Дети Мевы
Шрифт:
Мы проболтали с Нандрель ни о чём полночи. Напились. Потом пьяные, в компании ещё десятка местных ами, ходили купаться на пруд и танцевать у костра.
– Хранительница, - меня тихонечко трясла за плечо молоденькая эми-ученица. Она говорила шёпотом, - Там к вам приехали.
Я выкопалась из-под одеяла. Зрелище в спальне было то ещё: в одной постели со мной, по диагонали, спала Нандрель, а в промежутках между нами ещё, кажется, трое мужчин.
– Ко мне? Кому я понадобилась?
– Там два молодых даккарца прибыли, они спрашивают вас.
Я резко начала просыпаться. Зачем это я понадобилась даккарцам?
Из-под одеяла показалась Нандрель:
– Убейте меня сразу! А лучше дайте опохмелиться!
Она, не глядя, пошарила рукой, нащупала ногу одного из мужчин, поднялась выше:
– Ну, это тоже подойдёт!
– Нандрель, просыпайся. К нам там даккарцы прибыли.
– Даккарцы – это хорошо! А то наши парни уже ни на что не способны!
Я рассмеялась. Да, похмелье было жуткое. Мужчины явно не справились!
– Сейчас я оденусь и разберусь, что там за даккарцы.
Когда я вышла, меня ожидал сюрприз: на подоконнике сидел Роджер. С ним был ещё один парень постарше.
– О! Смотри, сам пришёл!
– шепнула Нандрель, хихикнув позади меня.
Даккарцы сидели на подоконнике, потому что большой круглый диван в нашей гостиной был занят ещё одним спящим мужчиной.
– О! Нашёлся! А я думаю, ну не могла я взять на двоих трёх мужчин!
Нандрель подошла к дивану, подхватила мужчину на руки и утащила в спальню
На даккарцев вид голых тел в моей гостиной, кажется, не произвел никакого впечатления.
– Привет!
– Роджер мне хитро улыбался, - Долго же ты спишь!
– Здравствуй, чертёнок. Какими судьбами?
– Генерал Анжей хотел с тобой поговорить.
Он показал на своего спутника. Парень, около тридцати лет, был симпатичный, рожа хитрая, усики торчком. И, кроме генеральских орденов, носил орден высшего паука - спецслужбы. Что ж, уже наслышана: Анжей Ан Тойра, собственной персоной! Только я уже не занимаюсь делом Даккара! Если бы генерал пришёл один, я бы с ним разговаривать точно не стала. Прикинулась бы глухой, слепой, пьяной. Но отвергнуть общество Роджера я ведь не могла. Значит, чертёнка взяли в качестве приманки.
– Генерал?
– я посмотрела на Анжея, - Вообще, я не разговариваю с мужчинами, кроме тех, что принадлежат роду Арнелет или являются моими настоящими или будущими любовниками. Вы в каком статусе хотите со мной говорить?
– Не разговариваете? А мне говорили, что вы, Ами Армариакка очень умны и демократичны. И ещё, что никогда не упускаете своей выгоды.
Генерал усмехнулся. К разговору со мной он был готов. То, что он упомянул моё имя Цуе и мою репутацию в мирной вселенной, было ненавязчивой демонстрацией этого.
– Да? И что же, в данном случае, будет выгодой для меня?
– Об этом судить лучше вам. Я не стану настаивать. Не захотите разговаривать, и мы сейчас же уедем обратно в Костры. Согласитесь, и мы задержимся на сутки для неторопливой беседы.
Да! Он не просто привёз Роджера, он хорошо понимал, что привёз его в качестве приза для меня. Меня предупреждали: опасный мужчина!
– Хорошо. А если я соглашусь поговорить, но не стану отвечать на какие-то вопросы?
– Главное, чтобы не на все.
– Ну, или солгу.
– Вы соврёте в некоторой части, в любом случае. Кроме того, я постараюсь не спрашивать такого, о чём вам захочется лгать.
Самоуверенный парень. Нандрель подошла сзади, положив мне голову на плечо, и хитро шепча на неолетанском:
– Отдашь мне этого усатика?
– На здоровье! Устрой нам уединённое место на четверых, с коньяком. Но первым – бочонок с Ибикой.
– Так точно, хранительница!
– последнюю фразу Нандрель произнесла на межпланетном.
Я вернула рассеянный взгляд на генерала:
– Хорошо, генерал, ничего не обещаю, но я попытаюсь с вами поговорить. Присядьте, мне понадобится время, чтобы привести себя в нормальное состояние.
Выпив огромный бокал отвара Ибики, в качестве завтрака, я немного уняла своё невыносимое похмелье. Вообще, опьянение амосой у неолетанки легко снимается. Всё, что для этого нужно, это хороший секс. Собственные эротические переживания, возбуждение, оргазм быстро нейтрализуют действие наркотика. Но! Главным в этом правиле было слово "хороший". Такой секс, в который ныряешь с головой. Вчера я явно барахталась на поверхности.
Нандрель явилась, шумно хлопая дверями:
– В трёх километрах отсюда лесной домик настоятельницы. Коньяк и шикарный стол уже там.
Она плеснула себе в бокал Ибики и жадно выпила большими глотками.
– Давно мечтала трахнуть даккарского генерала!
Дже:
На следующий день мы с Анжеем отправились говорить с Мореной.
– Что от меня требуется?
– Ничего. Улыбайся и позволь ей с собой заигрывать.
Мы прибыли в неолетанский монастырь около полудня. Небольшая территория, обнесённая высокими рыжими стенами. А внутри куча домов, террас, и всё плотно засажено кустами и пальмами, вокруг которых стоит лёгкий туман.
Охранница у ворот лишь мельком оглядела нас и велела проводить к Хранительнице. Ну, и охрана! Даже оружие не забрали! Проходи, кто хочешь, убивай, кого хочешь!
Неолетанка-подросток, впустившая нас в комнаты Морены, на некоторое время замешкалась.
– Хранительница ещё спит...
В комнате, которая, скорее всего, была гостиной, стоял полный разгром. На полу валялись вещи, одежда, пустые бутылки, а на диване калачиком спал голый раб.
– Эээ... пожалуй, я сама разбужу её.
Морена появилась минут через десять. Заспанная, завёрнутая в огромный шёлковый халат на голое тело, зевая и пялясь на нас, с полным отсутствием осознания в глазах. Потом её взгляд сфокусировался на мне:
– Чертёнок! Какими судьбами?!
Она явно была не в духе и, может, оттого вполне лояльна. Генералу легко удалось уговорить её пообщаться.
Ещё через полчаса мы прибыли в какую-то хижину на берегу. Морена, уже вполне бодрая и болтливая, пригласила нас на террасу. Сама с размаху плюхнулась на широкий диван и ловко опрокинула меня к себе на колени. Я попытался вырваться, она хитро шепнула мне на ухо: