Чтение онлайн

– Людвиг! – Марко схватил его за руку.

– По одной дыре на бак, сам же сказал, что этой закваске нужна стабильная температура, иначе протухнет, – вырвался Людвиг. – Нельзя оставлять ему эту армию. Напризывает всякой дряни, нам же придется разгребать.

– Людвиг, здесь несколько сотен баков, мы потеряем время!

Ледяная химера стремительным зигзагом прошла над головой, прилепилась к потолку. Распахнула пасть, обдала их морозным выхлопом.

– Идем, идем, Калеб, – сказал Марко. – Тут Людвиг решил устроить небольшую диверсию.

Глаза химера сверкнули сиреневым пламенем.

– Какие ловушки? – нахмурился Марко. – Ты про роботов на четвертом?

Людвиг вскинул руку, огляделся ясным взором:

– Марко, впереди!

Из слоев темноты, раздвигая их, навстречу стремительно выдвигалось нечто…

Химера исчезла быстрее, чем Ланге успел моргнуть, фокусник взмахнул рукой, железный лист рухнул сверху, прикрывая их от…

Тяжкий удар выгнул сталь, Людвиг выбросил руки, уперся, удерживая его. Сверху за край листа ухватились чужие пальцы, сжались, загибая металл. Страж пинком отбросил лист назад вместе с существом, отодвинул Марко за спину.

Тварь была тяжела, ее отнесло всего на шесть шагов, хотя он бил в полную силу.

– Всего лишь кукла, – Марко расстегнул пальто, полы его разошлись, открывая перевязь с метательными ножами.

Лист отлетел в сторону. Перед ними в смутной тьме, разжиженной свечением фосфора и аварийных ламп, встал очередной охранник подземелий Фреймуса. Высокий, выше Ланге, и шире его в плечах. В ясном взоре было видно, что мрачное пламя горело в этом создании и его плоть пронизывали синие пульсирующие жилы. Без излишних церемоний Марко махнул рукой – с глухим звоном метательный нож отлетел от груди существа.

– Ложись! – крикнул фокусник, с неожиданной силой пригнул Людвига к полу. Свист, тьма закипела, лезвие прозрачной темной синевы прошло над ними, и сталь баков взвыла, рассыпала горячие искры от столкновения.

Марко перекатился в сторону, сомкнул ладони – удар темного лезвия разнес железный пол между ними.

Людвиг подскочил:

– Видел я кукол, они не такие!

– Это особая, – Марко выбросил сразу два ножа, монстр впервые издал звук – нечто среднее между хрипом и удивленным восклицанием. – Своего рода копия. Так ты выглядишь в представлении темников.

Марко, кряхтя, встал:

– Копия Стража. Редкое создание. Реликт прошлых времен.

Людвиг легко подпрыгнул, молот столкнулся с лезвием, столкнулся и разошелся. Монстр шагнул вперед, Людвиг различил жуткую, выточенную из черной керамики маску, похожую на остроклювую морду японского демона-тэнгу, провалы глазниц, тусклый блеск керамических доспехов. Двигался «тэнгу» бесшумно, лишь слегка шипел, втягивая воздух.

– Хорошо сохранился реликт. – Людвиг прыгнул, обрушил молот, лезвие отклонило его в сторону. – Сильный, черт.

Он не мог понять, чем орудует «тэнгу», длинный меч, коса, некое узкое полотно синеватой тьмы, монстр махал им так быстро, что Ланге едва успевал реагировать. Силой создатели его тоже не обделили – отвешивал такие удары, аж руки отнимались.

«Без просьбы не обойтись!» Людвиг сжал молот. Мир задрожал, воздух потек темной патокой. Черные стены, источенные фосфорными червями, как стенки огромного сосуда, меж ним бьется чернильное сердце, искры, искры летят и гаснут, озаряя металл, пластик и камень.

Кукла замедлилась, Ланге наконец различил ее оружие – широкую складную косу, которая крепилась к правой руке на манер лапы богомола, и Людвиг понял, что крепилась она не к доспехам, а к самому телу. Красная сетка нервов ветвилась у основания косы, там плоть перетекала в металл, кость, камень – он не мог понять материал, из которого создано оружие. Различил Людвиг и само тело создания – и содрогнулся. Многое он видел, но такое издевательство над жизнью – впервые!

«Бедное существо, – подумал Страж. – Прости, мне придется…»

Коса была теперь слишком неповоротлива, а вот Людвиг двигался легко, танцевал во тьме. Удар молота раскол керамическую броню на груди, монстр пошатнулся. Издал глухое ворчание, синяя вспышка прокатилась по его искалеченному телу, искусственные жилы затрепетали, Ланге изумился – монстр ускорялся. Создание превосходило свой предел, метило кончиком косы ему в горло, Страж отбил лезвие вверх – оно чуть слышно запело, и эта музыка многое могла сказать Людвигу, он поднырнул под косу и едва успел отскочить – будто змея прянула ему навстречу из левой руки противника. Извиваясь, железный бич с загнутым крюком колотился по воздуху, как хищный язык.

«Хватает, подтаскивает и бьет!»

– Марко!

Ножи ударили, но слишком медленно – один был отбит наручной броневой пластиной, другой лишь царапнул по груди, коса щелкнула, разгибаясь, и… разлетелась вдребезги от тончайшего прикосновения молота. Он угадал точку напряжения! Второй удар Стража отшвырнул куклу назад, вмял ее в широкий бок накопительного бака, из трещин, рассадивших белоснежный эмалированный металл, ударили струи жидкости, все вокруг заволокло едким туманом. Марко встал за спиной Людвига, коснулся его плеча. Туман обтекал их, оставляя пузырь чистого воздуха. Людвиг некоторое время смотрел, как ворочается в дымной ядовитой мгле кукла, пытается подняться, падает, снова пытается и наконец затихает.

– Его пламя долго гаснет, – сказал Страж. – Идем.

Он отсалютовал молотом поверженному противнику. Кукла надсадно хрипела.

– Почему ты тянул? – хмуро спросил Людвиг, когда они вышли за пределы дымящегося облака. – Почему не помог сразу?

– Друг мой, ты много хочешь от старика. Ты сражался с ним чуть больше двух минут. Я потратил на него пять ножей, а нашел всего два. И все без толку.

– Всего два? Я так ускорился?

– Давненько я не видел Стража в полной силе.

Людвиг помрачнел. Он не собирался так выкладываться в первом бою. Они еще не спустились, а ведь еще и возвращаться. Если расплата настигнет его здесь, он превратится в беспомощную обузу. Кто тогда потащит паралитика – Калеб?

– Не волнуйся, твой предел еще не близок. – Марко угадал его мысли. Впрочем, в этом как раз не было ничего удивительного, они слишком давно знакомы.

– Откуда знаешь?

– Вижу. Ты знал, что пламя жизни меняет свой цвет, когда человек на грани чудодейства? Возникает характерный золотистый оттенок, так называемый цвет «золота дураков».