Чтение онлайн

– Не сестра я тебе! – в истерике кричала испуганная девушка.

– Ты наша сестра! И ты нам нужна! Ты все поймешь… – могучий рыцарь не успел договорить. Из палатки вышел Михалагес. Без одежды он выглядел еще тоньше и жальче, а на фоне рыцаря и вовсе тощим прутиком:

– Куда торопишься, брат?

– Исполнить то, чего мы ждали уже столько лет. Идем с нами! Не потехе час!

– Неужели? Вы нашли последнего скитальца? – Михалагес обошел рыцаря и встал у него на пути; приспешники брата попятились назад, путаясь в своих монашеских балахонах.

– Нет! – выдавил из себя алый рыцарь. – Но вчетвером мы сможем! Ты будешь стоять так вечно передо мной? – спокойно продолжал разговор рыцарь, не обращая внимания на попытки девушки вырваться.

Михалагес подозвал к себе Ерофея и взял один из его клинков:

– Острый… – уколол палец голый человек под сокрушающим взглядом рыцаря.

– Прости меня, Зара… – брат не сразу понял, что хочет сделать Михалагес. Но, когда оттолкнул его от себя, было уже поздно. Михалагес оторвался от губ девушки, улетев в гущу монахов, а за ним и окровавленный клинок.

С ужасом глядел рыцарь на обмякшее тело. Его изумление было гораздо больше, чем у степных людей, замерших вокруг него.

Как он посмел?! Как это возможно! Это сделал он?!

Шок сменился безразличием к этому хрупкому телу. Брат бросил на землю ненужную ему более девушку. Он не обращал внимания на жалкие попытки степных людей остановить его. Рыцарь желал видеть этого наглеца!

Не могли слуги брата справиться с Михалагесом. Они лишь зря гибли от его руки. Смеялся Михалагес, смеялся так, как никогда раньше. Шутил он над каждым, кто умирал в мучениях от него, всюду видел он радость.

– Как ты посмел?! – вырос перед ним брат.

– Руками! Вот этими, – развел руками Михалагес, как бы ненароком сразив еще двух монахов.

– Ты!..

– Что ты сделаешь? Убьешь меня? – Михалагес был уже с другой стороны от рыцаря, игриво ткнув его в бок локтем. – И неизвестно, сколько продлится еще наш срок! – замер он на мгновение, приобретя надменную серьезность.

Промолчал брат и удалился в темноту. Слуги, как рабочие муравьи, окружающие матку, собрались вокруг него и двинулись за ним.

Племя не радо было более Михалагесу и Ерофею. Не желали их здесь более видеть. Им этого и не требовалось. Через мгновение после ухода брата исчезли хозяин и слуга. И лишь слеза, упавшая на месте, где только что стоял Михалагес, напоминала о них.

По возвращении домой Андрея Михайловича ожидал небольшой «подарок» от института. Уже на входе он услышал, как его приемная дочь оживленно копошится на кухне и ведет бессвязную беседу. Учитывая, что родственников у них не было, во всяком случае тех, кого хотел видеть историк, Андрей Михайлович заинтересовался неожиданным визитом.

Надев свои кожаные тапочки темно-рыжего цвета, что сочетался с общими тонами его квартиры, историк поторопился на кухню. Только там он снял верхнюю одежду, завидев гостя, стоявшего у деревянного стола и категорически отказывавшегося садиться.

Квартира историка своими очертаниями напоминала добротную избу с изысканной отделкой. Если в двух словах – мечта термитов. И этот молодой человек как-то не вписывался в интерьер.

А по-другому, кроме как частью обстановки, историк и не мог назвать гостя. Именно так он относился к воинам ТМ, впрочем, как и к большинству людей. Черные волосы воина были зачесаны назад прямыми проборами, а агатово-карие глаза холодны и бесстрастны. Крепкие скулы подчеркивали всю строгость его лица, хотя оно и не было лишено своей красоты. В общем типичная внешность для воина ТМ. Андрей Михайлович не был удивлен.

При виде историка молодой человек резко отдал честь, словно историк был некое высшее звено в цепи его званий. Историк неохотно разрешил воину команду вольно. Марина изумленно остановилась, глядя на подобное поведение, после чего снова активизировалась:

– Проходите. Сейчас разогрею обед!

– Нет, спасибо! – историк держал свою куртку на правом предплечье, тихо постукивая концом трости по линолеуму. – Иди за мной! – приказал он гостю.

Оставив куртку на вешалке, Андрей Михайлович велел воину открыть дверь в его кабинет. И только там историк расстался со своей тростью, поставив ее рядом с креслом. Погрузившись в мягкие облака, старик побрезговал позволить воину портить своим телом его мебель.

– Неожиданно. И как это должно мне помочь? – историк смотрел снизу вверх на солдата. Рад бы наоборот, да только воин был выше его на две головы.

– То, что я видел сегодня, требует повышенных мер безопасности!

– Будьте уверены в своей сохранности! Я буду вашим эскортом на время командировки в Марокко!

– Марокко?

Воин принес недобрую весть: историку через девять дней необходимо было направиться в Марокко. Почему так внезапно? Или же Анатолий скрыл это? Воин сказал, что это прямой приказ сверху.

Андрей Михайлович понял, что это за верх. И желал получить ответы.

К сожалению, в последующие дни посещения института оказались не продуктивны. Если не считать двух десятков непринятых зачетов у студентов.

Блондин, сморщившись, провел рукой по своему шраму. Эта не заживающая до конца рана все еще болела и мучила его. Рубец не только на этой бренной оболочке, но и на его душе. Это память о своей беспечности, когда он поверил в глупость безумца, что чуть не стоило ему жизни.

Его не интересовало, что происходит на экспериментальной арене там, внизу. Он был здесь, на этой демонстрации, лишь из-за того, что от него крайне упорно требовали присутствия здесь. Люди в белых халатах окружили его и с нескрываемым любопытством смотрели сквозь энергетические щиты на арену.

На ее песке стояли три человека, закованные в современную нанотехнологическую броню, их оружие могло вызвать зависть большинства наемников на всей планете. Они были фрилансерами, которые согласились выступить на этой арене и сразиться с заключенными ради «увеселения» публики. Только им не сказали, что это будут за заключенные и что затеяно все далеко не ради зрелища.

Механические врата резко распахнулись так, что песок волной ударил от них, а яркий слепящий свет озарил всю арену. Наемники даже не шелохнулись. Из этого света вырвалась лишь одна фигура, стремительно обогнула арену и оказалась за спинами людей.

Их реакция последовала незамедлительно, но фигура проигнорировала и пули, и лазер. Разрывная граната огласила взрывом арену, подняв вихрь из песка, но, когда он улегся, – фигуры уже не было. Она была на месте трех фрилансеров; их словно разорвало противотанковым снарядом.