Чтение онлайн

Все их действия не остались незамеченными. Патруль, обходящий остров вдоль берега, уже через полчаса после того, как Лулу начал рыть туннель, обратил внимание на то, что вода в одном месте побелела от известковой пудры, растворенной в ней и забил тревогу. Из гавани туда немедленно направилось сразу несколько кораблей и в воду спустилось около десятка вооруженных мощными гарпунами аквалангистов. Они довольно быстро нашли вход в туннель и теперь медленно продвигались по нему вперёд, так как видимости не было никакой и им приходилось плыть, словно в молоке.

Вилли и Костя прекрасно знали об этом, так как их вовремя известил о тревоге, объявленной на островке Ландсдейл, Лулу, но действовали, тем не менее, неторопливо. Как только состояние матери перестало вызывать у него опасения, он убрал руку от её рта, после чего сказал женщине громким, спокойным голосом:

— Пойдём отсюда, Роза, я отвезу тебя домой, к твоим детям и мужу. — Перед тем, как опустить её в круглый лаз в полу и передать в руки Кости, он добавил — Иди спокойно, Роза, а я пока что разберусь с мистером Килроем, который доставлял тебе столько беспокойства всё то время, что меня не было в Англии. Пора преподать ему небольшой урок вежливости.

Патрик Килрой, которого он отшвырнул в угол где стоял письменный стол, до этого времени, понимая что столкнулся с чем-то невероятно сильным и могущественным, помалкивал и, вообще, прикидывался, что он лишился сознания. Услышав же угрозу в свой адрес, он моментально выхватил из кобуры пистолет и открыл по Вилли беглый, прицельный огонь. Хотя напряженность силового защитного поля была мала, оно без особого труда противостояло пулям, выпущенным из "Кольта".

Оно просто ловило их в паре сантиметров от эластичного герметического скафандра, после чего они попадали на пол, покрытый линолеумом, с сухим стуком. Килрой пришел в ужас, попятился к стене и уже ожидал смерти, но Вилли, крепко ухватив его за шиворот рукой, вместо того, чтобы врезать ему по физиономии, строгим голосом сказал:

— Мистер Килрой, никогда не смейте бить беззащитных людей. Особенно женщин. Иначе я вернусь и очень строго накажу вас за это.

Под пристальным взглядом нескольких офицеров, с ужасом глядящих на экраны телевизоров, он спокойно прошел к лазу и провалился в него, словно бильярдный шар в лузу. Оказавшись в штольне, Вилли бегом бросился к челноку и, не дожидаясь того момента, когда Лулу спустит ему трап, подпрыгнул и перешел в горизонтальный полет. Спустившись в пассажирский салон, в котором сидели в креслах спящие узники тюрьмы Файерстоун, он прошел к люку, перед которым, на коленях мужа сидела и тихо плакала его мать.

Рядом с ними присел на корточки Костя и что-то тихо говорил им, гладя свою тёщу по плечу. Сняв с головы черный шлем, Вилли подбежал к матери и, взяв её за руку, попросил:

— Мама, пойдем в рубку, в кресле тебе будет намного безопаснее. Мы летим домой, в Москву. Костик мужик здоровый и к тому же на нем защитный скафандр, он и на полу посидит, ему не привыкать, а вот тебя может укачать в полете.

Роза послушно встала и пошла вслед за сыном. Муж успокаивающе кивнул ей головой и сказал:

— Иди, дорогая, это действительно наш сын Вилли.

Усадив мать в пилотское кресло, Вилли скомандовал:

— Лулу, дружище, разворачивайся.

Костя, который вошел следом и встал между кресел, добавил веселым и взволнованным голосом:

— Лулу, налей маме немного коньяка и бокал сока.

Не отвлекаясь от своей основной работы, Лулу тотчас подал Розе Джексон и то, и другое. Включив молекулярные разрушители спереди и сзади, он в несколько минут развернулся и быстро заскользил вниз по туннелю. Пробка силового поля, преградившая путь аквалангистам, стала с той же скоростью выталкивать их наружу и они ничего не могли ни понять, ни, тем более, поделать. Челнок, выплыв из туннеля наружу, бесшумно проскользнул под днищами кораблей и, проделав в стальной сети здоровенную дыру, тотчас умчался в открытое море со скоростью самого лучшего и быстроходного из всех автомобилей Джеймса Бонда. Ещё через пять минут он был чуть ли не на орбите.

А ещё через семь с лишних часов Роза и Генри Джексоны, такие же молодые и красивые, как их дети, сидели в белом шикарном "Мерседесе", за рулем которого находился их сын. Их дочь сидела вместе с ними на заднем сиденье, а впереди сидел её жених. Все были очень взволнованы. Особенно Эллис, которая крепко обняла свою мать, внезапно сделавшуюся, внешне, чуть ли не её ровесницей и то и дело всхлипывала. Отец успокаивающе пожимал девушке руку, но он и сам был невероятно поражен как тем, что с ними произошло, так и своей встречей со звёздной путешественницей Лулуаной Торол.

Ещё много лет назад, задолго до их ареста, они оба договорились о том, что в случае провала будут выдавать себя за агентов пришельцев с планеты Трон. Их подвергали самым изощренным методам допроса, граничащим с пытками, с ними беседовали психиатры и психологи, а они всё равно стояли на своём и признавались только в одном. Контрразведчики, разумеется, не верили в эту чушь, но их побег теперь должен свидетельствовать о другом и потому Генри, человек весьма далекий от всяких фантазий, был поражен случившимся.

Его жена и то легче перенесла и их невероятное спасение, и встречу со Стосом и Лулуаной, да, и то, что ей вернули почти что молодость её тоже нисколько не расстроило. Хотя Роза и понимала, что теперь в душе её мужа борются очень противоречивые чувства, — долга перед Родиной, которая ничего не сделала для их освобождения, и долга перед ней и семьёй, она вовсе не спешила говорить ему что-либо. В любом случае её муж не посмеет теперь явиться к своему начальству тридцатипятилетним цветущим мужчиной. Да, и были ли они живы, их прежние руководители? Куда больше Розу теперь волновало другое, что ей делать с тем, что она стала дочерью Сиспилы.

Те люди, с которыми они вместе находились в заключении, кроме Авеля Либермана, тоже были привезены в новое государство — Россию. Одного только этого сорокалетнего еврея их сын подверг какой-то процедуре, которая, как оказалось, была всего лишь исцелением от всех болезней, и удивительный кораблик по имени Лулу полетел прямо в Хайфу, на виллу молодой еврейской красавицы Рахиль. С остальными же узниками теперь остались Лулуаной и Станислав со своими друзьями. Розе сразу же стало ясно, что их тоже ждёт новая жизнь и что они будут довольны своим освобождением.

Хотя, говоря по правде, Розу гораздо больше интересовало то, что будет теперь с нею, с её мужем и детьми, которые, похоже, для себя уже давным-давно всё решили. Искоса поглядывая на своего мужа, она понимала, что он тоже не захочет оставаться в стороне и приложит все усилия к тому, чтобы расширить на Земле влияние, нет, не Сиспилы, а того клана, который сложился в Москве благодаря появлению на Земле Лулуаной Торол. Это одновременно и восхищало, и пугало её, так как речь ведь шла, фактически, не о чём ином, как о создании на Земле параллельной цивилизации человеко-арнис.