Чтение онлайн

Первое время Леар ежедневно навещал ее. Исполняя давнее обещание, показал дворец. Рэйна не могла бы желать лучшего проводника: Хранитель точно знал, где стоит провести целый день, какие места в замке не заслуживают второго взгляда, а какие – и первого. Но самое главное – он умел рассказывать, да так, что хотелось слушать и слушать.

Пока он говорил, Рэйне казалось, что будет не так уж и плохо провести с этим человеком остаток жизни, но стоило Леару замолчать – и она, словно проснувшись, видела перед собой все того же незнакомца и не чувствовала к нему ничего, кроме благодарности. Какими бы ни были его мотивы, он избавил ее от дядюшкиного покровительства.

Она успела привыкнуть к совместным прогулкам, но когда неделю спустя Леар уведомил ее, что в ближайшее время будет слишком занят – испытала облегчение. Его общество не обременяло, но, Рэйна предпочитала одиночество. Слишком редко ей удавалось им насладиться. Она продолжила исследовать дворец самостоятельно. Обладая хорошей памятью, девушка быстро запомнила хитрые коридоры и повороты, ниши и закутки, входы и выходы.

Так, в музыкальном салоне стоял уникальный клавикорд, причем без дела – прислуга ленилась, и клавиши покрыл тонкий слой пыли. Рэйна как-то коснулась клавиш, но инструмент давно не настраивали – он отозвался протяжным тоскливым звуком, словно пытался выкричать накопившуюся боль, и больше она его не трогала, с уважением отнесшись к его горю.

А в небольшом закутке, примыкавшем к картинной галерее на втором этаже, столетиями складывали старые картины модных в свое время художников, быстро забытых переменчивой публикой. Большинство из этих картин ничего, кроме забвения, и не заслуживало, но некоторые поражали наивной прелестью, грустной чистотой, припорошенной седой пылью.

Одну такую картину Рэйна забрала в свою комнату, повесила возле кровати, успокоив совесть тем, что по сути, просто перенесла вещь внутри дворца с места на место. На прямоугольном холсте море, уходя вдаль, сливалось с небом. И больше ничего, только переливы синего цвета: от прохладного, почти зеленого, подкрашенного солнечными лучами, до прозрачно-голубого, с белыми облачными перьями.

Каждый день приносил что-то новое, и она торопилась узнать и увидеть как можно больше. Время стремительно уходило сквозь пальцы: с утра день казался бесконечным, ближе к вечеру – бесцельно промелькнувшим, потраченным на пустяки. Просыпаясь, она иногда с ужасом думала, что по-прежнему живет в доме дяди, а предложение Хранителя и королевский дворец – всего лишь сон. Девушка в ужасе открывала глаза и с облегчением выдыхала – она здесь, и впереди еще целый год. А потом… Люди быстро привыкают к хорошему, но Рэйна верила, что найдет в себе силы не продаться, если за год не сможет полюбить.

Рэйна бежала по коридору, подхватив тяжелые юбки. Она проспала: утренний туалет ее величества уже начался, а сегодня ее очередь подавать наместнице плащ для прогулки в саду. На бегу она гадала, успеет ли, (плащ подавали в последнюю очередь) и чувствовала, как горят щеки – не столь уж много обязанностей Саломэ поручила своей новой фрейлине, чтобы так опозориться! Разумеется, без плаща ее величество не останется, но до чего же стыдно!

Часы пробили семь – можно было не спешить, наместница уже вышла в сад, но Рэйна не смогла сразу остановиться и, завернув за угол, с разбегу влетела в незнакомого мужчину. Он нелепо вскинул руки ей навстречу, выронив модную трость, вместо того, чтобы отступить в сторону. Упали они вместе, мужчина – на спину, неловко подвернув ногу, она на него сверху, успев только гневно подумать: «Да ослеп он, что ли!»

Девушка сползла вниз и, подхватив юбки, поспешила вернуть себе пристойный вид. Незнакомец медленно поднялся, держась за стену, и виновато улыбнулся:

– Простите меня, сударыня. Я слышал ваши шаги, но не успел уступить дорогу. Надеюсь, вы не пострадали? – Кроме смущения в голосе слышалось беспокойство.

Рэйна уже пришла в себя:

– Со мной все в порядке. Но ваша нога?

Молодой человек отпустил стену, сделал шаг, но наступив на правую ногу, болезненно сморщился и снова ухватился за опору:

– Похоже, что вывих. Мне бесконечно неудобно просить вас, сударыня, но не могли вы прислать сюда кого-нибудь из слуг?

– Разумеется, – Рэйна подошла поближе, – здесь в двух шагах есть кушетка, вы сможете подождать там. Обопритесь на меня, я помогу вам дойти.

Мужчина протянул свободную руку, не рискнув отойти от стены, и несколько раз провел ладонью над спиной Рэйны, пока не нащупал плечо. И только тогда девушка с ужасом осознала, что ее собеседник слеп. Щеки Рэйны снова запылали: мало того, что сбила человека с ног, так еще и слепого… теперь у него нога будет болеть. А он извиняется, когда она во всем виновата. Особенно стыдно девушке было за свои мысли: «Ослеп он, что ли!»

Они медленно дошли до кушетки, молодой человек сел и тут же попытался встать:

– Совсем забыл из-за этого происшествия – я ведь даже не спросил, как вас зовут, сударыня. Я – Эльвин Дарио, граф Инваноса.

– Рэйна Доннер, – девушка присела в реверансе, не подумав, что собеседник ее не видит. Тетушкины уроки слишком глубоко въелись под кожу.

– У вас красивое имя, редкое. Я встречал его только в одной старинной легенде.

– Мой отец слишком много читал. Я сейчас приведу слугу.

Она побежала по коридору, свернула направо, там, возле входа в канцелярии постоянно околачивались лакеи, ожидая, что чиновникам понадобится принести что-нибудь с кухни или отправить слугу с поручением в город. Рэйна подозвала самого широкоплечего, выслушав девушку, он беспрекословно отправился за ней следом.

Графа она нашла там, где оставила: на кушетке в небольшой нише. Слуга подставил плечо, Эльвин поднялся, поджав больную ногу, в этой позе он напоминал раненную цаплю – светлые волосы, взъерошенные на затылке казались хохолком, серебряная отделка дуплета – опереньем, а рубиновый узор на синей коже – каплями крови.

Слуга с сомнением спросил, то ли графа, то ли Рэйну:

– До гостевых покоев далеко, по трем лестницам в северное крыло. Может, еще кого позвать, с носилками?

Эльвин покачал головой:

– До библиотечной башни должно быть ближе. Я туда направлялся, но переоценил свою память. Отпустил секретаря с полдороги, и не туда свернул.

Рэйна задумалась: до библиотечной башни впрямь ближе, а лекаря можно вызвать и туда, но будет невежливо оставить графа на попечение одного слуги, после того, как она сбила его с ног. Но в башне она увидит Леара, а тот ясно дал понять, что не стремится встречаться с невестой.

Она поморщилась, заранее представляя, как он начнет оправдываться занятостью, ссылаться на обязанности. А в черных глазах Хранителя будет читаться вежливая скука. Но Рэйна все равно не хотела оставлять Эльвина: чем-то этот вежливый молодой человек с тихим голосом заинтересовал девушку… быть может, потому что знал легенду про ее имя? Она усмехнулась: Хранитель, без сомнения, тоже читал эту старинную историю, но не счел нужным вспомнить.

Рэйна из легенды была младшей дочерью бедного морского лорда, у которого всех владений было – башня на скалистом уступе да старый корабль. Единственным его богатством были дочери, о чьей красоте слагали песни.