Чтение онлайн

— И это твой защитник?! — сказала, тряхнув рукой. Из уст Ясмины вырвался стон.

Но Гратий замер и смотрел не на иргиду. Его взгляд был прикован к небу. Калисса растерянно проследила за ним.

Сквозь серые, нависшие тучи пробивались тоненькие несмелые лучи солнца. Тут и там они тянулись к земле, разрезая золотом окутавший город мрак. Свет исходил от них пока еще тусклый, приглушенный, но лучей становилось все больше. Под их напором серость и мгла отступали.

Высоко в небе появился орел. Он широко раскинул огромные крылья. Часто открывал изогнутый клюв. Его крик далеко разносился над площадью.

— Они пришли… — прошептала Ясмина, — они пришли… — повторила девушка, и слезы подступили к ее глазам.

В этот момент с края площади послышался рев. Огромный буйвол Даниса сбил с ног Багрона. Лорий тут же подскочил к нему и пробил топором толстый лоб рыцаря. Истошный, гортанный, пропитанный лютой ненавистью вопль сорвался с перекошенного рта Багрона.

Калиссу пробила дрожь. Вспыхнув тысячами огней, ее глаза налились кровью. Она резко отбросила волосы Ясмины. Девушка схватилась за голову. Гратий помог ей подняться, и они вместе отбегали от иргиды.

Калисса раскинула в стороны руки. От охватившего ее напряжения тело иргиды неестественно изогнулось. Руки вывернулись, а ноги подкосились. Голова сильно откинулась назад. Рот широко раскрылся, обнажив в оскале зубы. Лицо засинело от вздувшихся вен. Они расползались по шее, надувались на руках и ногах. Из самой груди Калиссы вырвался стон. Нечеловеческий, он походил на крик раненого зверя. Иргида выла и хрипела, а из ее рта появлялись обрывки тумана. Мерцающие, серые, они кружили по площади и опускались в ноздри и рты людей.

Глаза Лория зажглись медовым пламенем. Он уперся ногой в грудь Багрона, с усилием достал из его головы топор и пошел на Демидия. Смелая Амира натянула тетиву и выпустила стрелу прямо в сердце зверолову. Ранас, отбивавшийся от стражников, теперь вместе с ними шел на пахарей. Люди метались по площади, не ведая, кто теперь на чьей стороне.

Артемис сражался с Дарием. Главный стражник все время уходил от боя, хватая попадавшихся под руку людей короля и бросая их на схватку с рыбаком. Сам же, прячась за спинами, пытался нанести удар исподтишка. Артемис злился. Лицо рыбака раскраснелось. Трусость Дария раззадоривала и добавляла мужчине сил. Поборов очередного врага, Артемис наступал. Дарий нервно выставлял вперед меч и старался отбивать удары. Он оглядывался вокруг, ища глазами стражников. Но все сражались, и некого было вытолкнуть против Артемиса. Рыбак не мог без смеха наблюдать за суетой Дария. Сейчас он поможет ему, избавит от такой страшной и мучительной жизни. Артемис подался вперед и резким ударом выбил из рук Дария меч. Главный стражник попятился от противника, выставив вперед руки. Артемис медленно надвигался на него. Дарий споткнулся и упал на спину. Рыбак закатил глаза: как же теперь бить лежащего? Тогда по площади разнесся рев Багрона. Артемис опешил на секунду и отвернулся в сторону страшного крика, а когда повернул назад голову, след Дария простыл. Сплюнув на землю, послал ему вдогонку проклятия.

Осматриваясь, между сражающимися людьми рыбак разглядел Брамия и махнул ему рукой. Но зверолов не ответил, и Артемис нахмурился. Глаза охотника зажглись медовым. Он выставил вперед лук и прицелился. Лицо Артемиса вытянулось от ужаса. Теперь ему было не до шуток.

— Загуби меня крылатка, — прокричал рыбак и, пригнувшись, отскочил в сторону.

Брамий шел на него, одну за другой выпуская в друга стрелы.

Люди, сбитые с толку, с опаской заглядывали друг другу в глаза. Защищаясь от восставших против них жителей общин, они до последнего оборонялись, не нанося ударов.

Демидий и Данис смогли выбить топор из рук Лория и теперь уворачивались от его могучих кулаков. Они надеялись повалить рыбака на землю и связать его поводьями.

Артемис уходил от Брамия. Он сновал между людьми, то встречая лезвием меча чужой клинок, то увиливая от ударов.

