Чтение онлайн

Сабини снова уставился на сына. Кен вспомнил, как отец следил за ним, когда он играл в детском парке в Хьюстоне.

Сабини смотрел на своего ребенка с тем же выражением удивления и гордости.

Кен понял, что Сабини чем-то напоминает ему отца. Тот тоже никогда не жаловался, хотя с годами работа на мраморном руднике выжала из него все силы. Он ходил, вечно сгорбившись, едва передвигая ноги, но никто не услышал от него ни одной жалобы.

Кен посмотрел на Сабини. Ему хотелось, чтобы этот человек был невиновен, хотя бы потому, что любил своего сына.

Миф достала пачку банкнот.

– Берете? Момент истины. Большие деньги.

Что бы ему посоветовал Бобби? Наверное – забыть об этом.

Даже не наверное – наверняка. Но после того, как он угробил свою жизнь, делая правильные вещи, один этот маленький проступок мог уладить все его проблемы. Теперь он позаботится о Бобби, начнет все заново.

Кен почувствовал, что у него колотится сердце. Неужели он решится?

– Сколько у нас будет времени? – спросил он.

– Двенадцать дней.

– Придется постараться, но, думаю, справимся.

Миф протянула ему деньги и коричневый конверт.

– Что это? – спросил он.

– Все, что вы должны знать о деле. Вырезки из газет, материалы следствия, снимки, документы.

Дверь захлопнулась. Они заключили сделку.

Кен почувствовал тошноту. Он сунул пачку в карман брюк. Руки дрожали.

Сабини улыбнулся:

– Спасибо, Кен. Когда начнем?

– Дайте мне еще пару дней, чтобы подготовиться. В понедельник вечером вас устроит?

– Вполне.

– Приходите в мой офис часам к девяти. К этому времени все разойдутся.

– Приду, – пообещал Сабини.

– Полная конфиденциальность, не так ли? – спросила Миф.

– Разумеется. Иначе я бы за это не взялся.

Миф предложила подбросить его до дома, однако Кен отказался, предпочел трамвай. Конечно, таскаться по городу с десятью штуками в кармане было не самой лучшей идеей, но ему хотелось остаться одному и попытаться убедить себя, что он не продал душу дьяволу.

В конце концов, никто из-за него не пострадает. Если Сабини невиновен, все равно он не сможет вернуть украденные деньги. А если виновен, худшее, что ему грозит, – небольшой срок в тюрьме, после чего никто не помешает этому человеку выйти на свободу и наслаждаться наворованным добром. Результат будет тот же. «Виккерс индастриз» просто не повезло.

Отличная логика, подумал Кен. Он справлялся с этими проблемами не хуже своих подопечных.

За двадцать шесть лет существования штаб-квартира «Виккерс индастриз» разрослась в огромный одноэтажный комплекс. Вместо того, чтобы перебраться в более просторное здание, компания продолжала пристраивать помещения к старому дому, пока он не превратился в сложный лабиринт из сотен офисов и коридоров. Даже после нескольких недель работы сотрудники фирмы продолжали путаться в нем, а начальство держало специальных секретарей, чтобы указывать дорогу посетителям.

Президент компании Герберт Декер считал своим долгом ежедневно прогуливаться по коридорам, всем своим видом изображая человека, на котором лежит тяжкий груз ответственности. Он делал это даже по вечерам, когда все работники расходились по домам. Его редкая бородка не скрывала слабого, немощного подбородка, а зачесанные кверху волосы только подчеркивали растущую лысину.

Декер мечтал о том, чтобы дела в его фирме снова наладились. Сотрудники и так уже нервничали, боясь потерять работу из-за слияния с «Лайсием металз», а тут еще Бартон Сабини подлил масла в огонь.

Неблагодарная скотина. Декер сделал его финансовым директором, отвергнув более молодых и перспективных кандидатов в надежде, что Сабини останется верен своей компании. Большинство его подчиненных только и ждали возможности переметнуться в другие фирмы на лучше оплачиваемые должности. Кто мог подумать, что этот тюфяк окажется замешан в самом скандальном преступлении за всю историю корпорации?

Чертов ублюдок.

Декер вошел в свой кабинет и увидел Теда Майклсона, развалившегося на его диване. Майклсон был частный детектив, которого «Виккерс» часто нанимала раньше.

– Чувствуйте себя как дома, Тед.

Майклсон рассмеялся и сел.

– Я думал, вы не против, – сказал он.

Детектив был грузноватым мужчиной лет пятидесяти, с тщательно ухоженной щетиной на подбородке.

– Спасибо, что смогли прийти так поздно. – Декер сел за стол. – Сегодня весь день была жуткая запарка.

Майклсон кивнул на развешанные по стенам металлические диски, каждый из которых был отлит в память о разработке новой рецептуры сплава.

– Хотите, чтобы у вас было побольше таких штуковин, верно?

– Да. – Декер пригладил всклокоченную шевелюру. – Что нового?

– Вовсю копаю под Бартона Сабини. Скоро мы будем знать о нем все.

Декер прищурил глаза:

– Я хочу знать только одно. Где эти чертовы деньги?

– Работа идет полным ходом.

– Эту фразу я слышу от вас каждый раз. Что вы думаете о предложении прокурора устроить проверку на детекторе лжи?

– Похоже, у них еще меньше доказательств, чем мы ожидали. Они ни на йоту не подобрались к пропавшим деньгам, и вы поступили очень умно, наняв меня. Уверен, что Миф Дэниелс не согласится на тест. Она не так глупа.

– Возможно.

– Вы об этом хотели со мной поговорить?

– Не совсем. Появилось еще одно обстоятельство.

– Беда не приходит одна, верно? – ухмыльнулся детектив.

– К одному из наших вице-президентов обратился федеральный агент и предложил дать показания против фирмы.

– Показания о чем?

– Он выражался очень туманно. Очевидно, о каких-то фиктивных сделках.

– У них есть доказательства?

– Сомневаюсь. Они здорово наседали на Мэтта Лэнсинга из отдела финансов. Хотели, чтобы он шпионил за вами.

– Лэнсинг сам вам об этом рассказал?

– Да.

– Надо будет поговорить. – Майклсон записал имя Лэнсинга в свой блокнотик. – Я установлю за ним слежку.

– Зачем?

– Чтобы убедиться, что он не сболтнет федералам лишнего. Может, сейчас он и говорит правду, но если позже на него нажмут как следует, ваш парень запоет, как канарейка. Как звали агента?

Декер протянул Майклсону листок бумаги:

– Вот его фамилия и телефонный номер. Стивен Ларс. Слышали о таком?

– Нет, но мне это было ни к чему. Я все проверю. – Майклсон улыбнулся во весь рот. – Уверены, что больше ничего не хотите мне сказать?