Чтение онлайн

— Анна, а это вам Хельга приказала такую героическую историю сочинить? — с мрачной веселостью, кивнул ей, глумливо сверкнул очками, внезапно перебил магистр Дронт детектива, словно эта история была ему совсем неинтересна — или доверила вам это дело, а вы уже сами решили слепить из сэра Вертуры тайного агента королевской контрразведки? А? Так искренне, так патриотично, так восторженно вышло, прямо любовь к родине, самоотверженный герой-полицейский. Даже нашему святоше-Лео такое лицемерие не под силу. А про слабительное для генерала это ваша творческая самодеятельность, тайные фантазии, мечты на ночь, полет мысли? А Хельга нас тут совсем за идиотов держит, раз эту ахинею утвердила. И поверили же!

Мариса промолчала в ответ, поджала губы, прищурилась и сделала гордый вид, что от этих слов ей совсем не обидно. Сцепила в замок пальцы, чтоб не дрожали руки, закусила губу, и детективу даже показалось, что она вот-вот заплачет от унижения и обиды. Несмотря на неласковый прием, ему даже стало жалко ее от того, как грубо все обходятся с ней.

— Так, а кто за банкет-то в конечном итоге платил? — так и не получив ответа продолжил расспрос уже снова больше не обращая внимания на Марису магистр.

— Понятия не имею — передернул плечами детектив — генерал хотел арестовать нас, как государственных преступников, но напился настолько, что упал лицом в борщ. А мы убежали дворами, пока все разбирались, что там случилось.

— Да, примечательная история, как всегда идиотизм! — с мрачной игривостью и презрением улыбнулся левым краем рта магистр, явно издеваясь над детективом и посоветовал — рассказывайте ее почаще здесь, в Гирте. И главное побольше пикантных подробностей, кого, куда и как тошнило. Наша публика это любит, нарасхват берет, взахлеб читает, а потом морщится брезгливо, что за дрянь пишут. Про ваших Гандо, Харбибулей и Колле, тут, у нас, сочиняют анекдоты, вот будет еще один. Из первых уст, не понаслышке. А то все рисуют одни и те же карикатуры уже сколько лет, все пишут углем на стенах, кидают неприличные жесты в сторону Мильды, глумятся перед подругами на диванах в гостиных — магистр презрительно скривил рот, уточнил о ком речь — рыцари наши отважные. Каждый бился против тысячи и миллион убил. И как войну проиграли раз все такие герои и все по тактике — руками разводят, никакого объяснения ни у кого нет. Чудеса в решете. Так что до сих пор с досады мечами колют портреты сэра Эмери, на турнирах побеждают каждый раз, медалей себе наковали и навесили, сами себя наградили. Прямо национальная идея. Так что не одна Анна у нас тут такая остроумная, пасквили и водевили в газету пишет про генерала вашего, как он ночью на горшке спьяну опрокинулся. По десятому кругу одно и то же. Хотя уж кому-кому, а Анне только лучше стало от этой войны, с косой вдовьей радуется, ходит теперь.

Он выразительно кивнул на Марису, и пояснил, заметив вопросительный взгляд детектива уже без тени шутки с мрачной, неприязненной усмешкой.

— Она же у нас творческая личность, с богатым внутренним миром, прямо поэтесса в шляпе с пером и чернильницей. Но отчего-то муженек у нее, как у всех этих ваших художниц, писательниц и поэтесс, оказался мразь, задира, хам, выпивоха и бестолочь. Только вот как до войны дошло дело, дальше Прудов не уехал…

— Да, падаль этот Гандо, петух и солдафон! — бросив быстрый взгляд на презрительно улыбающуюся словам магистра Дронта Марису, чтобы перевести тему, но все же не удержался, внезапно обнаружив в этом язвительном, неприятном ему человеке благодарного слушателя, зло бросил в ответ, перебил его детектив — с дивана пол пачкал напившись, стены тряслись, на весь дом было слышно. Победой на весь мир звенел, к невесте моей, пока я за Димстоком по снегам гонялся, в гости печенье песочное и тортики с вином жрать ходил!

— Сам ей носил ей с угла, или это она ему пекла за победу? — видимо уже потеряв всякий интерес к генералу и Марисе, казалось-бы от нечего делать, продолжил расспросы магистр.

