Чтение онлайн

А друзья? Пойдешь по их головам?

Ведь пойдешь, сухо проскрежетало внутри.

Но это потом когда-нибудь… если это потом вообще наступит. В крепости старинного знакомого, родного брата Ваньки Пелинора, задача состояла в другом: как сообща выбраться из ловушки.

Эд еще полюбовался ладненькой фигуркой девушки. И грудь — ничего. Она лишний раз вильнула бедрами, походя, коснулась рукой его живота. Нет, пожалуй, не только наущения хозяина, и самой интересно, заарканит загадочного гостя или нет. В умишке уже, поди, повышение статуса сложилось.

— Тебя как зовут? — остужая, спросил Эд.

— Сабина.

— Иди к себе. Вечером встретимся.

Девушка, безропотно, удалилась. Эд пошел в ванную и со всей забытой негой забрался в, наполненную горячей водой кадку.

Он бы остался в пограничье. Он бы помог Владу собрать армию, он даже возглавил бы ополчение против герцога. А дальше? Конфликт с самим Пелинором неизбежен. Но не это главное. Влад не представляет, с чем имеет дело. Сам Эд только недавно начал догадываться, в чем сила нынешнего правителя. Нужно время, чтобы отыскать его уязвимое место. Время, пожалуй, единственное, что у Эда есть в достаточном количестве. Жизнь аллари длинна. Раза в три длиннее человеческой. При условии, что тебя не убьют, не поймают, не устанешь сам, не продадут. Нет, последнее маловероятно. Друзья — второе, что у него есть.

А если, таки, придется — по головам?

Да пропади оно все пропадом!

Эд с головой погрузился в горячую воду и держал дыхание, пока не закололо в груди.

— У тебя припасы кончились? — весело спросил Дайрен, обнаружив в обеденной зале пустой стол.

— Провианта — завались. Трехмесячную осаду высидим, — отозвался Пелинор. — Я могу приказать, тебе принесут.

— Что случилось?

Вид у князя держателя границы был не вполне… одевался, надо полагать к завтраку, но что-то случилось, и прямо поверх белой туники натянул кольчугу.

— На внешнем рубеже прорвалась какая-то тварь. Медведей покрошила, мужиков тоже. Требуется мое вмешательство.

— Я с тобой.

— Перекусим в дороге, если не возражаешь.

В залу степенно вошел Шак. За ним семенила курица. Фасолька за ее спиной болтала с Санькой. Апостол, глянув на Влада, насторожился. Примолкла дриада. Котяра уселся на свое место и только тогда сообразил: что-то не так.

— Мы с князем уезжаем на прорыв, — сообщил товарищам Эд.

— Я с вами, — отозвался Шак.

— Что случилось-то? — захлопал глазами кот.

Приученные к порядку девчонки, тихо сели в уголок. Пелинор кратко обрисовал ситуацию. Брать с собой женщин никто не собирался. А кот, что ж, кот он — как все.

Эд давно не одевал кольчуги. И оружия давно в руках не держал. Сознание раздвоилось. Он в последние годы привык полагаться только на силу и сноровку. А тут меч, забыто, оттянул руку. Эд отошел в сторону и несколько раз взмахнул оружием. Воздух распорол густой свист. Он поиграл мечом, сделал пробный выпад. Вспомнит, все вспомнит.

Шак уже сидел верхом. Амуниция — будто в ней родился. Длинные пепельные волосы завязаны в хвост. Шлем он приторочил к седлу. В каждом движении сквозил бывалый воин. Не знай его Эд лучше себя, решил бы: наемник, которому война — второе дыхание.

Двое подручных князя пытались натянуть на Саньку кольчугу. Кот отругивался: жарко ему, видите ли. Всем жарко. Только когда Пелинор пригрозил, оставить его дома, Александр согласился и покорно подставил голову под распяленный ворот доспеха. Но когда одели, да подпоясали, пошел легко, будто в одной рубашке.

Эд перехватил серьезный взгляд князя. Не морочься, господин хранитель границы, ну, попался нам мутант. Ты, надеюсь, это слово понимаешь? Странно, что и сам мутант понимает. Способность к обучению у его вида, если мне не изменяет память, находится где-то между бурундуками и белками. А этот, если не врет, за две недели грамоту одолел, за месяц осилил уровень общей школы…

Саньке подвели лошадь — скотину не меньше Шаковой. Но иметь дело с боевыми конями парню, похоже, не доводилось. Двоим, которые его обряжали, пришлось пихать кота в седло под задницу.

По дороге они слегка перекусили. Шак вообще только воды попил. Эд тоже не стал налегать на угощение. Зато Санька наворачивал за обе щеки. У, пацифист в лаптях!

Простой как мяуканье увалень раздражал Эда самим фактом своего существования. Интересно другое — в том раздражении не были ни грана злобы. Наличие рядом необычного кота, вызывало у Эда прилив дикого азарта. За последние годы он отвык от ярых душевных порывов. Он любил своих друзей, однако за их спинами рассчитывал каждый свой шаг, каждый поступок. Но появился Санька, и захотелось, как в юности, плюнуть на резоны и пройти по жизни колесом.

С час, примерно, они рысью двигались на север. Достигнув опушки дремучих зарослей, Пелинор перешел на шаг. Отряд втянулся по узкой тропе в лес и тут же вынырнул на поляну. За ней открывалась небольшая котловина. Князь остановился. К нему из кустов кинулись люди.

Эд инстинктивно схватился за оголовок меча. Мужики и солдаты гарнизона выглядели, только что покинувшими поле боя. В зарослях кто-то стонал. По краю котловины торчали рогатки. Эд присмотрелся. Высокая трава внизу пестрела красными мазками. Кое-де из нее выглядывали бурые ошметки. Противоположный пологий склон весь был изрыт.

— Докладывай, — рявкнул князь, подбежавшему начальнику облавы.

— Тварь с быка ростом, похожа на рака, только клешни по всей спине. Не клешни — косы. Не подойти.

— Рубить пытались?

— Двое вышли с длинными мечами, она их тут же похватала и схарчила.

— Что с медведями? — обречено спросил Пелинор.

— Нет медведей, — отозвался воин. — Они первыми пошли…

— Раненых много?

— Целых не осталось.

Рука воина по плечо была затянута бинтом. Ткань промокла кровью. Капало на траву. Здоровенный мужик заметно пошатывался.

— Иди отдыхай, — скомандовал Пелинор. Из сетчатого торока он достал голубя и, свистнув, подбросил.

Разумно. Без подмоги им не обойтись. Другое дело, успеет ли запасной отряд, до того как тварь попрет через впадину? Эд спустился с коня, но держал его в поводу. Если что, прыгнет в седло… а там видно будет. Князь пошел смотреть людей. Шак цепко оглядывал ландшафт. Этот не побежит.

Внутри шевельнулось чувство похожее на стыд: в кого ты, господин Дайрен, превратился?

В кого надо в того и превратился!