Чтение онлайн

Перехватив этот ее взгляд, Алекса сказала:

– Да, как видишь, я не мужчина.

– Но то, как вы расправились с теми...

– Это еще один мой секрет, - ответила вампирша, присаживаясь на кровать. Понимаю, тебе сейчас не легко, а тут еще и это... Но постарайся поверить в то, что я сейчас тебе скажу, каким бы невероятным тебе это не показалось.

– Хорошо.

– Дело в том, что я не совсем человек. Я принадлежу к тем, кого вы называете вампирами.

– Вампир? Но я думала...

– Что это миф? Вымысел?
– договорила за нее Алекса.

– Да.

– Как видишь, это не так. Просто мы осторожный народ. Чем меньше люди верят в нас - тем лучше. Ты узнала, кто я, и это моя оплошность.

– И что теперь будет?
– с некоторой опаской спросила Антуанетта.

– Тебе решать. Я обещала твоему отцу заботиться о тебе, и сдержу свое слово. Но если тебе неприятно мое общество, тебе трудно принять то, что я есть, я пойму. Сразу, по приезду в Венецию я тотчас исчезну. Ты никогда больше не увидишь меня, можешь жить как захочешь.

Выслушав Алексу, девушка долго не отвечала. Если честно, она просто растерялась. Попытки осмыслить все происходящее привели ее в замешательство. Мысли никак не хотели приходить в порядок. Наконец, она робко спросила:

– Скажите, а когда мой отец выбрал вас моим опекуном, он знал...
– тут девушка снова замялась.

– Кто я на самом деле?
– помогла ей Алекса и, получив согласный кивок, ответила, - Нет, он не знал. Мы очень редко раскрываем свою сущность смертным. Скажу честно, его выбор меня саму удивил. Но он сказал, что видит во мне хорошего человека.

– Тогда это действительно так, - вздохнула Антуанетта.
– Папа прекрасно разбирался в людях. К тому же вы ведь защитили меня, за что я вам очень благодарна, - с этими словами она накрыла своей миниатюрной ручкой руку Алексы.

– Значит, ты больше не боишься меня?
– улыбнулась вампирша, стараясь лишний раз не демонстрировать свои клыки.

– Нет, - покачала головой Антуанетта.
– А что, надо?

– Только не тебе. Никогда я не причиню тебе вреда, и никому другому не позволю. Так ты согласна принять мою помощь?

– Да. Надеюсь, вы не вернете меня к тетке?

– Нет, если ты этого не хочешь. Кстати, можешь называть меня просто Алексой, без всяких "вы". Или Алексом, если мы не одни. Надеюсь, ты не против сохранить этот мой маленький секрет.

– Хорошо. Это так... забавно!

Эти слова вызвали у Алексы улыбку, но она сказала:

– Ладно, ложись-ка ты спать. Мы завтра рано выезжаем, чтобы к вечеру уже быть в Венеции. Так что спать.

– А ты?

– Вампиры ночью не спят. Мы предпочитаем отдыхать днем.

– В гробах?

– Ты разве видела у меня гроб? Нет, гробы нужны лишь молодым вампирам, чтобы скрываться от солнечного света. Мне он уже не опасен, значит и гроб не нужен. Конечно, среди нас есть и такие, кто, не смотря ни на что, предпочитают спать в них, но в путешествии это крайне неудобно.

– Понятно.

– И вообще, в мифах о нас очень много вымысла и суеверий. Так что не советую всему этому верить. А теперь все, спать, спать.

Алекса проводила девушку в ее комнату и ушла, лишь когда та уснула, тщательно проверив за собой дверь.

Встали они рано (вернее Алекса и не ложилась), позавтракали (опять же все кроме вампирши) и тронулись в путь.

Антуанетта уже немного оттаяла и, хоть и была печальна, больше не плакала. К тому же Алекса старалась развлечь ее разговорами. За всю ее долгую жизнь у нее накопилось столько историй, что она могла поддержать беседу практически на любую тему. К тому же обе хотели лучше узнать друг друга.

– Скажи, - как бы ненароком спросила Алекса - Как же ты все-таки оказалась в монастыре? Как твоей тетке удалось уговорить тебя поехать? Ведь очевидно, что это заведение было тебе не по душе.

– Это еще мягко сказано. Но меня никто и не уговаривал. Тетка просто поставила меня перед фактом. Воспользовавшись отсутствием отца, она заставила меня.

– Она имеет большое влияние?

– Не то слово!

– Но почему? Расскажи о ней поподробнее.

– Ну... Ее имя Флора Рамирес дель Торро, она вышла замуж за графа Симона Рамиреса дель Торро еще до моего рождения. Когда же умерла моя мама, я тогда была еще совсем маленькая, моему отцу было очень тяжело, и она взяла на себя все домашние обязанности. И вскоре она уже чувствовала себя в нашем доме полной хозяйкой. Папа не противился этому. Думаю, он считал, что таким образом она сможет заменить мне мать. Но этого не произошло. Надо отметить, она очень властная и жесткая женщина. Не думаю, что она вообще способна кого-либо любить. Для нее было бы настоящим счастьем, если бы я навсегда осталась в монастыре. И почему она меня так не любит?

– Потому что она слишком любит деньги. Дело обычное, - пожала плечами Алекса.
– В том-то и трагедия. И длиться она ровно столько, сколько существует род человеческий.

– Но это невозможно выносить!

– Поверь мне, возможно. К тому же, несмотря на все свои пороки, люди все же прекрасны. Достаточно взглянуть например на полотна Леонардо да Винчи или античные статуи, чтобы понять это.

– Так странно от тебя слышать такие слова.

– Почему? Понимаю... Ты думаешь, раз вампиры питаются человеческой кровью, то должны пренебрежительно относится к людям. Конечно, среди нас есть и такие. Но в основном мы высоко ценим людей и их достижения.

– А как становятся вампирами?
– заинтересованно спросила Антуанетта.

– У каждого из нас своя история. Есть рожденные вампиры, их мало. Но в основном человек становится вампиром, если другой вампир передаст ему свою кровь, предварительно испив его крови. С этого момента человек перестает стареть, обретает силу, становится одним из нас. Перед ним открывается вечность.

– Как это?

– Ну, мне, например, уже практически шестьсот лет, хоть я и выгляжу на двадцать два, может чуть старше. Ровно столько мне было, когда я стала вампиром.

– Шестьсот лет?!

– Да. Я стала вампиром в 1138 году.

– Поразительно! А где ты родилась?

– В России, так моя страна называется теперь. Я и выросла там, и там же встретила ту, что обратила меня.

– Тебе было страшно тогда?

– Нет. Я шла на это сознательно.

– Правда? Я бы так не смогла!

– Ну, бессмертие не каждому по плечу. Не редко вампиры погибают в первые же сто-двести лет. Некоторых ломает время и они сходят с ума. Особенно это свойственно тем, кто прожил не одну тысячу лет. Поэтому таких всегда мало. Бывает также, что вампиры добровольно погребают себя, уходят под землю на сотни лет.