Чтение онлайн

— Всяких, — ответил неспешно, ухмылки не пряча. — Жили тут, разговаривали… вот к которым ты же и посылал.

Ворон нахохлился.

— Куда велено было, туда и послал.

— А сюда позвал тоже как велено?

— А что, лично мне ты на кой-то сдался?! — огрызнулся птиц с такой яростью, что даже вслух злобно каркнул.

— Ага…

И Серазан замолчал, припоминая, что видел, слышал и знал.

Сомневаться, что они с Грином здесь волей дракона, и раньше повода не было, но интересно было бы разобраться, какие функции выполнял Ворон, а какие — Дорр и призраки прошлого.

— Хорошо, согласен, — сообщил он примирительно. — Ты птица гордая, у тебя на морде — или это не мордой называется? — написано, что абы кто тебе велеть не сможет. А вот человека типа меня, только постарше так на поколение, ты тут не встречал?

— Живого? — заинтересованно склонил голову Ворон.

— Ну… не совсем. Призрака, но он человек активный и, кажется, тоже командует тут…

— Эта долина моя! — встопорщил перья Хранитель. — И командую здесь я.

Тесс смерил Ворона мрачным взглядом, тот в ответ приподнялся на лапах и нахохлился, увеличиваясь в размерах еще больше.

— Ладно, — вздохнул Тесс. — Давай о насущном и настоящем. Куда побежал мой напарник?

У завода Грин наблюдал странное: чадила огромная каменная труба, ворота к каменным же корпусам были распахнуты настежь, и два сплошных человеческих потока шли: один, грязный и вонючий — от ворот, другой, почище, в который вписался Грин, к воротам. Шли деловито, чем дальше, тем собранней, без шуток, без баек, почти что молча. И чем дальше, тем выше становились местные жители, а Грин, наоборот, терял в росте и заодно терялся среди людей.

Если бы Тесс был рядом с Грином, он бы фыркнул, что народу не так уж и много, но он — Тесс — видел на Мабри действительно толпы и знал, с чем сравнивать, а для лесного парня заводская смена — было уже многолюдие. Как Грин прошел сквозь проходную — знал только отец-Дракон, почему ему выдали респиратор и шуршащий костюм химзащиты — было непонятно, но, плотно запакованный, Грин стал совсем неотличим от тех, кто приходил каждый день к серой бетонной коробке, от которой к самой горе, на подъем, курсировала красная жестяная коробка, в которой рабочие смены доезжали, наконец, до самых разработок.

— Новичок? — спросили его, и Грин старательно кивнул, что да, впервые. Ему дали в руки лопату и отправили на могильник.

Могильник представлял собой подтопленную пещеру, в которую свозили отработанный шлак. Прессованные гранулы шлака следовало плотно уложить в подготовленный бетонный саркофаг, утрамбовать и залить специальной пеной, которая обволакивала породу и не давала ей ни рассыпаться, ни раствориться. Запах в могильнике стоял такой, что дышать без респиратора было невозможно, а тряпка, оброненная кем-то из рабочих, попав на кучу шлака, медленно обуглилась и истлела. За полсмены рабочие — и Грин вместе с ними, — заполнили весь саркофаг, после чего залили его сверху бетоном и приступили к изготовлению нового, рядом. Объяснялись жестами — говорить через респиратор было сложно. Грин чувствовал, что по лицу течет пот, и его страшно раздражало, что нельзя ни вытереть его, ни почесаться. От осознания того, чем он занимался, было тошно почти физически. Грин не был белоручкой — ему приходилось убирать стойла, и лопата в руках была привычна. Но сладковатая вонь от ядовитой гадости, которой он заполнял внутренности горы, проникала даже через фильтры, и Грин ощущал, как она впитывается в волосы, в распаренную кожу, как кровь разносит мелкие частички яда по телу…

Вместе с рабочими он поливал каркас будущего саркофага из строительной пушки, и отчетливо понимал, что в горах не одна пещера заполнена отравленной породой, и что совсем немного времени пройдет до того момента, как отец-Дракон повернется неловко, и хрустнут сейчас такие прочные крышки, яд прокрадется в подземные воды, если уже не прокрался, и люди будут умирать от результата собственных трудов. Тут затошнило так, что Грин машинально рванул респиратор, и упал, моментально задохнувшись от спертого воздуха и едкого запаха.

Очнулся он уже внизу, на территории завода, в санчасти, под капельницей.

— Карточки твоей никак не найдут, — ворчливо сказал врач, чем-то похожий на доктора Ренна. — Штраф с тебя, парень, за нарушение техники безопасности, плюс недоработка по часам, сам понимаешь. Зато страховка все покроет, так что лежи спокойно, и мы тебя промоем как следует.

Грин едва ли понимал, что такое «карточка» и на каком он свете.

— Меня друг ищет, его зовут Серазан Тесс, — ответил он доктору, изо всех сил цепляясь за действительную реальность.

— Никто тебя не спрашивал, — оборвал врач. — Еще раз — имя, номер страховки.

— Рональд Грин, — честно ответил Рон. — А номера нет, потому что я здесь посторонний. Я пришел помочь, случайно, потому что я маг.

Лицо врача приобрело участливо-бесстрастное выражение.

— Хорошо, что хоть имя помнишь, — сказал он, втыкая шприц в Роново предплечье. — А номер мы найдем, или восстановим, так тоже бывало. Этот Серазан Тесс — он твой родственник?

— Он мой мастер.

— Уже легче, — ответил врач, отходя от Рона.

Направление Ворон все-таки указал. И даже конечную точку маршрута, перепугав заодно Тесса заявлением, что ученик его успел найти на свою голову неприятности и валяется в настоящее время в отключке.

К счастью, к моменту, когда Серазан добрался до указанной Вороном пещеры, Грин уже хоть и лежал, но вовсе не без сознания, и нервно поглядывал на продравшую рукав и впившуюся в предплечье веточку, рассказывая кому-то, что он тут вовсе мимо проходил.

— Ну-ну, — фыркнул Тесс, успокаиваясь, ветку убрал и вместо нее ухватил ученика за руку сам, разглядывая заработанную им царапину и набитую на лбу шишку. — И, главное, нашел ведь, где расшибиться…

Грин на это ответил, что у него еще и мастер есть.

— Кто бы мог подумать, — проворчал Серазан и полез в ту пещеру, из которой, судя по всему, вывалился его ученик.

Наверх забраться было несложно, но стоило сделать два шага вглубь, как Тесс резко о том, что вообще сунулся внутрь, пожалел — там сдохло и разлагалось что-то, что мабриец не стал даже опознавать, шарахнувшись от вони и чуть было не свалившись… похоже, примерно таким же способом это должен был сделать Грин.

— Ну ясно, — Серазан спрыгнул вниз и наружу, к смирно лежавшему ученику.

— Прекрасно вас понимаю.

Вновь уселся с ним рядом, пощупал шишку, посмотрел на скривившуюся физиономию и пробормотал задумчиво:

— И что же мне теперь с тобой таким делать… Вставайте, что ли?

Через полчаса врач опять подошел к Рону, приказал вставать, одеваться и вывел за проходную.

— В нашей базе данных нет ничего ни о Рональде Грине, ни о Серазане Тессе, — объяснил он сухо. — На первый раз я не стану вызывать охрану, но на будущее — легкие деньги тебе здесь не светят, парень.