Дети против волшебников
Шрифт:
Нет! Точно ужаленное, грязное перо шарахнулось прочь от сундука со скорпионами. Ваня потихоньку выдохнул… неужели обошлось?
Он ошибался. Серое перышко быстро оправилось, перестало суетливо барахтаться в воздухе — и внезапно дунуло вглубь фургона. И прямиком к чучелам.
Кыш! — мысленно приказал Ваня. — А ну… кыш отсюда! Кругом марш!
Не тут-то было. Точно назойливая муха, перышко вилось вокруг чучел. И вдруг — исчезло. «Почему я его не вижу? — испугался Ваня. — А оно часом… не на спине у меня лежит?»
— Look at this stupid thing! [21] — раздражённо прогнусавила негритянка. — It takes a dummy bear for a real one!
Рыжий ответил не сразу. Он вонзил жёлтый луч фонаря в спину Ивану Царицыну, потом сказал негромко:
— Maybe… it's a real bear? Let's see [22] .
Ваня услышал глухой стук: это рыжий студент запрыгнул внутрь фуры. Теперь он осторожно движется среди ящиков. Движется… к нему…
— Where do you think you're going, Gringot! — негритянка чуть не взвилась. — I told you I am cold as hell, and you are checking dummy bears! I am through with it, Gringot! I am tired of you! [23]
21
Ты только глянь на эту дурную штуку! Она чучело за настоящего медведя принимает! (англ.).
22
А может быть... это и есть настоящий медведь? Давай поглядим (англ.).
23
Куда тебя понесло, Грингот? Я тебе сказала, что промерзла до костей, а ты тут чучела проверяешь! Все, мне надоело, Грингот. Утомил ты меня! (англ.).
Тряхнув чёрными косицами, девчонка гневно удалилась, цокая по мокрому асфальту каблуками. Здоровенный бородач в чёрном плаще после некоторого раздумья двинулся за ней. Рыжий пробормотал им вслед нечто неопределённое, но весьма злобное. Видимо, он собирался довести проверку до конца — и, сделав ещё пару шагов, приблизился почти вплотную к Царицыну. По счастью, чучело волка немного загораживало проход, не позволяя дотянуться до медведя рукой. Дотошный парень явно побаивался чучела. Ваня едва не вздрогнул: рыжий полез рукой куда-то во внутренний карман плаща… За пистолетом?
Нет, не пистолет. Какая-то глупая указка. Рыжий наставил её на Ванечку и — почему-то замер. Стоит и смотрит, разглядывает чучело медведя сквозь полиэтилен.
«Ну что ты смотришь, а? — досадовал Царицын. — Ты что, не видишь, у меня бирочка на спине! Я чучело, чучело! Я вовсе не живой медведь, разве не видно? И уж тем более не русский разведчик Иван Царицын, который в данный момент прячет в руке нож и размышляет, что делать, если всё-таки раскусят».
Что-то острое упёрлось Ване в спину. Ага, ясно. Это он указкой меня тычет. Что-что ты там бормочешь, рыжий? Ваня прислушался — студент шептал нечто неразборчивое, кажется, на латыни.
И тут Ваня испугался не на шутку. Он почувствовал, что в носу у него внезапно завёлся безумный, жестокий, непоседливый жучок с буравчиком… ах, какой ужас! Он вгрызается внутрь, в самую чихальную область… Неужели? Неужели я сейчас… что я делаю?! Нет!
Кадет Иван Царицын чихнул. И не ушами, не бесшумно, как сам он давеча учил Петра Тихогромова. Великий, безукоризненный Иван Царевич чихнул на славу, как чихают герои глупых голливудских фильмов: шумно и влажно, с брызгами соплей.
Вот, собственно, и всё.
Глава 2.
Призрак Гнилого леса
Мануйло обяснял это тем, что мед ведь напущен другим завистливым колдуном — Максимкой… Оказывается, этого Максимку уже не раз топили, но не удавалось, он всплывает и начинает от злости пакостить, то есть напускать «звиря».
Сила заклинания оказалась неожиданно велика. Бурый медведь… ожил! Разрывая когтями плёнку, бросился с хищным рыком: огромная пасть, смрадное дыхание, липкая слюна — о, это было ужасно!
