Чтение онлайн

– Это не больно. Собственно это и есть, как бы сказать, эмбрион, что ли. Мы называем это "кррарри". Его можно выращивать в этом кармашке, в который вырабатывается специальный секрет или в стакане, сливая туда жидкость. Созревает организм в течение семи месяцев. Будучи в период развития хладнокровным, он не требует к себе особого внимания. После рождения или, если хотите, вылупления, начинает работать эндокринная и гормональная системы и, ребенок становится теплокровным. Малыши питаются той же пищей, что и все, только измельченной. Сразу после рождения наши отпрыски могут ползать, ходить, полноценно видят, и различают интонации. Воспитывает ползунят вся община. Взросление происходит в течение пяти лет, но рост продолжается до тридцати. Вот и все. – Закончил повествование Зоммо.

Пока рассказывал, он опустил в стакан оторванный отросток и, наклонившись, слил туда же ярко-желтую жидкость из кармашка.

– Оставьте это на солнечном окне и сами за всем понаблюдаете. Секреторную жидкость я буду сливать при посещении. А особь, мы передадим общине, если вы не захотите с ним возиться и воспитывать.

– А что, его можно оставить себе? Вы не возражаете? – С удивлением спросил Макс.

– А что мне возражать. – Также недоумевал Зоммо.

– А если он замерзнет или перегреется? – Поинтересовалась Юля.

– Ну, градусов до шестидесяти с ним ничего не будет, а замерзнет, так оттает. Правда, это существенно увеличит срок развития. – Скептически заметил Зоммо.

– И вы скучать не будете или переживать, что с ним плохо обращаются? – С удивлением заметила Юля.

– Это вы двуполые, так сильно привязаны к своему потомству. А в нашей культуре, если малыш отбился и бродит, в какую общину зайдет, там его и примут. В древние времена тот, кто не хотел вынашивать на себе, найдя лунку или углубление в камне и ходил сливать фермент до рождения и все. А там, кто подберет. Сейчас мы путем утилизации отростков регулируем количество населения планет, на которых обитаем. Все дело, наверное, в том, что вы создаете пары на долгое время. – Заключил отстраненно Зоммо.

Юля взяла аккуратно стакан и отнесла на южное окно второго этажа своей комнаты. Там она бережно поставила сосуд с содержимым на подоконник, когда ее осенила мысль, и она быстро направилась назад в кабинет. Зайдя, она перебив говорящих, спросила у Зоммо:

– А этого стакана хватит до конца развития, или нужно будет переместить малыша в сосуд побольше? – Встревоженным голосом спросила Юля.

– Да, этого вполне хватит. При рождении малыш будет весить не более ста пятидесяти грамм, а стакан на пол-литра по вашим измерениям. – Не моргнув глазом, ответил Зоммо.

– А он точно, нормально будет чувствовать себя на нашей планете? – Не унималась Юля.

– Конечно. Условия здесь, весьма суровые, но вполне приемлемые. Нужны некоторые химические вещества, их у вас в принципе нет, но если вы решите оставить его себе, я принесу генератор молекулярной матрицы. – Заверил её Зоммо.

Макс понял, Юля уже решила для себя, что оставит маленького "Зоммо" у них, но счел разумным обсудить это с ней позже.

– Как это суровые условия? Разве наша планета не является типичным небесным телом, на котором обитает жизнь? – Заинтересовался Макс.

– Типичная, да, но вот лучшая, здесь скорее нет. – Пояснил Балисед. – Планеты на которых живут и изначально обитали наши виды, находятся в множественных солнечных системах. По этой причине на большей части планет более мягкий климат, сравнимый с вашими субтропиками, и они менее подвержены всяким катаклизмам, типа наводнений или засухи. При меньших перепадах общих температур, и по иным причинам, в этих мирах глобальные климатические катастрофы почти не случаются.

– А я-то думал, что земля – цветущий сад, который мы беспечно гробим. – Несколько удрученно произнес Макс.

– Я тоже. – Вторила ему Юля.

– Да не расстраивайтесь вы так, есть планеты и куда более суровые. Во много раз суровее этой. – Попытался их успокоить Зоммо.

– А с каких вы планет и как называются ваши виды? – Продолжил он задавать вопросы, постепенно подбираясь к основному: цели их визита.