— Кухарка в душе она была, если так, душой не кривить… — с досадой махнул рукой детектив и забегал глазами по комнате в поисках бутылки вина или крепкого. Магистр Дронт приметил его взгляд и обхватившую пустой фужер ладонь, презрительно покачал головой, с трудом нагнулся, достал из-под дивана припрятанную там бутылку «Лилового номер один» и налил детективу. Тот сделал большой глоток крепкого, передернул всем телом. Задумался, приметив, что теперь Магистр Дронт и Мариса почти одинаковыми внимательными, как на допросе взглядами смотрят на него — магистр Дронт вроде и с прежней язвительной неприятной веселостью, но как-то особенно прищурив глаза настороженно и хищно. А Мариса с мрачной готовностью, словно затаив на детектива злобу, выжидая того момента, когда он напьется, снова начнет говорить то, чего не следует, чтобы записать показания, сдать его как изменника, а на допросе с пристрастием быть свидетельницей.

Секунду Вертура качал фужер в руке, но привычка кабацкой беседы за бутылкой, все-таки развязала ему язык, даже несмотря на то, что выпитое еще не ударило ему в голову и он заявил.

— Но как невеста да, достойная была девица — и прибавил первое, что пришло на язык — пирожные с вареньем печь умела.

Он навис над столом, предаваясь воспоминаниям, наплевав на то, что коллеги явно ждут от него каких-то совсем других слов и самодовольно поделился своими сладостными мыслями.

— Служила у нас помощницей в канцелярии, секретарем. Картотеку перебирала. Бумажки каллиграфическим почерком переписывала. Все почти как здесь. Все говорили, ничего особенного, улыбка и глаза светлые. Но для меня такая единственная в жизни…

— Красивая была? — капнув себе на дно фужера, как будто между делом, скупо поинтересовался магистр.

— Ну, зеленые глаза, длинные волосы — пустился в пространные объяснения детектив — веселая была. На Анну, может чем похожа. Только роста немного меньше. Хотя для меня, наверное, теперь все женщины с темными длинными волосами похожи на нее. Всех по ней меряю. Ну, вы же знаете, как это…

— Знаю конечно — быстро кивнул, словно отмахнулся от вопроса магистр Дронт, перебил детектива — Анна, слушайте и запоминайте, какие женщины нравятся сэру Вертуре. Как раз будет в «Скандалы» статейка.

Мариса все также сидела с каменным лицом, не принимала участия в беседе, ничего не возражала, не говорила, слушала, только все больше хмурилась, а ее темно-карие, почти что почерневшие от злости, глаза с каждой новой фразой сказанной мужчинами все ярче разгорались каким-то презрительным, недобрым блеском.

— Благодарю — коротко, как можно более беззаботно, бросила она сквозь зубы, но теперь уже даже и не попыталась улыбнуться в ответ.

— А еще… — выпив еще, начал было детектив, но дверь в зал распахнулась. На пороге возвышался до самой притолоки облаченный в свой роскошный бело-синий наряд Патрик Эрсин.

— Тут-тук! — весело обратился, постучал он о притолоку, чуть пригнулся, чтобы не удариться головой, остановился на пороге и широко улыбнулся сидящим за столом полицейским — что у вас тут за унылая линейка на дворе? Куда собрались?

Вертура медленно обернулся с мрачнеющим на глазах лицом. Мариса зло ухмыльнулась и уставилась восторженным взором на вошедшего.

— Вертура! — приметив перемену, строго осадил детектива магистр Дронт и сделал предостерегающий жест — отставить!

— Да я понял уже… — согласился тот с досадой и налил себе еще крепкого.

— Анна, это вы! — настолько широко и радушно, что даже могло бы показаться, что он издевается, улыбнулся Марисе, вошел в зал Поверенный герцога Ринья и наигранно хлопнул себя рукой по груди, как будто бы изображая, что он поклонился — вы так прекрасны и остроумны, и ваш талант работать пером столь непредсказуем и восхитителен, что я даже иногда, почитывая вечерами ваши опусы в постели, нет-нет, да и подумываю мельком, что только вы могли бы быть спутницей моей вечной жизни!

И так распахнул руки, словно хотел жарко обнять ее, но когда она демонстративно быстро, бросив на детектива мстительный взгляд, вскочила к нему, с готовностью откинула голову назад и выгнула плечи, прошел мимо, сделал вид, что не сообразил, чего от него хотят, и деловито направился к лежащему на диване, приготовившемуся внимательно слушать магистру.

— Алистер! — коротко и ясно, схватив фужер Вертуры, одним глотком выпил все, что налил себе детектив, не поморщившись, распорядился Эрсин — сэр Жорж требует вас к себе. Леди Элеонора срочно нуждается в вашем присутствии. Вы ранены? Идти можете? Вас надо лечить?

Его глаза на миг стали оранжевыми. Хотя, быть может это только показалось едва сдерживающемуся от ярости, сжимающему кулаки под столом, детективу.

— Заброневое — коротко ответил магистр Дронт — пистолетная пуля травмировала ключицу.