Чтение онлайн

– Не грузи. И так башка болит.

– Слышал, Док, дедовщина, беспредел, да и только.

– Не втягивайте меня в свои распри! Эирин, ты уже сама знаешь, где какие таблетки взять.

– Как же забота о пациентах? – возмутилась она.

– Ты мне платишь за приёмы?

– Своим безмерным очарованием и великолепием.

– Видимо, ещё скромностью, которая так красит женщин, – выдал Юро.

– Мне это боком каждый раз выходит, – сказал доктор.

– Как? – удивлялась Эирин.

– Например, именно это кресло мне только сегодня вернули из ремонта, – он указал на место, где она сидит. – После того, как ты на нём театрально упала.

– Ну не всегда же так… – засмущалась она, а затем перевела взгляд на пиалу. – О, конфетки! – и потянула к ней руку.

– Эй, не трожь!

Юро, пользуясь моментом, успел утащить одну.

– Отдай! – Док выбежал из-за стола, грозно махая скрученными бумагами.

– Не злись, я тебе ещё принесу.

Он вроде бы успокоился.

– Это ж вроде из людского мира? – уточнила Эирин.

– Угу.

– И она очень хочет пойти с тобой, – буркнул доктор. – Найдите себе экскурсовода и дайте мне полгодика спокойно поработать.

– Нетушки, обойдусь, что там делать-то? – отказалась она.

Юро лишь пожал плечами, догадываясь, что твари могли добраться и до людей. Но затем сделал глубокий вдох и выдох. Решил не развивать дальше спор, который, скорее всего, ничем не кончится.

– Экскурсовода, говоришь… – он поднялся с кресла и лениво потянулся. – Спасибо за прикольную мысль.

– И ты собрался бросить меня здесь с моим дурным самочувствием? – драматизировала Эирин.

– Вообще-то до вечера время ещё есть.

– Бар?

– Нет.

– Ну тогда…

– Нечисть всё ещё бродит по улицам. Мы пойдём их кромсать, пока кого-нибудь не сожрали.

– Окей, окей. И где вообще шляются мои бездельники?

Она имела в виду своих подчинённых.

Вопрос так и остался висеть в воздухе, которого у Дока стало намного больше, когда ушли эти двое. Не хранители, а мигрень сплошная, думалось ему. Но на самом деле, несмотря на свою характeрную сердитость, он был рад их видеть.

Идя по улице, Эирин внимательно смотрела по сторонам и крутила в обеих руках кастетные ножи, потом вдруг спросила:

– И что это вдруг тебя людишки заинтересовали?

Юро не хотел дальше давить на тему с нечистью, мол, на сегодня хватит. Озвучил одну из других причин:

– Отчасти это просто предлог, чтобы смыться от художника. Сварганил какой-то склеп и сказал: «Сиди тут неделю».

– Соболезную. И надолго покидаешь нас?

– Без понятия. Гляну хоть одним глазком, что они там понастроили.

– Да-да. Тут вспоминаются анекдоты про короткую дорогу или «ушёл за хлебом и не вернулся».

– Так и передай этому живописцу, если спросит.

В ответ она лукаво сощурила глаза и хихикнула. Это с вероятностью в миллион процентов означало, что по возвращению стоит ожидать какого-то подвоха.

Первая нечисть показалась только под вечер, пришло время откинуть разговоры и заняться делом.

Тем временем.

Мир людей.

Амели вздохнула, убирая скрипку в футляр. Сегодня выдалась тяжёлая репетиция, но она была довольна результатом. Близился день выступления. Впервые оркестр под названием «Мелодия ночи», в котором она играла, пригласили дать концерт в крупном зале. Их было всего двенадцать человек, включая её саму, да и профессиональным пиаром никто не занимался, так что это можно было назвать большим достижением. Сейчас приходилось много работать, но все понимали, что это только начало.

Она накинула летнюю куртку и была готова уходить.

– Хочешь в пиццерию съездим? – спросил молодой человек, играющий на фортепиано.

– Нет, я не голодна.

– Ты всегда так говоришь.

– А ты всегда спрашиваешь.

Попрощавшись с остальными, она вышла на улицу. Закончили они сегодня позднее, чем обычно, успело окончательно стемнеть. Августовский вечер выдался прохладным, зато небо какое ясное, ни облачка. Жаль, что огни города затмевают звёзды.

Постояв немного на парковке, Амели обернулась назад. Ребята, звонко смеясь, толпились в нескольких футах от неё. Она поспешно села в автомобиль.

Нет, ей, несомненно, было приятно общество членов оркестра. Дружные люди. Свезло познакомиться полгода назад, и особенно грел душу факт, что музыку они пишут на основе её раннего сольного творчества. Стоит заметить, что с этого дня и их музыкальная карьера пошла в гору. Наверняка, каждый из них был свято уверен, что пригласить её в «Мелодию ночи» было одним из самых правильных решений.

Но Амели машинально глянула на браслет, отслеживающий работу сердца. Она должна была носить его постоянно, потому что страдала редким неизлечимым недугом. Врачи говорили, что проживёт ещё самое большее лет десять, даже при условии, что будет строго следовать их указаниям и не станет сильно нервничать.

Гаджет служил постоянным напоминанием о том, что не суждено ей однажды дойти до верха карьеры и стать первым скрипачом крупного оркестра. Мечта о счастливой семье тоже казалась далёкой и несбыточной. Время ощущалось так, будто бы часы били стрелками в такт, отмеряя каждую минуту.

Иногда это вгоняло в отчаяние, но порой чувствовалось как свобода. Вернее, она старалась себя всё больше в этом убеждать, чтобы не потерять вдохновение. Ни будущего, ни привязанностей, ни обязательств, лишь дорога, ведущая неумолимым шагом к обрыву. Так почему бы не брать от неё максимум?

Доехав до субурбии внутри города, Амели начала поворачивать на улочку, ведущую к её дому, и заметила знакомый силуэт с букетом у ворот. Он повернул голову в её сторону, но она успела сделать сдать назад и скрыться за углом соседского дома.

«Как же достал!» – думала она.

Тем временем мачеха с отчимом сидели в гостиной и баловались дорогим вином. Их силуэты в не задёрнутом окне так и кричали на всю улицу об их благополучии. Правда, мимика и жестикуляции были наигранными. Будто специально уселись на самую видную точку и играли никому не нужный спектакль.