Чтение онлайн

– Друг мой, – проговорил Гленарван, – если там могут пройти стада овец и быков, сможем пройти и мы. Будем держаться этого пути.

Без промедления прозвучал сигнал к отправлению, и отряд углубился в долину. Склон здесь был настолько пологим, что, казалось, его и вовсе нет. Около одиннадцати утра пришлось обогнуть небольшое живописное озеро. Выше располагались равнины, поросшие злаковыми травами, на которых пасся скот индейцев. Получасом позже отряд угодил в болото, и лишь благодаря чутью мулов путники выбрались оттуда без потерь. В час пополудни показалась крепость Бальенаре, высившаяся на остроконечном утесе. Тем временем подъем становился все круче, камни с шумом скатывались вниз из-под копыт мулов. Около трех часов пополудни путники миновали живописные руины еще одной крепости, разрушенной во время восстания индейцев в 1770 году.

В этих местах дорога была намного тяжелее. Мулы шли, опустив морды к каменистой почве, и словно вынюхивали путь. Трава здесь была еще густой, но повсюду встречались красноватые обломки застывшей лавы, покрытые желтыми кристаллами, – чувствовалась близость вулкана Антуко. В таких местах частые подземные толчки постоянно меняют облик местности, лавины засыпают тропы, а путевые вехи попросту исчезают. Поэтому проводник заколебался: остановившись, он принялся озираться, пытаясь обнаружить тропу среди каменного крошева.

Лорд Гленарван следовал за проводником шаг за шагом. Он не спешил задавать вопросы, полагая, что у опытных проводников, как и у мулов, есть особый инстинкт, на который можно положиться в трудную минуту. Отряд проблуждал еще около часа и наконец был вынужден остановиться. Путь преграждала отвесная скала. Проводник слез с мула, скрестил на груди руки и застыл.

– Вы потеряли проход? – спросил Гленарван.

Проводник покачал головой.

– Нет, сэр. Вот зола от костра, который разводили индейцы-пастухи, а вот следы копыт коней и овец.

– То есть они шли именно этим путем?

– Да. Но теперь это невозможно: землетрясение перекрыло дорогу.

– Для мулов – да, но не для людей, – отозвался майор.

– Вам решать, – пожал плечами проводник, – хотя еще не поздно вернуться и пойти к другому перевалу.

– Сколько на это потребуется времени?

– Дня три, не меньше.

Лорд Гленарван задумался. Было совершенно очевидно, что мулы здесь не пройдут.

– Ну как, друзья, будем двигаться вперед или повернем? – спросил он у спутников.

– В чем, собственно, дело? – воскликнул Паганель с усмешкой. – Всего-то и осталось – преодолеть горную цепь, противоположный склон которой куда легче для спуска, чем тот, на котором мы стоим сейчас. На восточном склоне мы найдем и проводников, и коней. Значит, вперед!

– А вы не отправитесь с нами? – спросил проводника-англичанина лорд.

– Я всего лишь простой погонщик мулов, – ответил тот, – и не могу бросить своих животных.

– Обойдемся и без проводника, – заявил Паганель. – По ту сторону скалы мы снова окажемся на тропе, и я не хуже местного жителя приведу вас прямо к восточному подножию Кордильер.

Гленарван заплатил проводнику и отпустил его вместе с пеонами и мулами. Оружие, инструменты и съестные припасы семеро путешественников разделили – каждый получил свою долю поклажи. Было принято решение немедленно отправиться в путь и, если понадобится, продолжить восхождение даже в темноте. По левому склону расселины змеилась едва заметная тропка, и после напряженного и опасного двухчасового подъема и спуска отряд вновь оказался в проходе Антуко. Однако тропы между скалами так и не удалось обнаружить. Последнее землетрясение превратило окрестности в хаос скальных обломков.

Подъем продолжался всю ночь. Путешественники карабкались на неприступные площадки, перебирались через широкие и глубокие расщелины. Вот когда пригодились сила Малреди и ловкость Уилсона – эти двое шотландцев успевали повсюду. Лорд Гленарван не спускал глаз с Роберта – по своей горячности мальчишка мог совершить роковую ошибку. Паганель рвался вперед с чисто французским пылом. Зато майор Макнабс не торопился и не отставал, с невозмутимым спокойствием успешно продвигаясь по склону.

К пяти утра барометр, которым путешественники пользовались в качестве высотомера, показал, что они достигли высоты в семь с половиной тысяч футов. Теперь отряд находился на безжизненных плоскогорьях, лишенных древесной растительности. Среди сухих трав и кустарников попадались животные, которые, заметив людей, пускались наутек. Роберту удалось увидеть лам – копытных родственниц верблюда, которые индейцам, живущим в горах, заменяют овец, коров и вьючных лошадей. Были здесь также шиншиллы – небольшие ушастые грызуны с густым серебристым мехом.

Вскоре все вокруг стало совершенно другим. Повсюду вздымались глыбы льда, отливающего синевой в лучах восходящего солнца, а расщелины между глыбами заполнял слежавшийся снег. Уилсон двигался во главе отряда, проверяя ногой и палкой прочность льда. Его спутники ступали след в след и опасались повышать голос, ибо малейшее сотрясение воздуха могло вызвать лавину.

Миновав ледник, отряд вновь оказался в зоне кустарников, которые вскоре уступили место злакам и кактусам. Однако на высоте одиннадцати тысяч футов все следы растительности исчезли. За это время члены экспедиции сделали всего один привал – в восемь утра, – чтобы перекусить и восстановить силы, а затем продолжили подъем. Им приходилось перелазить через острые как лезвия гребни и шаг за шагом продвигаться по самому краю пропастей, в которые и заглянуть было страшно!

Около двух пополудни между обнаженными остроконечными вершинами взору путешественников открылось огромное плато без всяких следов растительности. Из-под плотного снежного покрова повсюду торчали остроконечные порфировые и базальтовые обломки.

Разреженный воздух вызывал удушье, глаза слезились и болели от блеска солнечных лучей, отражавшихся от снега. Головокружение лишало путников последних сил. Лорд Гленарван с отчаянием подумал о предстоящем ночлеге во тьме, холоде и мраке.

Неожиданно его тронул за руку Макнабс.

– Видите хижину, Эдвард? – спокойно спросил майор.

Всякий другой на месте Макнабса прошел бы мимо, не подозревая о существовании этого жилья. Занесенная снегом индейская хижина была совсем незаметна среди окрестных скал. Понадобилось полчаса упорного труда Уилсона и Малреди, чтобы откопать вход в нее.

Пристанище было сложено из сырцового кирпича и находилось у подножия скалы. К входу – единственному отверстию – вели каменные ступени. В хижине могли свободно разместиться десять человек, и стены ее неплохо защищали от резкого холода – температура снаружи уже опустилась до десяти градусов ниже нуля. Очаг с дымоходом давал возможность развести огонь.