Дети сектора
Шрифт:
– Тссс! Не нравится мне это. Прячемся в микроавтобус!
Ваня схватил сенбернара за ошейник и затащил в микроавтобус. Пес тотчас занял два сиденья и принялся вылизывать рану. Шейх сел на место водителя, Якушев – рядом. Едва он захлопнул дверь, как из сумерек выплыла морда КамАЗа с выключенными фарами. Взревев мотором, грузовик рванул с места и пронесся мимо, едва не зацепив убежище. Следом за КамАЗом катился тягач, за ним – фура. Вереница темных машин-призраков плыла за окном, причем было ясно: люди так не водят.
– Чтоб мне сдохнуть, – пробормотал Якушев, когда грузовики уехали. – Они уже водят! Это ведь не люди, да? Люди бы фары включили?
– Ша! – Шейх глядел за окно, где появились измененные.
Они шли строем, рука к руке, на масках лиц застыло равнодушие. Шейх вспомнил, как ездил к бабушке на лето, когда ему было лет десять. Они с соседом, Айдаркой, бегали по холмам, а навстречу текло стадо овец. Звери шли спина к спине, так тесно, что не видно было земли. Растерянные, мальчишки взялись за руки и думали, что животные их затопчут, но овцы обтекали их, как вода обтекает деревья.
Измененные – не овцы. От каждого тянется невидимая нить к кукловоду.
Все, даже собака, затаили дыхание. Поток измененных вскоре иссяк, но выходить никто не решился. Якушев нарушил молчание:
– Они ведь разумны. Не так, как мы, но все же. Сейчас они доберутся до ворот. Увидят, что они открыты, и начнется облава. Так что правильнее двигаться к аэродрому.
– Но только не пешком, – сказал Шейх, заводя мотор. – Поедем на машине, хоть какая-то, но защита.
Катились, не включая фар, пока на дороге не попались измененные – мужчина и женщина. Разинув рты, они вытаращились на «мерседес». Шейх выжал газ, говоря:
– Все. Нас засекли. Теперь на нашей стороне скорость. Только… Ах ты ж сволочь!!! Скорость.
Микроавтобус сбил мужчину и несколько метров тащил по дороге. Дальше мчал, огибая брошенные машины. Ближе к аэродрому Шейх включил дальний свет и начал сигналить, а когда навстречу выехал КамАЗ, понял: дальше хода нет. Затормозил и крикнул:
– Все на улицу! Бежим к аэродрому!
С дороги свернули в проулок между частных домов. Шейх поднял брошенную лопату, и вскоре она пригодилась: распахнулась калитка, и выскочил дед с вилами в руках. Получив острием по голове, он рухнул на задницу и попытался встать. Сенбернар вцепился ему в шею и принялся трепать, утробно урча.
– Теперь, – говорил Якушев на бегу, – все измененные знают, где мы, а наши – нет, и нам даже сигнал нечем подать!
– Ищем грузовик, – скомандовал Шейх. – Включаем фары и прем напролом – аэродром наверняка оцеплен.
Вскоре частный сектор закончился, и они выбежали на огромное кладбище машин, за которым находилась заветная цель. Невдалеке шумел двигатель. На аэродроме стреляли. Через пару минут появилось и то, что ревело мотором: бульдозер. Не сбавляя скорости, он устремился на людей.
Отряд рванул вправо, за груды сваленных друг на друга машин. Бульдозер вгрызся в завал и сдвинул его – с грохотом посыпались остовы легковушек, но Шейх уже прятался за здоровенной бетонной емкостью. Якушев отчаянно матерился, Ваня уговаривал сенбернара лечь, но тот рычал и скалился. Позади убежища была еще одна куча, от другой такой же ее отделял узкий проход, а возле забора из рабицы стояли более-менее живые машины с открытыми капотами.
Шейх мысленно прикидывал, успеют ли они добежать до металлического ангара, это ведь метров двести. Якушев смотрел туда же. Бульдозер появился в зоне видимости и двинулся вдоль мусорной кучи.
– Бежим! – скомандовал Шейх, устремляясь к ангару. – Должны успеть.
С двух сторон высились кучи машин, разделенные узкими проходами. Видимо, военные их стаскивали из Сектора и разбирали на запчасти.
И вдруг сенбернар залаял, рванул вперед и вцепился в глотку измененному с арматурой в руке. Если бы не пес, твари бы удалось напасть незаметно. Второй измененный – мужик в спецовке, – вместо того чтобы напасть, спрятался за машинами.
Перед ангаром была расчищенная асфальтовая площадка, где грустил полуразобранный КамАЗ с откинутым кузовом. Шейх ускорил шаг, насколько позволял его измученный организм, но затормозил и попятился: из ангара высыпала толпа измененных, а сзади выехал бульдозер.
– Писец! – заключил Ваня и вцепился в ошейник скалящегося сенбернара.
– В КамАЗ! – скомандовал Шейх и рванул к машине. Вскочил на ступеньку, вернул кузов на место и спрятался в кабине. Рядом устроился Якушев, ближе к двери – Ванька с сенбернаром.
– Ну, что, товарищи, – проговорил Шейх, высовывая в окно винтовку. – Устроим прощальный фейерверк?
Яна верила Россу, как больной раком верит в панацею, как безнадежно влюбленный – бабкам-ворожеям. Потому что некому больше верить. Когда Росс выключил свет и заглушил мотор БТРа, девушка обняла Димку и уставилась на точку-вертолет, ощупывающий дорогу прожектором. Яна представляла, как человек с лицом, похожим на маску, смотрит вниз и готов стрелять…
Треск передатчика громом прокатился по салону, Яна вскрикнула, Димка вскочил.
– Где вы пропали?! – полилось из динамиков. – Это Красницкий.
Вздохнув с облегчением, Росс ответил:
– Включаю фары. Вы не связались заранее, и я подумал, что это вражеский вертолет.
– А есть основания для таких предположений? – осторожно поинтересовался Красницкий. Яне казалось, что он боится правды.
– Они водят машины, пытаются перегородить проезд. Умнеют.
– Вижу вас. Бросаю веревочную лестницу, и давайте, скорее!
Яна встала между передними сиденьями: механическая стрекоза зависла над БТРом, ее лопасти, подсвеченные светом прожекторов, медленно вращались. Росс покинул водительское сиденье, шагнул назад, профессор скользнул за ним. Звякнул открывающийся люк, и в салон ворвался рев двигателя и ветер, поднятый лопастями, залетели прошлогодние листья. Упали на лобовое.
Яна зачарованно наблюдала, как открывается брюхо вертолета и, падая, раскладывается веревочная лестница. Димка похлопал ее по плечу и заорал, но из-за шума было слышно через слово:
– …быстро!…зомби!
Яна вылезла из люка, прихватив «мурку». Росс карабкался первым, профессор, прижимая к груди чемодан, – вторым. Димка готовился, смотрел вверх, разинув рот. Поднятый ветер прижимал его волосы к голове. Дождавшись, когда Росс исчезнет из вида, Димка полез. Карабин хлопал прикладом ему по заду.
Яна вертела головой по сторонам, и ей мерещились фигуры зомби, сползающиеся к световому кругу. Когда она стала на ступеньку, первый измененный выскочил на освещенный участок дороги, размахнулся, чтобы сбить девушку камнем, но его прошила пулеметная очередь, и он выронил снаряд. На его место пришли трое, один успел швырнуть булыжник, но он пролетел в десятке сантиметров от Яниного лица – она поползла быстрее.