Чтение онлайн

***

Вот чёрт! И куда я положила свою расчёску? Ведь точно помню, что недавно держала в руках. А теперь…

— Владик, расчёску не видел?

— Ирис, я — эмпат, а не ищёйка, — прозвучал мне холодный ответ.

— Я не спрашиваю, где она, а спрашиваю, не видел ли ты мою расчёску? — бросила в сторону мальчишки, который игнорировал все мои слова, пока смотрел какой-то там очень важный фильм по телевизору. Кстати, что он там с таким интересом смотрит? Подошла ближе. — Серьёзно?! — удивилась. — Сумерки?.. Неужели тебе и в жизни упырей не хватает?

— Вполне неплохая история, — отмахнулся мальчишка, игнорируя мою усмешку. Это было только начало фильма, где главный герой, который является вампиром и умеет слышать чужие мысли, столкнулся с девушкой, чьи мысли ему были недоступны. Да он сравнивает себя!

Нет, я не могу упустить этот шанс.

Присела на кровать рядом с Владиком и взяла его за руку, привлекая внимание. Мальчишка тут же напрягся, но вырывать ладонь не стал. Сделала грустное выражение лица.

— Белла, мы не можем быть вместе…

На это бедный мальчуган покраснел с головы до пяток, с психу выключил телевизор, бросил через плечо, что он будет ждать меня на улице и поспешил на выход из комнаты. Я же, как только дверь захлопнулась, принялась смеяться, да так, что чуть на пол не скатилась.

Ух… Аж живот заболел.

Так я не поняла, он знал, где расческа или нет?

Собравшись, мы направились обратно в офис, где нас по идее ждали ребята. Переодеваться обратно в школьную форму Владик не хотел, так что пошёл в том, что ему дала я. Помимо шорт и футболочки, мальчишка получил мою старую кепку с ушками Микки Мауса. Правда взгляд у него был такой, что он скорее позволит содрать с себя шкуру живьём, нежели наденет это, но потом просто вздохнул и, надевая её, произнёс:

— Мне уже всё равно…

И в этой простой фразе было столько отчаяния и боли, что я не смогла сдержать улыбки. Правда, когда по пути в офис мы купили Владику три мороженого, сахарную вату, сок и коробочку шоколадных конфет, настроение у мальчишки поднялось, и он был готов мне позволить ему и розовые бантики прицепить ему на голову. Вот такие вот у нас нынче дети.

— Утречка! — бросила я, проходя в офис и направляясь прямо к своему столу, на котором давным-давно пора прибраться, но всё руки не доходят.

Дима был во вчерашней одежде и валялся на своём любимом диванчике. Значит, ночью дома не был. Для начала он бросил беглый взгляд на Влада, который также направился к своему привычному месту в уголку офиса, продолжая трескать сладости.

— Вижу, тебе лучше, — констатировал факт Дима.

— Да, неплохо, — в тон ответил Влад.

— Хм… Хорошо. Значит, мы вновь можем полностью сосредоточиться на деле. Хоть сегодня у школы выходной, это не значит, что мы также можем себе позволить отдыхать.

Ох, Господи… Да вы только послушайте этого сухаря! Это он типа так проявил беспокойство о своей родне? Серьёзно? Да к домашним любимцам больше чувств проявляют, нежели этот чурбан к своему младшему брату! Ладно… Не буду вмешиваться. Главное Владику и в самом деле лучше, остальное не важно.

— Вы что-нибудь нашли? — спросила у Димы. Не стал бы он просто так сидеть без дела в офисе, верно?

— Немного, — отозвался парень, продолжая лежать на диванчике. — Если не знать точно, с какой мы порчей столкнулись, поиски могут затянуться. Начиная от родового проклятия, заканчивая силой внушения.

— Нет, — отрицательно покачала головой. — Всё не то. Я думала над тем, что это может быть. Если бы было проклятие, то школьники также бы погибли, как и учительница. Но их цветочная болезнь приостановлена. И уверяю, не в операции дело. Хотя и она способствовала.

