Чтение онлайн

Цари шагнули друг другу навстречу.

— Уезжай, Сусаг, — сказал Сайтафарн, — уезжайте все. Сегодня же. Немедленно.

— Нас горстка против вас. Дорогой перестреляете, как зайцев? Ты знай, от глаз Хузаэрина злодейство не спрячешь. Всё вскроется. Распараган за меня отомстит.

— Боги свидетели, — ответил Сайтафарн, — священный обычай гостеприимства не оскверню кровью. Но ты уезжай.

— Вот как получилось, — мрачно проговорил Сусаг, — не побратим ты мне теперь, не союзник. Может из-за бабских наветов, или из-за гнусного раба. Ну что же, будь, по-твоему.

— Раба я поймаю и удавлю, — пообещал Сайтафарн.

Сусаг не ответил, повернулся и пошёл к своим. По дороге сплюнул в сторону.

Мрачный Язадаг медленно вложил меч в ножны. Сусаг взял его за локоть и тихо сказал:

— Возьми парней, найди её. Тайно поезжай, этим ублюдкам не подставляйся. Привези их обоих туда, где в последний раз кабана взяли. Раба убей.

— Она не даст, — ответил Язадаг, — и Варка тоже. Раб им помогал.

— Насрать мне, как ты это провернёшь! — повысил голос царь, — раба убей! Это он всё устроил, сучий потрох…

Язадаг сжал зубы. Не поверил, но перечить не стал.

Роксоланы побрели к своим шатрам, но Амазасп задержался. Спустя немного времени вернулся встревоженный:

— Саурмаг и Тотразд уехали. С ними пять человек «волчат».

— Лживый ублюдок… — прошипел Сусаг имея в виду царя языгов, — да поглотит Домын Арт весь его род до седьмого колена!

Домын Арт — «Огненная бездна», ад.

— Что делать-то? — спросил побратим.

— Мы не сдюжим против всех. Их здесь-то, в ставке, вдесятеро больше, а он за пять дней тысячи соберёт. От нас и костей не останется. Я ему местью Распарагана грозил, а на деле ведь попусту слова бросал. И Сайтафарн это знает. Не переведёт Распараган всадников через Дакию. Урумы не пропустят. А он с ними не станет ссориться.

— Что же, так и уедем, побитыми псами? А девочка?

Сусаг помолчал немного, кусая губы. Потом сказал.

— Я в Варку верю. Пять человек, говоришь? Ещё толстяк и этот уже битый шелудивый пёс. Варка их порубит и глазом не моргнёт. Лишь бы Фидан заслонил. А он заслонит. По глазам я его видел — сложилось у них всё наконец. Любят друг друга. И вернутся.

— Неужто все эти россказни даков про него правдой были? — пробормотал Амазасп.

— Не бывает дыма без огня, — мрачно бросил Сусаг, — только это брехня про всякое зло на нём. Если и правда, что он оборотень — так значит самого Тутыра сын.

Они не увидели, что вслед за малым отрядом оурги сорвался Асхадар и с ним человек пятнадцать всадников его рода.

Тотразд поглядывал в зеркало. Оно показывало приметы пути. Но ехали «волчата» не очень быстро, всё потому, что конёк пухлого «следопыта» не отличался проворством.

Асхадару догнать их не составило труда.

Когда «волчата» увидели, что преследует их отряд числом втрое больший, они не придали этому значения. Разглядели — это не роксоланы. Потому не попытались оторваться или куда-то в сторону сбежать. Равнина тут рассечена многими оврагами, кругом перелески. Не голая степь. Укрыться можно. Но не стали.

Это была ошибка. Асхадар вовсе не собирался помогать им в поимке Фидан.

Воины его рода догнали и окружили «волчат». Оурги с удивлением увидели, как блестят на солнце наконечники стрел дзахи, направленные им в лица.

— Вы чего?! Мы же свои!

— Вы куда это направились? — спокойно поинтересовался Асхадар.

— Сучку беглую ловить, — злобно прошипел Саурмаг, — а ты что же, думаешь, если нам помешаешь, так она тебе сразу даст? У неё другой кобель появился, под хвост заправлять.

— Она мне без надобности, — ответил Асхадар, — я не хочу, чтобы род наш Фарна лишился из-за гнусного злодейства и попрания священного обычая. Боги не простят. А ты, дурак, с чего решил, будто того кобеля осилишь? С одного раза не дошло? Ни ему, ни даже ей ты не ровня.

Фарн — божья благодать.

Саурмаг оскалился. Совсем дураком он не был и сообразил, что против этого хвалёного ублюдка не сдюжит и с товарищами. Но Арга уверила его, будто сучка тетивы рвёт, только когда видит угрозу. А если украдкой подобраться, то ничего и не сделает. Был волк — станет ёж. Но Асхадару он об этом говорить не стал.

Тот подъехал ближе к Тотразду.

— Стало быть, девка красная, ты у нас любишь в зеркало глядеться? Подай-ка его мне.

— Не дам, — набычился толстяк, — не твоё.

Асхадар взмахнул плетью перед его носом. Тот вздрогнул, покосился на присмиревших «волчат» и протянул зеркало трясущейся рукой.

Асхадар в него мельком взглянул и сразу спрятал в мешок.

— А теперь вертайтесь к мамкам! А то заругают.

— Нам царь велел их искать, — проговорил один из «волчат».

— Да ну? А я того не слыхал. Зато все видели и слышали, как царь говорил, будто Сусагу и его людям вредить не станет. Поехали, царя спросим, у кого с ушами лучше?

«Волчата» медлили. Асхадар протянул-таки Тотразда плетью поперёк спины. Легонько и не больно, но толстяк всё равно взвизгнул.

Оурги мрачно переглянулись, посмотрели на суровых «серых», которые не думали шутить и, хотя луки опустили, но стрелы с тетив не убирали.

Посмотрели и послушались. Развернули коней и потрусили в кочевье.

Все, кроме Саурмага. Тот воспользовался заминкой «серых», которые было решили, что драки уже не будет, и рванул с места галопом прочь.

— Догнать? — спросил Асхадара один из его воинов.

— Да пёс с ним, — махнул рукой тот, — что сделаешь, коли ума нет? Надеюсь, Фидан его в жабу превратит. Если он их вообще найдёт, без зеркала-то.

А царевну в это время обуревала сложная смесь чувств. С одной стороны — мечта сбылась. Вот она едет по степи вместе с любимым. Она теперь жена Дардиолая. Только сердце не на месте — а как же отец, Язадаг и все её друзья? Что с ними станется?

Но хоть мысли метались и путались, одно было ясно, как день — бежать всё же надо. Если там родичей убивают, что она сделает? Как у неё вышло порвать тетивы, она сама не поняла и вовсе не была уверена, что сможет повторить. И даже Варка против толпы языгов не сдюжит. Великий он воин, но урумы раз до него уже дотянулись.

Надо бежать, как задумали, за реку. И молиться всем богам, чтобы с отцом плохого не случилось. А потом думать снова, что делать, как дальше быть.

Они с Дардиолаем сейчас мчались что есть духу, убегали от возможной погони и запутывали след. Никто из них не сомневался, что языги унижение просто так не спустят.

Они вернулись на то место, где Фидан расколдовала волка. Деян их так скоро не ждал. На ходу Фидан закричала ему, чтоб собирался. Дардиолай соскочил с лошади, помог Деяну забрать нехитрое имущество и сесть верхом.