Дети вселенной. Часть 2
Шрифт:
– Извините, но мы предполагали, что здесь нет людей, – проговорил Борн. Эта жесткая женщина уже нравилась ему все меньше и меньше. Ее взгляд больше не восхищал, а пугал его.
– Это вас не оправдывает. Вы не ответили на мой вопрос. В таком случае, пригласите меня в ваше жилище. У нас есть о чем поговорить с вами. Не будем же мы решать вопросы на берегу моря через защитное поле, – предложила Дарна.
– Откуда вы знаете про защитное поле и как вы его увидели? – спросил Борн.
Женщина, усмехнувшись, зачерпнула горсть песка и кинула его в Борна. Он инстинктивно отшатнулся. Но песок лишь ударился о поле и скатился по нему как по стеклу. Борну вдруг стало не по себе. Он почувствовал себя каким-то униженным и глупым рядом с этой женщиной. И тут он вспомнил про пропавших исследователей.
– Скажите, Дарна, наши люди находятся у вас?
– Да. Но мы, в отличие от вас, приняли их гостеприимно.
– Тогда почему они не вернулись.
– Мы не можем их отпустить. Нам не известны ваши цели прибытия. Я пришла, что бы получить объяснения.
– Хорошо, я открою защиту, но вы пообещаете мне, что не причините нам вреда, – подумав, решил Борн.
– Вы что, боитесь меня? Но что может сделать слабая женщина с такими сильными мужчинами, имеющими, к тому же, оружие? – снова усмехнулась Дарна.
– Ждите меня здесь, я должен дать команду, – со злостью сказал Борн и почти бегом отправился к кораблю.
– Сними защиту перед ней, – распорядился он, зайдя на пост, – когда она пройдет границу, снова установи его, и не спускайте с нее глаз. Если что, уничтожьте.
Затем он снова вышел из корабля и пошел навстречу Дарне. Та уже шла к нему, по-прежнему, смело глядя вперед. Не дойдя до Борна, она, вдруг, остановилась и громко крикнула:
– Добро пожаловать на Прогмею! – затем резко развела руки в стороны и из ее широких одежд вылетели тысячи ярких звездочек.
Последнее, что увидел Борн, это стоящую красавицу с распростертыми в стороны руками и яркую вспышку перед глазами. Через считанные секунды с поселением было покончено. Люди застыли на месте, так и не поняв, что с ними случилось. И лишь ярко горящие зрачки глаз говорили о том, что их разум больше не принадлежал им.
Дарна продолжала стоять перед застывшим Борном и громко смеялась. В ее глазах больше не было прежней нежности, в них светилась дикая ярость, никак не сочетающаяся с ее смехом. Черные длинные волосы развевались на ветру. Если где то в мире и существуют ведьмы, то Дарна сейчас была самым ярким их воплощением.
Реглин сидел в комнате связи, когда туда зашла Дарна. Он услышал ее легкие шаги. Реглин мог бы узнать их и среди топота тысяч гленов. Реглин любил Дарну, он боготворил ее не только за ее необычную яркую красоту, а за ее преданность и понимание. Она была не столько его подругой, сколько соратником. Дарна обладала всеми качествами идеального помощника.
– Я сделала это, Реглин, земляне в нашей власти. Мы можем, наконец, выйти к солнцу и начать строить свой мир, мир нашей мечты, – обняв командира и поцеловав его, произнесла Дарна.
Реглин поцеловал в ответ свою подругу и ударил по клавише пульта. На экране возник Повелитель.
– Судя по твоему виду, ты хочешь порадовать меня, Реглин? – спросил он.
– Да, Повелитель, я хочу тебя сегодня порадовать, как никогда, – дерзко ответил Борн и, не сдержав своих эмоций, рассмеялся.
Повелитель, наблюдая смеющегося Реглина, нахмурился. Он еще никогда не видел его в таком состоянии. Его люди никогда не позволяли так вести себя в его присутствии. Уважение и дисциплина была в их крови. Так их воспитали.
– Говори, Реглин, – властно сказал Повелитель.
– У меня больше нет Повелителя. Я сам Повелитель. Повелитель планеты Прогмея. Энергон в моих руках, как и излучатель. Я выхожу на поверхность. Закончилось время подземелья. Закончилось время рабства. Я свободен и горе тому, кто посягнет на мою свободу. А вы с этой минуты будете выполнять все, что я вам прикажу, и не вздумайте меня ослушаться. Мой гнев не знает границ, – с этими словами Реглин вскочил с кресла и с силой ударил по пульту. Экран погас.
Реглин повернулся к подруге и снова засмеялся.
– Мы свободны, Дарна, свободны. Ты понимаешь это?
Он попытался обнять ее, но, внезапно остановился. Лицо его страшно перекосилось от боли. Реглин опустил глаза и посмотрел на свою грудь. В ней торчал кинжал. Он удивленно поднял глаза на Дарну, хотел что-то сказать, но только прохрипел и рухнул на пол.
– Извини, дорогой, в моих планах тебя, к счастью, нет, – Дарна хлопнула в ладоши и в комнату вошли два глена. Они застыли у порога, в повиновении, опустив лохматые головы.
– Уберите командира, он здесь лишний, – распорядилась Дарна.
Глены тот час подхватили бездыханное тело бывшего соратника и вышли.
– А вот теперь мы действительно свободны, – Дарна подошла к пульту и, нажав на кнопку, выключила его, – прощай, Повелитель.
В доме, где находились пленники, стояла тишина. После многих часов, проведенных без сна и отдыха, они спали. Спали там, где пришлось. На диване, креслах, а Ирман умудрился заснуть прямо на стуле. Не спали только Верлен и Эстна. Они сидели в маленькой кухне и тихо разговаривали.
– Скажи, папа, мы умрем?
– Ну что ты, разве я позволю тебя кому-нибудь обидеть. Да и твой Ирман, я думаю, что защитит тебя. Он ведь тебе нравится?
– Да, нравится. Он не такой, как мы. Он смелый и добрый. А еще он красивый.
– Я рад, что ты встретила его. Если сегодня Реглин нас не тронул, то, значит, что мы ему нужны. Так что вы с Ирманом еще будете счастливы. Ты ему очень нравишься, я вижу, как блестят его глаза, когда он рядом с тобой.
Эстна что-то хотела сказать, но в это время скрипнула входная дверь, и в кухню вошел тот самый молодой человек, что был в дому у Реглина.
– Что тебе надо здесь, Тим? – Верлен не любил этого выскочку, помощника Реглина.
– Вам приказано прибыть к командиру, – сказал Тим, – всем.
Эстна посмотрела на отца и ушла в комнату. Вскоре они вошли в зал дома Реглина. В кресле командира сидела Дарна. Она сменила свой свободный наряд, и на ней сейчас был одет костюм, напоминающий комбинезон землян, только более изящной формы и отделки. Волосы были уложены в прическу формы короны.
– Прошу вас, присаживайтесь, – Дарна бала в отличном настроении и приветствовала гостей ослепительной улыбкой.