Чтение онлайн

Дже:

Артемида тихонько выскользнула из-под одеяла, стараясь меня не будить, и на цыпочках вышла из комнаты. Любовница из неё было неплохая. Вполне опытная и умелая. Хотя, конечно, до изобретательности Морены ей было далеко. Может, потому что Морена неолетанка, может, потому что Артемида чересчур послушна и податлива.

Дождавшись, когда за чемпионкой закроется дверь, я открыл глаза. Надо вставать! Надо хоть немного размяться. Тело, привыкшее к ежедневным тренировкам, требует адекватной нагрузки.

На столе лежали вчерашние вечерние газеты: "Совет Драконов признал за Даккаром звание воинов и дал срок для ввода представительских подразделений в свободные земли. Подписание основных пунктов договора о военном сотрудничестве отложено на год." "Мы хотим дать Даккару время, отстоять своё право равного военного образования в Свободных землях, отстоять право мужчин называться воинами, - заявила прессе председатель совета Драконов, мастер Сехмет, - Со своей стороны, мы будем оказывать помощь в адаптации Даккара и всячески препятствовать дискриминации". "Принятое советом Драконов и Даккарскими представителями соглашение накладывает свой отпечаток ещё на одно дело: суд над Роджером Об Хайя отныне может идти только по правилам воинов..."

Однозначно и бесповоротно: меня расстреляют! Настоять на другом сейчас – значит, отступить от достигнутой договорённости между Даккаром и Драконами.

И что я чувствую, осознавая, что сегодня или завтра меня приговорят к казни? ... А через сколько после суда они расстреливают? Обычно военные делают это сразу... а я, оказывается, боюсь умирать. Трус! Не будет меня, - род избавится от всего позора, который я принёс ему. Школа, отряд, дед – все с облегчением выкинут меня из памяти. Как, наверное, стыдно сейчас деду за всё, что тут со мной происходит!

Я уткнулся лицом в подушку. Самым лучшим выходом сейчас будет уснуть. Уснуть и проспать ещё сутки. Чтобы явиться на этот суд спокойным и собранным, молчать и снисходительно улыбаться... Юбля!

Меня всегда учили, что лучший способ смыть позор – смерть! Почему же для меня это так сложно?

Дверь тихонько скрипнула, я обернулся:

– Проснулся уже?

Артемида, уже умытая, вошла в комнату с широким подносом с завтраком:

– Я специально для тебя заказала самый острый соус.

– Ты уже закончила с тренировкой?
– обычно, по утрам, чемпионка пропадала на тренировке. Это единственное дело, которое она не отложила в сторону ради того, чтобы кудахтать надо мной.

– Суд назначен на одиннадцать. Я же говорила тебе вчера.

– Одиннадцать?! – видимо, говорила она это, уже после того, как я прочёл о подписанном соглашении. После того, как узнал, что вероятность моего расстрела равна ста процентам. В одиннадцать... Что ж, это даже к лучшему! Не нужно ждать! Просто прямо сейчас придать себе спокойный, самоуверенный вид, позавтракать и явиться на суд. Если боги будут милостивы, к вечеру меня уже расстреляют.

– Хорошо, – я встал и отправился в ванную. Я должен выглядеть достойно!

Зал суда представлял собой большое квадратное помещение, которое по всем четырём сторонам опоясывал широкий коридор, отделённый колоннами. Серые стены расписаны крупными красными символами – символами Драконов. Сцена (или как называется это место) слегка приподнята над основным залом, и по двум её концам огромные алтари Мевы и Цуе. Зал вмещал, наверное, несколько сотен человек и ещё примерно столько же на широком балконе. И надо сказать, что он был практически полон. Пёстрое общество, в основном, нэрми различных объединений, но есть и несколько неолетанок, и в углу около десятка даккарцев. Ни Анжея, ни Мартиона среди них не было. Зато были Ритнер, Отардан и Архо, и они в мою сторону даже не смотрели. Ритнер сидел рядом с Никой и, казалось, разговаривал о своём.

Меня провели на сцену. Замечая меня, голоса в зале затихали. Я медленно поднимался по ступеням, стараясь следить за осанкой, твёрдостью шага и спокойствием на лице. Осталось совсем немножко! Сколько нужно времени, чтобы вынести приговор? По-моему, и получаса хватит! Полчаса, и ты свободен от своего позора, парень! Полчаса, и нет угрозы новых подстав, скандалов, рабства... Почему же так страшно?

Передо мной открыли дверцу металлической клетки, и только когда я вошёл в неё, расстегнули ошейник, всё это время связывавший меня с запястьем крепкой охранницы через недлинный поводок.

Я сел на единственный в клетке стул и поднял спокойный взгляд на собравшихся. Зал замолчал совсем.

Когда-то, подростком отправляясь на первые в своей жизни общедаккарские соревнования, я думал, что если проиграю, убью себя. Убью, чтобы не нести такой позор! Сейчас моё имя - синоним позора, а я всё ещё цепляюсь за жизнь.

– Встать, суд идёт!

Я поднялся и выпрямился. Разум постепенно привыкал к мысли, что сегодня всё закончится. К мысли, что скоро я наконец-то избавлюсь от позора. Внутри меня как будто что-то приходило в равновесие.

Марика:

Мы лежали на берегу озера и разговаривали ни о чём, просто о чувствах, любви, счастье. Солнце уже клонилось к закату. Мальчики, которых мы взяли для компании, плескались в тёплой воде. Милая картина спокойствия и безмятежности!

Нарушил её телефон Алины. Она сняла трубку, потом удивлённо протянула её мне:

– Это тебя. Мастер Нандрель.

Голос моей помощницы был взволнованный:

– Не делай так больше, хранительница! Я не могу служить тебе хорошо, если не знаю, как связаться с тобой вовремя!

– Прости, Нандрель, мой номер был у Энастении... А что случилось?

– Так, мелочь: твоего Роджера собираются расстрелять сегодня!

На мгновение я потеряла дар речи. Они что там, совсем крышей поехали! На пару дней исчезнуть нельзя! Бред! Зачем нужно расстреливать девятнадцатилетнего мальчишку?! Мужчины?!

Нандрель продолжала говорить:

– Я знаю, что тебе такой поворот не понравится. И я бы, честное слово, вытащила его оттуда, если бы знала способ. Вернее, выкрасть-то я его могу из этого зала суда. Я уже и армию прикупила и дистанционников немного, на всякий случай. Но, во-первых, это будет прямое противостояние с Драконами. Считай, объявление войны. Во-вторых, на мальчишку сразу объявят охоту. Ни одно агентство киллерских забав не упустит шанса охоты на мужчину. Тем более такого мужчину. А как можно спрятать парня ото всех свободных земель сразу, я не знаю. Арсе находится на этом суде и не даст ему закончиться раньше времени. Сказала, хоть на несколько дней затянет. Я в твоём доме с Мидеей и Димуаной, жду твоих указаний.

Я медленно пыталась сложить два и два. Какой суд?! Охота на мальчишку, как на сбежавшего головореза?! В чувство меня вернул голос Алины:

– А что, разве мужчин расстреливают? Я думала, в крайнем случае, усыпляют? Ну, если совсем не в себе…

Связь была включена чересчур громко, и она слышала наш разговор.

– Так!
– я встала - Фати, мне придётся уехать.

Алина кивнула:

– Ладно. Из депрессии я тебя, явно, вытащила. Езжай. Я ещё позагораю здесь. Может, подруг позову.