Чтение онлайн

– Вот только улыбаешься ты несолидно, – Шурик невозмутимо продолжал издеваться. – Смущенно подымаешь уголки губ, еще и краснеешь при этом. Как маленькая девочка-дурочка.

Подобные психологические изыски ранее моему второму бывшему мужу также были совершенно не свойственны.

– А по-твоему, я должна ржать, как большая тетя-дура? Где ты только такого бреда набрался?

– Дарья в школу фотомоделей ходит, – тоскливо вздохнул Шурик. – Всей семьей участвуем в отработке ее образов. Подозреваю, что скоро даже рыбки начнут массово вертеться перед зеркалом и заучивать голливудские ужимки. Домработница Татьяна вчера так подъездному охраннику улыбнулась, что тот с криком «Бабушка, вам плохо?» кинулся скорую вызывать. В общем, развлекаемся…

Я сочувственно покачала головой. Двенадцатилетняя Даша, дочь Виктории от первого брака, всю жизнь была натурой чрезмерно увлекающейся и деспотично заставляющей всех вокруг увлекаться вместе с собой. На этот раз она явно превзошла саму себя. Это что же надо было сделать с программистом Шуриком, чтобы он научился на мимику собеседниц внимание обращать?!

– Знаешь что? – Шурик, ничуть не стесняясь моего присутствия, снова уселся за руль форда и продолжил разговор со мной сквозь открытое окно: – Пойдем к нам. Попьем чайку да поговорим подробнее о предстоящей работе. Единственное, я при Виктории особо афишировать это не хочу.

– Хочешь сказать, Вика даст нам поговорить наедине? – не поверила я своим ушам. – Я бы в жизни не позволила, чтобы близкие мне люди секретничали без меня.

Виктория Силенская, одна из известнейших бизнес-леди нашего города, самостоятельно добившаяся и солидного достатка, и статуса, причем задолго до своего второго замужества, конечно же, не могла не считать своим долгом быть в курсе всех дел мужа.

– Кэт, – Шурик улыбнулся, – Вика – мудрая женщина. Она прекрасно знает, что мои дела – это мои дела. Если я по каким-то причинам не посвящаю ее в происходящее, значит, так нужно. В отличие от тебя, она уважает мою внутреннюю свободу и не сгорает от параноидального любопытства.

– Лучше быть нужным, чем свободным, – процитировала классика я. – Впрочем, каждый выбирает свой путь. Я, как ты знаешь, вечный приверженец полной открытости между супругами. Настоящая любовь, на мой взгляд, возможна, только когда люди по-настоящему живут одной жизнью, без разделения дел на «мои» и «твои».

Рассуждая на подобные темы, я снова вспомнила об отъезде Георгия и почувствовала, как возмущение, которым я активно пыталась вытеснить свои чувства к Жорику, сменяется болью. Как показал опыт, какой бы тесной жизнью ни жили люди, корыстные интересы разобщают их, расшвыривая по разным работам и заботам. Это открытие навевало на меня невозможную тоску.

– По крайней мере в идеале должно быть так, – робко смягчила я категоричность собственных высказываний.

– Здоровый реализм показывает, что так не бывает. – Шурик презрительно хмыкнул. – Эх, Кэт, ну когда ты уже повзрослеешь?

Я даже не обиделась, за что тут же поставила себе большой плюсик. Приятно, когда на практике воображаемые тобой собственные положительные качества оказываются действительно существующими. Подобные ситуации, увы, пока происходили со мной крайне редко, поэтому я искренне радовалась своей просветленности и необидчивости.

Шурик между тем резво загнал форд в стойло. Я ласково погладила нашедшийся автомобиль по лобовому стеклу. За долгие годы совместного существования у нас с этой машиной образовалась совершенно мистическая душевная связь. Если бы форд был живым, он бы удовлетворенно замурлыкал.

– Ты помнишь, что я не давала пока согласия на выполнение твоей странной работы? – на всякий случай я решила еще немного поотнекиваться.

– Да брось ты, Кэт… Представляешь, как Георгий удивится, когда узнает, что ты самостоятельно справилась с заказом!

М-да… Шурик всегда умел настоять на своем. Я представила перекошенную физиономию Жорика, когда он узнает, что, пока он там разъезжал по командировкам, я тоже без дела не сидела, нарабатывала нашему агентству клиентуру и даже жизнью рисковала. Перспектива получалась весьма заманчивой.

– Ты ведь пытаешься меня нанять вовсе не потому, что я выгляжу как беззаботная девочка-дурочка, не вызывающая ни у кого подозрений, да? – Сдаваясь, я все же решила напоследок уладить кое-какие формальности.

– Разумеется, – клятвенно заверил Шурик, запуская меня в подъезд. – Я верю в твои детективные способности. Да и, если честно, считаю своим долгом занять тебя до возвращения Жорика чем-то стоящим, чтобы ты не успела наделать глупостей.

Шурик попытался подлизаться еще больше, галантно распахнув передо мной дверцу старинного лифта.

Естественно, в другой момент к кабине лифта Дарья подойти не могла. Дверца, распахнувшись, стукнула дочь Виктории Силенской по лбу.

– Класс! – обалдело произнесла Дашка, даже забыв разреветься. – Я искорки видела!

– Немедленно приложи ко лбу лед, иначе будет шишка, – не на шутку испугавшись, посоветовала я.

Дашка пулей рванулась к дверям квартиры. Видимо, наличие шишек на лбу фотомоделей приравнивалось по трагичности к мировым катастрофам.

– Даша, а поприветствовать тетю Катерину? – строго крикнул вслед беглянке Шурик.

– Мама! Там Катюша пришла! – Дарья всю жизнь величала меня по имени, не обращая внимания на массовое недовольство родителей. – А мусор я выносить не пойду, потому что Шурик убил меня дверью! – вместо приветствия Дашка подмигнула мне и нырнула в квартиру.

Мы с Шуриком зашли следом за Дарьей.

– Привет, привет, дико рада, что ты все-таки зашла, проходи в гостиную, я скоро вернусь, – скороговоркой проговорила возникшая в прихожей Виктория, – только выясню, что с этой малолетней симулянткой случилось.

– Она не симулянтка, – Шурик решил вступиться за правду. – Я дверь лифта открывал, а она как раз с обратной стороны стояла…

Виктория, склонная преувеличивать любые события, побледнела и осторожно крикнула в сторону кухни:

– Доченька, ты жива?

– Смотря для чего, – хитро прищурилась Дарья, уже водрузившая себе на лоб полотенце со льдом. – Сериал смотреть могу. А вот на улицу выйти тяжеловато будет.

– Ладно, я сама мусор вынесу и заодно в магазин схожу. Кто-то же должен все это делать, когда Татьяна выходная! – легко отмахнулась Виктория. – Вам не кажется, что я сегодня подозрительно покладистая? – обратилась она к нам с Шуриком. – Это к дождю.

– Вика, – я наконец обрела дар речи, – скажи, что у тебя на голове? Последний раз, когда я видела тебя в столь, хм-хм, – я замялась, подыскивая слово, – независимо-легкомысленном виде, дело кончилось твоим вторым замужеством… Что произойдет на этот раз?