Чтение онлайн

Психологи разработали также ряд программ для обучения навыкам общения детей дошкольного и школьного возраста. По таким программам с детьми, отнесенными к категории одиночек или "изгнанников", проводится ряд занятий с показом особых навыков общения, предоставлением возможности попрактиковаться в нем и отзывами о результатах. В соответствии с одной из таких программ не пользовавшиеся популярностью ученики третьего и четвертого классов участвовали попарно в ряде тренировочных занятий, нацеленных на приобретение четырех групп навыков: как принять участие в определенных играх, делать что-то поочередно и вместе, общаться с другими детьми более многословно и как поддерживать ровесников, уделяя им внимание и оказывая помощь. По крайней мере в некоторых случаях такие программы обучения заметно способствовали вовлечению в общение первоначально непопулярных в кругу ровесников детей.

Поскольку в программах обучения навыкам общения прослеживается тенденция уделять основное внимание тому, чтобы способствовать признанию детей1 в обществе или их популярности, возникают некоторые мучительные вопросы о системе ценностей. Действительно ли эти программы помогают детям развить способность дружить или же они подогнаны под американский идеал бойкой общительности и добродушия, который мало связан с настоящей дружбой. (Питер Сведфельд поясняет склонность нашего общества выступать "за то, чтобы все вместе") Ответ на данный вопрос зависит как от деталей программы, так и от системы ценностей у тех взрослых, которые ее реализуют. С точки зрения некоторых, во всяком случае ведущих, практиков, "цель обучения навыкам общения не в том, чтобы создать "популярных" или "общительных" детей, а в том, чтобы помочь детям, к какому бы типу личности они ни относились, развить настоящие отношения... по крайней мере с одним ребенком или двумя. Можно также усомниться и в том, этично ли навязывать обучение навыкам общения детям, у которых в этом вопросе почти нет выбора и которые в отдельных случаях могут на самом деле не испытывать желания превратиться в "более дружелюбных". В конечном счете, самый убедительный довод в защиту таких программ - это то, что они, видимо, могут повысить у ребенка уровень самоконтроля собственной жизни:

"Ребенок, который способен положить начало игре или общению с себе подобными, может все же предпочесть проводить время в одиночестве. Но такой ребенок сможет успешно общаться, когда он (она) этого захочет или если того потребует обстановка. С другой стороны. ребенок, не владеющий навыками общения, может оставаться один или быть "изолированным" скорее по необходимости, чем по своей воле".

Чтобы обучить детей навыкам дружеского общения в школьной или домашней обстановке, родителям и учителям не обязательно открывать официальные курсы; достаточно прибегнуть к демонстрации подобных навыков, объяснениям и отзывам о ним. Хотя взрослым при обучении детей навыкам общения приходится играть роль, лучше, если они будут играть ее ненавязчиво. В особенности же взрослым нужно остерегаться "поправлять"на виду у всех не овладевших еще какими-то навыками детей и таким образом смущать их, а также публично называть детей "застенчивыми", ибо и они начнут считать себя как раз таковыми.

Взрослым не надо навязывать навыки общения без разбора, нужно уважать реальные различия между детьми, которые одних детей побуждают установить дружеские отношения со многими сверстниками, других - сосредоточиться на одной или двух дружеских связях, а третьих - проводить много времени в одиночестве. Любая из этих моделей может удовлетворить отдельного ребенка и подойти ему. Пытаясь помочь детям подружиться, мы должны быть больше заинтересованы в качестве дружеских контактов детей, а не в их количестве.

Смена школы или местожительства

Когда через год я снова посетил дошкольников, за которыми вел наблюдения, я тут же обратил внимание, что Рикки - когда-то самый общительный и популярный мальчик в классе - был теперь необычайно тихим и подавленным. Хотя Рикки и играл с другими детьми, однако все его занятия были ниже обычного для него уровня изобретательности. Например. играя, он все время подпрыгивал на доске, и похоже, то делал он это без увлечения. Когда я на следующий день вернулся в школу, Рикки подошел ко мне и сказал с грустью: "Приятель Джош, приятель Тони, приятель Дэйвид". Я спросил, почему он так говорит. "Потому что это мои приятели, - ответил он.
– мне так их не хватает". К концу первого года моих наблюдений Рикки, Джош, Тони и Дэйвид составили тесную компанию. Они относились к наиболее изобретательным детям в классе и часто все вместе строили гаражи-стоянки, бросались тушить пожар или составляли экипаж космического корабля. За два месяца до моего повторного приезда родители перевели Джоша, Тони и Дэйвида из дневного детского сада в дошкольное учреждение с продленным днем. Поэтому из прежней компании тут остался один Рикки. Несмотря на то что он, казалось, понимал ситуацию и приспосабливался к ней, его чувство утраты было безошибочным.

