра Улиция замерла от ужаса.