Калисса, раскинув руки к небу, продолжала выпускать пленяющие облака. Силы ее были на исходе, тело изнывало от напряжения. Вены, изрезавшие плоть, больше не пульсировали. Они превратились в тонкие, переплетающиеся черные нити. Глаза Калиссы запали. Лопнувшие сосуды окрасили лицо в красный цвет. Ее тело разрушалось. Но иргида не могла остановиться. Не могла взять под контроль бушевавшую в ней ярость. Она разрывала ее изнутри. Калисса неистово жаждала их смерти. Каждого.

Гратий крепко держал Ясмину за руку. Они быстро удалялись от Калиссы. Серый туман, выпущенный иргидой, взвился над ними. Сердце Ясмины вырывалось из груди. Она боялась, что темная магия завладеет ее разумом. А еще сильнее боялась, что она вселится в Гратия. Облако почти поравнялось с ними, но рыбаки успели скрыться в толпе. Туман наткнулся на новую жертву и растаял в ней.

Птица продолжала кружить над площадью. Вдруг она издала другой, протяжный крик. Его тут же подхватило множество голосов. Посветлевшее небо заполнили орлы. Крупные, грозные. Их были десятки. Они взмыли высоко к облакам, а затем, набирая скорость, устремились на площадь. Птицы с силой обрушились на противников. Впивались в них когтями. Острыми клювами рвали плоть. Раздирали людям глаза и цеплялись за волосы.

На площади появились волки. Светло-серый вожак заметно превосходил остальных хищников по размеру. Слегка пригнувшись и опустив голову, он осторожно приближался к чужакам. Темные узкие глаза изучали людей. Затем волк выпрямился и на мгновение замер. Из его оскалившейся пасти вырвалось разъяренное рычание, и стая ринулась в бой.

Послышалось резкое ржание. Под предводительством Оданиса пятьдесят всадников на белоснежных лошадях ворвались в самый центр сражения. Рукояти их мечей были закручены из множества зеленых прутьев. Длинные волосы собраны в крупные косы. Тела покрывали невесомые серые одежды. Сотканные из тонких, невесомых нитей, они блестели на солнце.

Пешие нагиры разделились на группы и заходили с разных сторон. Они защищали себя длинными деревянными щитами. Выставив вперед мечи, оттесняли противника. Проворные крепкие юноши заняли высокие позиции по краям площади. Они натягивали тяжи рогаток и метали в стражников камни. Нагиры появились возле деревьев. Вырисовывая в воздухе узоры, водили ладонями. Из стволов, разрывая кору, потянулись молоденькие ветви. Они хватали врагов, вязали им руки и ноги.

Жители ощутили поддержку. Между людьми поднялся дружный клич.

— Мы побеждаем! — кричали они. — Еще немного! Им не выстоять! Дети природы пришли к нам на помощь!

Калисса, испустив последнее облако, резко обмякла. Она упала на землю и закрыла глаза. Обессилев, беззвучно шевелила губами. Черная сущность призывала их. Всех, кого обратила. Королевская чета поднялась со своих мест и направилась к ней. Лорий, стряхнув с себя рыбаков, зашагал к Калиссе. Брамий опустил лук и, пришпорив коня, ускакал к иргиде. Кайрон, с мордой, перепачканной бычьей кровью, большими прыжками спешил к хозяйке.

Калисса приоткрыла глаза и ухмыльнулась. Сил подняться у нее уже не было. Но она была довольна. Ее тело постепенно окружал живой щит. "Посмотрим, как вы пустите стрелы в своих отцов и детей, — упивалась иргида. — Как воткнете топор в их головы! Посмотрим, не дрогнет ли ваша рука!"

Обращенные жители стеной охватили иргиду. На их каменных, бледных лицах застыла злоба. Люди стали серыми, бесцветными. Только глаза их сверкали медовыми искрами. Они подняли свои мечи и натянули луки.

Увидев, что жители общин и нагиры берут верх, часть воинов и стражников пустилась в бега. Оставшиеся враги собрались небольшими кольцами. Люди разделились. Они сражались по левую и правую сторону площади. Центральная группа жителей двинулась на иргиду. Первыми скакали уцелевшие главы: Толаний, а рядом с ним Валентий. Увидев сына, мужчина придержал коня и помог Гратию забраться на него. К главам примкнул Оданис. За его спиной, обхватив дедушку руками, сидела Ясмина.