— Ученики больше не болеют Ханахаки? Хм… Любопытно, — задумался Дима. — Что же их защитило?

— Вполне возможно то, что школьников заперли в частной больнице и перекрыли к ним какой-либо доступ, — предположила я. — Проявления цветочной болезни я не заметила. Да и скверны не было. Более того, пообщавшись с подростком, поняла, что и заболеть Ханахаки он не мог, по той простой причине, что и ни в кого не влюблён. Ему нравятся девочки, но кого-то определённого нет, что естественно для его возраста.

— Вот как… Это подходит и той истории, что рассказала нам София про свою подругу Алину. Что та была весёлой, доброй, общительной, но особо никого не выделяла, — напомнил Дима. — Высока вероятность, что это и есть определённый почерк преступника.

— Что? — удивилась я.

— Тот образ, по которому преступник выбирает себе жертв, — пояснил парень. — Из всего, что я слышал, понятно, что все жертвы были общительны, интересны и привлекательны для окружающих. Иными словами про таких обычно говорят: «душа компании». У них всё есть, всё получается, хорошо учатся и добиваются своих целей… Есть чему позавидовать. Что в принципе, и сделал тот, кто наслал порчу. Основываясь на данной информации, приблизительно могу дать общий психологический портрет преступника. Он или она неуверенны в себе. Полны комплексов, злости и зависти к остальным. Уверен, что преступник считает себя обделённым жизнью. У остальных есть всё, но не у него… Для преступника это несправедливо. Вот он и делает то, что считает, уравняет чашу весов. Наводит порчу.

— Но кто это может быть? — тихо спросила я, чувствуя, что мы что-то нащупали.

— Трудно сказать. Возможно, какой-нибудь непутёвый ученик, у которого начали появляться проблемы с учёбой. А может и учитель, что позавидовал свободе школьников.

— А возможно и тот китаец, который сидел около школьных ворот. Уж очень он подозрителен…

— Не будем торопиться с настолько прямыми выводами, но согласен, этого человека также необходимо проверить, — кивнул Дима. — И всё же, этого мало. Нам необходимо знать, как работает порча и как с ней бороться. Ирис, есть идеи?

— Немного… — нахмурилась. — Если судить по тому, что я видела, то те школьники выздоровели не потому, что так пожелал преступник, а потому, что нарушились правила «игры». Доступ к порче был перекрыт. Но если так, то это даёт понять, что вначале всем школьникам был подложен подклад.

— Подклад? — переспросил парень. — Например, какой?

— Что-то небольшое. Сами подклады бывают двух видов, — задумалась я. — Первый — тот, который человек должен взять добровольно. То есть передаётся из рук в руки, как подарок или что-то в этом роде, но при этом человек, который берёт предмет, не знает, что он заговорён. Второй вариант — это когда подклад прячут в самых неожиданных местах. И они работают только тогда, когда тот, на кого нанесли порчу, находится вблизи подклада.

— Что ж… — протянул Дмитрий, ногтём большого пальца по нижней губе. — Тогда становится ясно, почему погибла только учительница, а остальных удалось спасти. На учеников порча была нанесена с тем условием, что они будут находиться поблизости от подклада. А вот учительнице, похоже, его передали лично… — И тут Дима неожиданно сорвался с места и подскочил на ноги. — Срочно отправляемся в школу «Уникум».

— Что?! Зачем?! Она же сейчас закрыта! — удивилась я.

— Я сказал, шевелись, Ирис, — строго произнёс Дмитрий, но по пути всё же решил пояснить. — Если наши предположения верны, то все подклады, которые были сделаны на учеников, сейчас находятся в самом здании школы. Именно там, где ученикам и стало плохо. Например, тот парень, первый случай, где он находился в момент приступа цветочной болезни?