Социологи, давно изучающие последствия кратковременной и долговременной разлуки детей с родителями, не провели, по сути, никакого систематического исследования разлуки детей со своими друзьями. И тем не менее рассуждения о последствиях переезда детей на новое местожительство весьма распространены и по большей части представляют собой общие предположения. Говоря о первых годах в школе, Салливан заявляет, что частные переезды нередко "губительно" воздействуют на жизнь детей и что любые переезды в этот период могут стать серьезной помехой для общения. Не так давно один видный детский психолог высказал предположение, что переезд травмирует как дошкольников, так и подростков, "жизнь которых расстроилась из-за того, что они покинули родной город и оставили там друзей".

Резкая реакция на переезд может быть отчасти понята как горестная реакция на потерю особо близких друзей, тех людей, с которыми человек привык общаться и находить у них поддержку. Подобные потери обычно вызывают чувство одиночества, депрессию, раздражительность и гнев. Такие чувства может испытать ребенок, у которого друг переехал на новое место жительства, а также тот ребенок, который переехал сам. По крайней мере, в некоторых случаях боль потери может ощущаться очень сильно:

"Я так много передумал, что теперь надо написать об этом. Я столько сам себе сказал, и теперь все должно выйти наружу. Иногда мне хочется покончить с собой. Хочу ли я этого? Серьезно, я об этом думал. Моя проблема в том, что я хочу вернуться в прежнюю школу и туда, где мой настоящий дом".

Дополнительная трудность заключается в том, что ребенок, переехавший на новое место жительства, должен теперь стать частью нового социального окружения, где - что значительно ухудшает положение - "каждый ведет себя так, будто знает каждого очень давно". У детей любого возраста такие переезды могут возродить все трудности и опасения, какие он испытывал при первом появлении в кругу дошкольников. Иногда завести новых друзей оказывается особенно трудным делом для детей старшего возраста, так как к концу детского возраста компании, как правило, уже сложились, и в них нелегко войти новичку.

Возможность поддерживать связь со старыми друзьями может быть приятна детям и после переезда на новое место жительства, но подобного рода контакты могут также напоминать ребенку, насколько ему или ей их не хватает. Тринадцатилетняя Марлен, которую родители с ее неполного согласия перевели на одной частной школы в другу, поведала о своей встрече со старым другом:

"Мне на самом деле так иногда не хватает Бэнкрофта. За завтраком я увидела действительно близкого друга - по крайней мере он был таким в прошлом году, - и он так мило себя вел. Мне просто захотелось сбежать с уроков и весь день с ним разговаривать. Каждый раз, как только я поговорю или увижусь с кем-нибудь оттуда, мне становится так грустно. Мне так грустно, что меня там уже нет, но в то же время я так рада, что я не там. Все так запуталось, и от этого чертовски больно."

Такая двойственность переживаний может быть характерной для детей, которые сменили одну обстановку на другую и когда они пытаются разобраться как со своим ощущением утраты, так и с потребностью смириться со своим новым положением.

Некоторые авторы предполагают, что частые переезды, кроме непосредственного воздействия, вызванного необходимостью бросить старых друзей и заводить новых, оказывают и более длительное воздействие на людей. В "Нации странников" Венс Паккард рассказывает о типичном случае, когда молодому человеку, выросшему в семье военного, с детства с трудом удавалось завести близких друзей: "Он был уверен, что это происходило по вине обстоятельств, потому что, когда он рос, друзья его, дети из семей военных, обычно менялись каждые два года. Повторяющаяся боль утраты друзей невольно заставила его, как он подозревает, избегать близких, дружеских контактов".

Но переезд не всегда оказывает такое резко отрицательное воздействие на детей. Немногочисленные данные на этот счет не дают возможности установить систематическую связь между количеством переездов людей в детстве и их чувством одиночества в зрелом возрасте. Детям, конечно же, действительно не хватает старых друзей, и зачастую они еще долго продолжают думать и говорить о них. Маленькие дети порою вводят прежних друзей в свои воображаемые игры, чтобы как-то компенсировать потерю ("Вот космический корабль Ронни, а вот мой"). Некоторым детям старшего возраста тоже удается поддерживать связь с друзьями в течение многих лет, переписываясь, перезваниваясь по телефону и изредка навещая их. В то же самое время многие дети рассматривают свой переезд как благоприятную возможность приобрести новых друзей, и большинству из них удается постепенно завести друзей на новом месте.