Чтение онлайн

Барро Жихаро впервые разжал губы, и фраза, неожиданно сцеженая им сквозь зубы, была исполнена такой смолистой, жирной ненависти, что её, эту ненависть, можно было намотать на палку и поджёчь, как факел, честное слово.

Я медленно кивнула, задаваясь вопросом, отчего же он так зол на Десятку. Может быть, он что-то ещё знал по поводу «легенды из Тер-Карела», или как её тут зовут. Следовало выяснить эту информацию как можно полнее, рассеянно подумала я, а то я совершенно не понимала ни здешних резонов, ни здешних интриг.

— Верно, — кивнула я.

— В нашей войне новые игроки..? — задумчиво пробормотал Лакиро, — Санда, расскажи, пожалуйста, подробнее, что тебе удалось узнать, — он мельком глянул на Ларнико и добавил, как мне показалось, с вежливой иронией, — И как ты всё это узнавала — тоже… само собой.

Итак, Ларнико Лиловый Свет ведает общей безопасностью, подумала я. И, видимо, страдает некоей манией докапываться до глубин (даже если их нет в природе) — что потешает сильного и уверенного профессионала Лакиро (хотя и не настолько, чтобы выносить эти междусобойчики на чужие глаза). А сам Лакиро, по-видимому, руководит обороной. По крайней мере, такое у меня сложилось впечатление.

Вздохнув, я спросила:

— Могу я вначале уточнить несколько вопросов, которые мы… с моим товарищем постулировали лишь на основании логических выводов? — Лакиро невозмутимо кивнул, и я продолжила, — Скажите, а гигантская розоцветка — ваша работа?

Лакиро снова кивнул — хотя подозрительный Ларнико нахмурился и недовольно зыркнул на коллегу.

— И ещё одно: этот ваш да Рагиро или как там его на самом деле — он вернулся домой или тоже пропал?

Лакиро смерил меня долгим, пожалуй, несколько удивлённым взглядом.

— Ларнико, нас чуть не расколол Комитет… — раздельно проговорил он, — То есть на самом деле расколол, не так ли, девочка?

Я поёжилась.

— На самом деле… в некотором смысле… это я его расколола. Случайно… Я задала пару вопросов и узнала про цветок, который, по моему понятию, и спровоцировал приступы. Бедного же физика окружали полные неучи в медицине. А… Карун сразу вспомнил, кто принёс растение. Но арестовать этого человека он не успел. По крайней мере, до того, как он бросился меня спасать, да Рагиро не нашли. Он пропал, и агент Десятки — тоже. До сих пор не знаю, кто из них был жертвой.

Советники переглянулись.

— Когда это случилось?

— Если всё это время я правильно считала дни — то полнедели назад. Или, может быть, четыре дня.

— Никто не выходил на связь за это время, — медленно признал Ларнико.

— Да уж… феноменальная ирония… — пробормотал Барро, — Девочка-сайти провалила акцию Совета только потому, что была очень внимательна, а наш агент не потрудился замести следы? Ларнико, Лакиро, это вопиющий непрофессионализм.

Лиловый Свет коротко засопел.

— Барро, обсуждать эти вопросы мы будем не здесь.

— Она и так уже сделала выводы, — флегматично отозвался пожилой аллонга. Да уж — в логике белым трудно противостоять…

— Вернёмся к твоему рассказу, — кивнул Ларнико, — Начни, пожалуйста, с начала.

Я стала терпеливо излагать им события после пропажи физика. Они никак не комментировали своё отношение к моим словам, но лица членов Совета всё мрачнели и мрачнели.

— Каким же образом ты оказалась втянута в расследование? — прервал меня Ларнико, — То есть я понял, что тебя склонили к доносительству и выполнению мелких поручений, но как ты смогла оказаться в «Каурре»?!

Я поморщилась. С его подачи я была просто жертвой безгласной. А ведь я привлекла их внимание к тому, что помогала Каруну добровольно — особенно тогда, когда нас с ним обложили со всех сторон. Отметив, что сейчас к этому подойду, я рассказала ещё кусок истории, а затем проворчала:

— Ваш агент-двойник оказался так неловок, что привлёк ко мне внимание контрразведки. То есть, я имею ввиду, отдела в целом, а не конкретного человека, который (к счастью для меня) смог адекватно оценить мою воображаемую принадлежность к засланцам. Но дело могло повернуться очень худо. Этот ваш агент кидался на меня с изумлённой физиономией (само собой, цвет волос у меня не слишком-то обычный), а затем, пока я ещё не знала, кто он, даже попросился у меня переночевать! Уже после того, как весь Город стоял на ушах, разыскивая его как бриза!

— Ларнико, Барро прав — это вопиющая безграмотность, — спокойно проговорил Лакиро, прерывая меня, — чтоб ты не говорил. Если бы я мог предвидеть такую реакцию, я бы ни за что не голосовал за Сарриза. Храни Создатель его душу, но он провалился, запаниковал. И чуть не потопил постороннего.

— Санда, тебя хотя бы не вычислили? — тревожно проговорил отец.

— Какой там не вычислили, — проворчала я, — Они прошли по его следу за несколько часов, и наутро меня арестовали как сообщника.

Лакиро нахмурился, но его глаза стали куда более ясными — картина минувших событий для него обретала форму. Отец вздрогнул и беспокойно пошевелился — я увидела, как поджался его живот. Лица Ларнико и Барро Жихаро не дрогнули.

— Но меня никто не трогал, — поспешила добавить я, — Со мной только обстоятельно поговорили, а часа через три меня освободили под честное слово Каруна — он как-то уломал своё руководство, что вышла ошибка. Ну не без того, чтобы потом сесть мне на шею… — признала я, — Само собой, взамен мне предложили помогать следствию. Хотя вёл он себя при этом очень пристойно, тут сказать ничего не могу.

Отец хмуро уставился в пол.

— Санда, ты понимаешь, на волосок от чего ты прошла? — тихо спросил он.

— Он мне объяснил, — так же тихо прошептала я, — Но пообещал вытащить меня из-под следствия, когда мы поймаем летуна. Или найдём что-то ценное.

Губы отца шевельнулись, но он так и не сказал вслух то, что собирался. Впрочем, это наверное, было какое-то ругательство — отец никогда не выражался при мне или при матери. Я сидела, беспокойно смотря по сторонам и ловя каждую тень эмоций на лицах Совета. Несмотря на мои усилия, дела Каруна были из рук вон плохи. Когда они вспоминали про методы контрразведки, они просто переставали соображать.

— Мне… продолжать?

Ларнико вяло махнул рукой.

Я вкратце изложила Совету историю с моим похищением и освобождением, и всю череду открытий, сделанных мной и Каруном на территории «Белой Башни». Советники сидели абсолютно неподвижно, и я могла гадать до икотки, как они относятся к моим словам и о чём они думают.

— Итак, физик всё это время находился в плену у Фернада да Райхха, там он, вероятно, и был убит — когда закончил постройку ещё одного летательного аппарата. Позднее по материалам из папки двойника аппарат был улучшен. На нём-то мы, как я уже говорила, и сбежали…