Чтение онлайн

— Так расскажи подробнее об аборигенах!

— Подожди, все по порядку. Сначала мы облетели вокруг освещенной стороны с целью визуального наблюдения. Ничего особенного, это мы уже видели через телескопы. Потом я спустил шлюпку туда, куда мне указал Ханс — на площадку в самом центре одного из их городов. Сам бы я ни за что не выбрал этого места: предпочел бы сесть где-нибудь на лесной поляне и пойти в разведку. Но ведь ты приказал действовать так, как того хочет Ханс.

— Ты мог при необходимости поступать и по своему усмотрению, — заметил Кинг.

— Да. Впрочем, зачастую так и приходилось делать. К тому времени, как специалисты взяли пробы воздуха и оценили обстановку, вокруг нас уже собралась приличная толпа. Они — ну, как бы это тебе сказать… Ты ведь смотрел стереографии?

— Да. Невероятно, но это андроиды.

— Тоже мне, андроиды! Это мужчины. Не люди, но тем не менее мужчины. — Лазарус был не на шутку озадачен. — Что-то мне все не очень нравится.

Кинг не стал возражать. На картинках были изображены двуногие существа семи-восьми футов, двусторонне симметричные, с ярко выраженной скелетной внутренней системой, непропорционально большими головами и глазами, похожими на блюдца. Эти глаза, пожалуй, были одной из черт, которые больше всего делали их похожими на людей — большие, влажные, с каким-то трагическим выражением, и такие печальные, какие бывают у преданных умных сенбернаров.

Неудивительно, что глазам уделялось столько внимания: другие черты были отнюдь не столь привлекательны. Кинг с трудом заставил себя посмотреть на широкие беззубые рты, раздвоенные верхние губы. Он подумал, что пройдет немало времени, прежде чем можно будет привыкнуть к этим существам.

— Продолжай, — попросил он Лазаруса.

— Мы открыли люки, и вначале я вышел один, показывая, что в руках у меня ничего нет и всем своим видом демонстрируя дружелюбие. От толпы отделились трое и направились к нам. Я бы сказал, с большой готовностью. Впрочем, они почти тут же потеряли ко мне всякий интерес; казалось, они ждут кого-то другого, и я приказал вынести Ханса на носилках.

— Шкипер, вы просто не поверите. Они сгрудились вокруг Ханса, как будто это был их давно пропавший собрат. Нет, я даже не могу этого описать. Скорее, они встречали его как короля, который с триумфом возвращается на родину. Они старались оказывать и нам хоть какие-то знаки внимания, но от Ханса были просто без ума.

Лазарус остановился в нерешительности.

— Капитан… Ты веришь в перевоплощение?

— Не до конца. Я еще не решил этот вопрос для себя. Но, конечно же, я знаком с докладом комиссии Фролинга.

— Я и сам об этом не особенно задумывался. Но как иначе ты можешь объяснить прием, который они оказали Хансу?

— Меня это пока не очень интересует. Продолжай дальше. Как ты думаешь, можно ли нам у них поселиться?

— О, на этот счет они не оставили никаких сомнений, — ответил Лазарус. — Видишь ли, Ханс действительно может общаться с ними при помощи телепатии. Ханс сказал нам, что их Боги дали нам разрешение поселиться здесь, и аборигены уже даже разработали планы нашего размещения.

— Это правда?

— Сущая правда. Они хотят, чтобы мы у них остались.

— Но ведь это замечательно!

— Ты так думаешь?

Кинг внимательно посмотрел на кислую мину Лазаруса.

— Послушай, но в своем докладе ты обрисовал благоприятную картину во всех отношениях. Что же тебя тревожит?

— Сам не знаю. Я бы предпочел найти планету, где бы мы были предоставлены самим себе. Капитан, такая легкость наверняка таит в себе какие-нибудь неприятности.

Джокайра (или, если хотите, Жахейра, как называют их некоторые земляне) отдали весь город в распоряжение колонистам.