– Я табиет. Ну, вы земляне, а я табиет. – Сразу же ответил Зоммо.

– Значит, ваша планета называется Таби? – Уточнил Макс, на что он покачал головой.

– Нет, Табиер. – Поправил Зоммо.

– Мой мир называется Свиар, а мы, ее жители, свиарцы. Обе наши планеты находятся в других галактиках, которых не видно из вашей части вселенной, даже при помощи специальных средств. Но есть среди нас миры и из всей галактики и из окружающих, на которых проживает много разнообразных видов. – Спокойно проговорил Балисед, жуя кусочек сыра.

В головах у Макса и Юли после узнанного все совершенно смешалось, и оставался один вопрос: Зачем они здесь? Зачем, существам из столь развитых цивилизаций, может, понадобится общение с такой отсталой культурой, которая в своем становлении едва ушла от охотников и собирателей. Созданные социальными тенденциями стереотипы не давали молодой паре возможности предположить отсутствие корыстного интереса в подобной ситуации и это весьма сильно их тревожило. Оба сидели молча и не хотели первыми задавать гостям каверзные вопросы. Сейчас момент отношения складывался ровно и доброжелательно. А вдруг их непомерное любопытство все испортит. Балисед и Зоммо заметили тревожную задумчивость и сами обратились к ним с вопросом. Первым начал говорить Зоммо.

– И что же вас пугает, друзья? Я полагаю, вы хотите подробнее узнать о цели нашего визита? – Произнес он.

– Скорее уж о мотивах. – Не очень уверенно уточнил Макс.

– Не удивительно, что вас это тревожит. Ваша планета еще не прошла стадию окончательного становления цивилизации. И по нашим наблюдениям, чем суровее климат на планете, тем быстрее прогрессирует материальная часть и медленнее моральная. Часто, довольно долго сохраняется серьезное расслоение общества, по нескольким параметрам. Например: Богатые – бедные, умные – глупые, хвастливые – скромные, властные – бесправные, агрессивные – миролюбивые и т. д. Но постепенно цивилизация прогрессирует, и эти атавизмы отмирают, как и генетические цепочки, которые несут изжившую себя информацию, замещаются чем-то более полезным согласно новым реалиям. Агрессивное поведение заменяется сознанием защищенности посредством интеллекта и коммуникабельности, алчность – пониманием тщетности накоплений в мире, где у всех все есть, амбиции – осознанием бремени власти и славы. Все становится намного ровнее, так как внутренние враги иссякают, а внешние не могут до вас добраться. Остается одно любопытство. Поэтому основное направление нашей деятельности исследовать и узнавать что-то новое. – Терпеливо внес ясность Балисед.

– Но ведь это фундамент выживания. – Возразил Макс.

– Бытие толкает нас к другим основам, и мы на них опираемся. – Парировал Зоммо.

– Да ладно, на эту тему можно рассуждать бесконечно. Меня больше интересует то, как вы живете. Какие у вас планеты, что кроме… Вы люди или нет? – Запутываясь в клубке вопросов, запнулся Макс на полуслове.

– Ну, на каждом языке это слово звучит по-разному. Но в общем-то, да. Люди. – Ничуть не смутившись, поправил Балисед.

– Кроме людей, какие существа еще обитают? Что еще за виды существуют на других планетах? Да, вопросов бесконечное множество. Вы опишите нам как можно больше. – По-детски, взахлеб спрашивал Макс.

– Конечно, можем рассказывать, хоть до бесконечности. Но лучше мы вам покажем немного хроники наших путешествий. После того как обсудим один вопрос. – Заявил Зоммо.

Любопытству Юли и Макса не было предела. Они едва удержалась, чтобы не захлопать в ладоши и не закричать: Давайте уже, показывайте. Но, обуздали свое любопытство, и Макс поинтересовался, что за вопрос их занимает.

Оказалось, что гости хотят после окончания просмотра посидеть в интернете. Узнать больше о том, что происходит на нашей планете, почитать статьи и поинтересоваться технологическими достижениями. Короче, собрать научную и политическую информацию о происходящем на земле. Хозяева не возражали, тем более что они будут брать сведения из открытых источников, а компьютеры все равно стоят без дела в промежутках между часами работы Макса.