Чтение онлайн

– Вот мы и прибыли.

Юноша соскочил с козел и подбежал к дверце, спеша открыть ее перед гостем. Но стоило мистеру Шейли-Хоупсу ступить на бручатку, как кучер отлетел в сторону и грохнулся наземь, словно кто-то рванул его за шиворот.

В воздухе, откуда ни возьмись, появилась рука с офицерской шпагой. Клинок взмыл, сбивая фетровую шляпу и явно намереваясь опуститься плашмя аккурат на бритую макушку сыщика. Но тот ловко увернулся и поднял трость, парируя удар. Летающая шпага моментально отскочила в сторону и снова перешла в атаку. Спустя мгновение мистер Стивен бодро скакал по брусчатке, едва успевая уклоняться и отражать все новые и новые удары. Но агрессивная конечность почему-то упорствовала в стремлении проучить незваного гостя.

Кто знает, чем бы обернулась схватка, но тут из-за паротона выскочил Раджив и быстрым коротким движением нанес рубящий удар кинжалом по сильной части клинка, почти у самой гарды, в тот самый момент, когда трость и шпага сошлись в демисеркле [1] . Клинок развернулся в воздухе и со звоном упал на камни. Ладонь дернулась и исчезла, точно растворилась в воздухе.

– Это что-то новенькое в моей практике, – недовольно пробормотал мистер Шейли-Хоупс, поднимая с земли оружие. – О, здесь надпись: «Доблестному лейтенанту Джеймсу Реджинальду Улфхерсту в память о службе на бриге „Артемис“ в Крымскую кампанию…» И какие-то пятна… Кажется, это воск. Здесь, и вот, ниже, у острия…

Воинственная пятерня неожиданно возникла снова, размашисто отпустила мощную затрещину по бритому затылку детектива, схватила шпагу и вновь исчезла.

– Ну, знаете ли, – взвыл сыщик и от неожиданности рухнул лицом прямо на пыльную брусчатку двора, но быстро вскочил, потрясая тростью и гневно крутя головой в поисках обидчика. – Вот, значит, как?! – не обнаружив супостата, процедил он. – Стало быть, там, на мосту, была левая рука, а здесь – правая! Что ж, теперь отыскать этого чертова коммодора для меня дело чести! Где там леди Маргарет?!

Леди Маргарет встречала гостей в комнате, основательно подготовленной для мистической круговой обороны. По периметру стен, вокруг окон и дверей живописными гирляндами, будто в день праздника урожая, висели связки чеснока, а на столах, у трюмо, на секретере и подоконниках в живописном беспорядке громоздилась церковная утварь, гордо увенчанная крестами. Не хватало лишь каменного распятия с местного кладбища. На подоконнике у дверей стояли пинтовые бутыли с водой. Быть может, хозяйку мучила сильнейшая жажда, но сыщику пришло в голову, что это, скорее всего, святая вода. Несколько остро заточенных кольев, прислоненных к стене, и инкрустированный серебром револьвер Лефоше с перламутровой рукоятью, лежавший на туалетном столике между нюхательной солью и увесистыми храмовыми канделябрами, явно говорили о том, что хозяйка апартаментов не намерена сдаваться без боя.

– Садитесь, господа. – Леди Маргарет закрыла на засов разрисованные крестами двери. Железные задвижки, очевидно, были совсем недавно прикручены к резной древесине. – Прошу извинить за необычную обстановку. Вот здесь я и живу.

– Простите, мэм, – пробормотал сыщик, ошеломленный увиденным, – вопрос бестактный, но я обязан его задать: вы полагаете, что ваш отец вампир?

– В прежние времена он предпочитал ром, – ответила молодая леди, покачивая головой и стараясь не принимать близко к сердцу лишенную галантности речь сыщика.

– Тогда зачем нужны все эти колья и чеснок?

– Увы, с тех пор многое изменилось. Теперь я ни в чем не могу быть уверена. Видите ли, все началось лишь неделю назад, и я еще не успела хорошо познакомиться с новыми привычками отца. Но, должна заметить, что они и впрямь успели измениться, если, конечно, это действительно призрак лорда Джеймса.

– С чего вы так решили?

– Видите ли, в тот день я как раз пригласила в гости миссис Элизабет Райт, дочь нашего приходского священника. Мы росли с ней вместе, потом она вышла замуж за американского епископа Райта.

– Простите, эти детали имеют какое-то отношение к делу? – оборвал ее частный детектив.

– Мне пока трудно об этом судить, – поджала губки хозяйка Фатлмоунта.

– Тогда давайте так: если я буду нуждаться в деталях и подробностях, я буду задавать вопросы. Так что же произошло с миссис Райт?

– Мы сидели, пили чай, как вдруг в совершенно пустой комнате раздался ужасающий, леденящий кровь загробный голос: «Жирная корова!»

– Это был голос вашего отца?

– Он напоминал голос моего отца, – уточнила миссис Рокстед. – Но поверьте, доблестный коммодор Улфхерст всегда отличался сдержанным и, я бы даже сказала, довольно суровым нравом. Он бы никогда не стал так высказываться о даме.

– Быть может, у лорда Джеймса были основания недолюбливать вашу гостью?

– При жизни он и впрямь ее не слишком жаловал и считал ее неумной, вздорной и чересчур увлеченной придворными сплетнями дамой. Отчасти он был прав, но согласитесь, подобные слова не подобают джентльмену! Непростительно дурной тон! А уж то, что было потом, так и вовсе… – Она заметно покраснела.

– Что же было дальше? После этих шокирующих, – сыщик ухмыльнулся, – слов?

– Бэт вскочила, словно ее ошпарили кипятком, и начала крутить головой, выискивая обидчика. Она, знаете ли, не отличается стройностью.

– Ну и? Постарайтесь не отвлекаться на лишние детали.

– В воздухе из ниоткуда появилась левая рука и пребольно ущипнула мою приятельницу… – она вновь зарделась. – Ну, как сказать? Ущипнула…

– За задницу? – без обиняков уточнил детектив.

– Вы полагаете, эта деталь имеет отношение к делу? – съязвила благовоспитанная дама.

– Мне лучше знать. Вы уверены, что это была левая рука?

– Абсолютно. Я ее видела, как вижу вас. К тому же, правая всегда появляется со шпагой. Вчера она полдня гонялась за дядюшкой Тобиасом. Это младший брат моей покойной матушки…

– Этот-то родич чем ему не угодил?

– Отец не слишком уважал дядюшку Тобиаса. Считал его бездельником и светским попрошайкой Тот пробовал себя как художник, но не слишком преуспел. Я никогда не слышала, чтобы кто-либо выразил желание купить его картины. Последние годы он зарабатывает на жизнь, рисуя заседания суда графства для местной газеты. Это занятие приносит ему не больше, чем он тратит на пиво, однако здесь он живет, простите, вернее, жил, на всем готовом.

– Жил? – насторожился детектив. – Рука со шпагой убила его?

– О, нет! Она полдня носилась за ним по замку, лупила клинком по спине и плечам, колола, точно подушечку для иголок, сопровождая эти действия ужасающим криком: «Проваливай отсюда, тупой прохиндей! Твое место в ночлежке! Сдохни под мостом, ленивый прохвост!»

А его жена Бриджит… тут и вовсе дурацкая выходка – ей он просто дал пинка! Да так, что бедняжка слетела с лестницы и едва не сломала шею. А лестницу… представьте, лестницу он натер восковыми свечами! Разве истинный джентльмен, каким был мой отец, мог так поступить?!