Чтение онлайн

Парень подхватил из повозки покалеченного нелюдя, крикнув Игорю, чтобы взял девушку. Она оказалась легонькой как снопик сена. Игорь взвалил ее на плечо и кинулся к лесу. Пока бежал, все время ожидал спиной удара. Но шум и скрежет убоища отдалялся, а смерть так и не нашла блудного циркача, кем только на этой земле уже не побывавшего.

Они долго ломились сквозь чащу. Подступающий почти к самому замку лес, в этом месте не вырубили по приказу мадам. Опасалась, не иначе, кровавая сука за собственную жизнь, по тому и оставила лазейку на случай бегства. Этой догадкой поделился с Игорем Вик, а заодно показал, как открываются ворота.

Прорвался капитан сквозь заслон дикарей или нет? Мысль скользнула и канула. Судьба бывшего соратника по гарнизонной службе не волновала Игоря. Он достаточно успел присмотреться к земляку. Случись им бежать вместе, тот подставил бы товарища под бой без тени сомнения. Скормил бы дикарям, или кто там еще случится по дороге.

Накипала злость. Девушка на плече постанывала и почти ничего не весила, но стала уже раздражать. Игорь не подряжался спасать всяких бродяжек. Но бросить живого человека в лесу, когда по пятам идут дикари, не мог. Бежал, матерился, глотал горькую слюну, задыхался, а нес.

Если бы Игорь был в силах оглянуться, он бы увидел, как за беглецами встает непролазный, заплетенный колючей лианой лес.

Эд несся в стае волков. Сначала держался последним, стараясь не отстать, потом легким наметом прошел в середину и уже скоро стал во главе. В затылок дышали братья. Он весело оборачивался, ловил желтые искры взглядов, чуял густой звериный дух и бежал дальше.

Его шерсть была чуть длиннее и светлее, нежели у собратьев, но это не мешало чувствовать себя главарем. В его роду через поколение женились на волчицах. Волчицами были его мать и прабабка. Равное количество собачей и волчьей крови обеспечивали власть над обоими видами.

Для составления желаемого марьяжа, в вольные кланы отправляли шпионов, которые высматривали подходящую кандидатуру. Они же и обеспечивали появление девушки в замке.

Не всегда, точнее никогда, водворение невесты в замке не проходило гладко - привезли, оженили, мило потупилась и согласилась на все. Мать Эда устроила бунт и выдержала длительную осаду, запершись в своих покоях. Отец со смехом рассказывал наследникам, как приручал прекрасную дикарку, попутно в нее влюбляясь. Прабабка чуть не зарезала прадеда в первую брачную ночь. Предок сумел выстоять в диком противостоянии. Но утром простыня была окрашена его, а не ее кровью. Из более ранних легенд сохранилась…

Эд открыл глаза. Синева ударила, вышибая слезы. Начали возвращаться звуки. Рядом шуршали тихие голоса.

Он же умер. Он точно помнил, как копье вошло в бок, и жизнь потекла сквозь прореху. Пришедшая в больной мозг стая собратьев, должна была увести его в седые поля, в чащи Пращуров. Но, судя по тому, что вместе со слухом и зрением возвращалась боль, он был пока жив.

И сразу накрыло: Цыпа!
– стон, похожий на вой; дикий спазм, скручивающий внутренности; ярость, которая будит зверя внутри… бессилие, способное толкнуть в пропасть, дном которой уже точно будет смерть. Сознание опять потекло толчками волчьего бега. Прошло много времени, пока Эдвард Дайрен очнулся.

События не желали выстраиваться в логическую цепочку. Все что всплывало в памяти, было связано с болью. Его калечили и ломали. И, кажется, доломали-таки. То, что лежало сейчас на траве, было островком, кусочком прежнего Эда. Основная часть его сейчас убегала со стаей в призрачные поля.

Эд не шевелился. Неизвестно, кто шушукается рядом. Покажи, что жив, прибегут и начнут опять мучить. Сколько боли он хватил в последние дни! Довольно! Полежит так тихонько и умрет…

Он стал прислушиваться к разговору, невидимых собеседников. Человеческий голос рассказывал о портале, сквозь который просочились дикари.

— Думаю, она и раньше посылала Нюха на ту сторону Границы. Порученец по особым делам… бля! Добегался - сдал госпожу со всеми потрохами. Жаль, портала больше нет. Прямая была дорожка домой.

— Это только кажется, - отозвался голос, от которого у Эда пробежали по коже мурашки. Или он все же умер и сейчас находится в компании покойников? Саньке неоткуда взяться среди живых. Эд видел, как его накрыло взрывом. Кот на свою беду оказался в самом центре ловушки.

— Ты там был?
– спросил человек.
– В заграничье?

— Да. Сначала попал в Дебри - блохоноги чуть не сожрали - потом вообще в трубу. Идти можно только вперед или назад. Там еще один оказался на железной машине. Мы с ним вместе пробивались.

— На кокой машине?
– заволновался человек.

— БМП. Поменьше ырха. Броня на гусеницах. И воняет, хоть нос затыкай.

— Где человек, который на ней ехал?

— Нам там добрые люди дорожку показали. В конце, говорят, каждый попадет к себе домой. И точно: его вода приняла, а передо мной камень расступился. Когда проходишь рубеж, сразу становится ясно, что ты уже в другом… месте. Иное все. Я как сквозь скалу прошел, мигом сообразил, что уже тут. Ломился напролом, какие там посты!
– так обрадовался.

— Повезло тебе. Рахна всех людей на казнь велела согнать…

— Да, повезло, так повезло, - невесело перебил Саня.
– Я ведь чуть-чуть не успел… когда Цыпу…

— И что бы ты сделал?

— Не знаю. Сделал бы что-нибудь…

— Успокойся, Санечка, - прошелестел откуда-то сбоку голос Сольки, - никто не смог бы помочь. Но она не мучилась. Я точно знаю. Я бы почувствовала.

— Ты не забыла, что мы в приграничье? Отшибает тут чутье.

— Не забыла, - всхлипнула девушка.

Они были рядом. И они были живые. Санька в своей бархатной куртке, которая стала похожа на фуфайку углекопа; Игор, подбрасывающий в костер ветки; Солька, устроившаяся недалеко от Эдда. Она первой заметила, что Дайрен очнулся.

— Эдди!

— Живой?
– подпрыгнул Санька.

— Живой, шевелится, - констатировал Игор.

Эда окружили. Солька притащила половинку ореховой скорлупы, до краев полную горячим отваром. Эд проглотил его, превозмогая кашель. Внутри что-то было не так. Там разверзлась рана. В животе поселился еж. Или даже дракон, который грыз стенки своего узилища и поливал их огнем. Дыхания не хватало. Казалось бы, вот он воздух, дыши сколько влезет. Не влезало.

Питье принесло небольшое облегчение. Санька подложил под голову Эда свернутую куртку, устроился рядом и начал рассказывать о своих приключениях. Оказалось, ушлый котяра, походя сумел избавить ойкумену от рогатой напасти. Эд только хмыкнул. В животе разгорался пожар.

Солька сидела нахохлившись. Она сильно хромала и старалась поменьше ходить. Санька заставил ее размотать ногу. Стопа девушки превратилась в подобие деревянного утюга, из которого во все стороны торчали побеги бамбука. Дриадка надломила один росток. Из раны потекла кровь.