Такое удивительное дружелюбие со стороны местных жителей и непреодолимое желание землян походить босиком по настоящей траве и подышать свежим воздухом ускорило их высадку на планету. Сначала предполагалось, что для этого понадобится около земного года, а спящих долгожителей можно будет разбудить при первой же возможности, которая появится на новом месте обитания. Единственным сдерживающим фактором стало отсутствие большого количества шлюпок, которые бы могли сразу взять на борт стотысячную массу людей.

Правда, города джокайра не были приспособлены для удовлетворения нужд землян. Да и самих джокайра нельзя было назвать человеческими существами. Их физические потребности отличались от земных, а о культурных различиях говорили инженерные сооружения, возведенные в городе. Но город, причем любой — это механизм для обеспечения некоторых практических нужд: укрытия, снабжение продовольствием, медицинское обслуживание, средства связи; сама внутренняя логика первоочередных жизненных потребностей порождает различия в решении этих вопросов в разных условиях. По-видимому, любые теплокровные существа, представители которых дышат кислородом, приспособятся в подобных условиях к любой непривычной обстановке. Во многом города джокайра напоминали фантазии художников-сюрреалистов. Однако землянам на своей планете приходилось жить и в юртах, и в бунгало, и в киберавтоматизированных капсулах под антарктическими льдами, так что им не составило особого труда перебраться в город джокайра и, конечно же, приспособить его к своим нуждам.

Это оказалось довольно легко, хотя работы было много. Хорошо, что в городе имелось много зданий — простых убежищ с крышей над головой, искусственными перегородками и помещениями, которые могли обеспечить элементарные нужды людей. Какая разница, для чего служили эти здания самим джокайра; земляне могли их применять по своему усмотрению для сна, отдыха, еды, работы и под склады. Существовали там и настоящие пещеры, можно сказать, что джокайра любили подземную жизнь даже больше, чем мы.

В распоряжении жителей имелась свежая питьевая вода, которая насосами подавалась для пищевых и бытовых нужд. Но одним из недостатков стало отсутствие водопроводной системы: в городе не было дренажных сооружений. «Джоки» не любили водных процедур и удовлетворяли свои гигиенические потребности иным образом. Потребовалось немало усилий для того, чтобы организовать систему канализации и мусоропровода и приспособить их к условиям города. Первоначально упор делался на удовлетворение хотя бы минимальных потребностей; а принятие ванны — что ж, просто роскошь, пока не увеличится подача воды и пропускная способность канализации хотя бы в десять раз. Впрочем, ванна — это все-таки не первая необходимость.

Но все было мелочью по сравнению с решением действительно важной проблемы — организацией гидропонного земледелия, поскольку большинство спящих можно было будить только после того, когда будут заготовлены необходимые запасы продовольствия. Многие требовали всего и сразу, настаивали на немедленном вывозе с корабля всех комплектов гидропонного оборудования, чтобы разместить его и запустить на полную катушку на планете. Но более осторожное меньшинство долгожителей выступало за создание нескольких заводов, продолжая выращивать необходимые культуры и на «Новом Рубеже». Они резонно замечали, что какой-нибудь неизвестный грибок или вирус может погубить урожай на планете — и начнется повальный голод.

Меньшинство, линию которого последовательно поддерживали Форд и Барстоу (в этом им немало помогал и капитан Кинг), добилось своего: на планету был перемещен один гидропонный сельскохозяйственный комплекс, который предварительно разбили на более мелкие подкомплексы, чтобы их удобно было перевозить в космических шлюпках.

Но даже и тут, как оказалось, перестарались. Натуральные продукты джокайра вполне годились в пищу, а сами аборигены охотно делились ими. Теперь усилия были направлены на то, чтобы культивировать на новых плантациях растения с Земли, пополняя ассортимент выращиваемых на планете культур. Джокайра взяли эту заботу на себя и доказали, что являются неплохими фермерами (их благодатная земля даже не нуждалась в искусственных удобрениях), и, казалось, все были в восторге от того, что могут доставить радость новоселам.