Так, спустя пару дней рассказывал об удивительном происшествии рыжий Йон Грингот. Едва бедняга пришёл в сознание на больничной койке, его тут же, невзирая на жуткие боли в черепе, вызвали в кабинет к суровому, страшному декану факультета наступательной магии Колферу Фосту. Йон Грингот мычал и стонал, и не мог припомнить никаких деталей. Впрочем, страшный синяк на его лбу поведал декану Колферу Фосту главное: удар был нанесён рукоятью ритуального ацтекского топора.
Согласитесь, медведи редко дерутся каменными топорами. А вот русские кадеты — запросто. Сбив рыжего с ног, Царицын выпрыгнул из кузова на дорогу. Бородатый охранник, заслышав шум, уже мчался обратно к жёлтому грузовику — заметив медведя, вскинул карабин… но стрелять было уже не в кого. Медведь скатился в кювет — в чёрную лесную чащу. Царицын бежал что есть духу, ему казалось, что сзади кричат и стреляют. Он мчался и задыхался от слёз: позор, какой позор! Он, великий Иван Царевич, едва не провалил всё дело! Нескладный Тихогромыч оказался более мужественным, он смог бестрепетно пролежать в сундуке со скорпионами… А Иван — не выдержал самой малости, он — чихнул! «Ну ничего, эти волшебники ещё попляшут! Я проберусь в замок со следующей колонной грузовиков».
Ваня шмыгнул носом, в горле опять запершило от слёз: «Проберусь!» А что если, напуганные инцидентом с ожившим медведем, волшебники теперь усилят меры безопасности? Как тут проберёшься, если каждый сундук будут проверять с собаками, с металлоискателями, под рентгеновскими лучами? И ещё одной вещи Ваня понять не мог, как ни старался. Что за хитрая технология превращает обычное грязное перышко в настоящую ищейку, способную догадаться, что чучело — это не чучело, а живой русский мальчик? И почему перышко шарахнулось от сундука, где прятался Громыч?
Спотыкаясь от усталости, Царицын ввалился в «родную» берлогу. Каким же милым показался ему подмигивающий красный глазок радиомаячка! Слава Богу, где-то рядом ходит под водой «Иоанн Кронштадтский»… Если что, если вдруг погоня и полный провал — капитан Степан придёт на помощь.
Есть, хочется есть. Ваня снова разжёг казацкий костерок, и потянулась из норы наружу тонкая струйка дыма. Можно наконец снять эту проклятую шкуру. Надеть сухую, лёгкую куртку сербского лётчика. И — поесть немного, хотя бы пару сухарей и кусок шоколада. Ваня запустил руку в свой рюкзак и… пальцам своим не поверил. Что такое? Здесь же была целая коробка шоколада и огромный пакет сухарей с изюмом! Куда всё подевалось?
Ванечка с досадой отпихнул рюкзак. Ну Громыч… Ну тихоня! В одиночку стрескал весь запас провианта! И когда успел? А может быть, перепрятал еду к себе в рюкзак? Царицын потянул к себе тяжёлый Петрушин рюкзачище.
Странно. Узел почему-то развязан… Ваня запустил руку внутрь — и похолодел. Пальцы коснулись чего-то мягкого, шелковистого, похоже на…
Волосы?!!
Он отдёрнул руку, точно змея ужалила в ладонь.
Ч-что там т-такое?..
И тут Ваня понял, что сходит с ума. Рюкзак шевельнулся едва заметно, потом сильнее, и вот показалась из рюкзака… человеческая голова, лишённая лица.
«Призрак, — понял Ваня. — Это наколдовали враги, чтобы напугать…»
Призрак тряхнул волосами, и на безликой голове появились глаза. Оказывается, раньше их просто закрывали упавшие на лицо белокурые пряди.
Холодный ужас толчками прихватывал тело кадета. Сначала заледенели и умерли ноги, потом и руки до локтей. Смертельный страх подступил к груди.
Глаза у призрака были… знакомые.
— Ну, что Вы уставились на меня, Иванушка Царевич? — уныло поинтересовался призрак голосом внучки генерала Еропкина. — Помогите выбраться наружу.