Чтение онлайн

Мама...

А дальше действия разворачивались с ужасающей быстротой.

– Ус-с-спокойс-с-ся... Саффин!!!
– Гневно зашипел десятый лорд, пытаясь силой усадить отпрыска обратно.
– Ты вс-с-се ис-с-спортишь, мальчиш-ш-шка!!! Дэйрашшш, - к моему ньеру, напряженному, как кобра перед броском, поднявшемуся вслед за соправителем и его наследником, с почти уже черными змеиными изумрудами.
– Прошу нас-с прос-с-стить. Сам не понимаю, что на него нашло. Это все...
– Голубоглазый лорд не успел договорить. Саффира вдруг захныкала, зовя меня или отца. Услышав ее, Саффин вздрогнул, а потом, рыкнув и отшвырнув удерживающую руку отца, метнулся к девочке. Вернее... кинулся на Ингарра!

Мой вскрик. Перевернутый стол и утварь на полу. Разметавшиеся кресла от ударов огромной силы змеиных хвостов во время трансформации третьего, восьмого и десятого лордов. И я... я, напуганная, в дальнем углу трапезной, куда меня резко переместил ниид, унеся подальше от сменяющих обличье нааганитов, и своего арри, зеленым драконом кинувшегося вслед водному и столкнувшегося с мощью Кайдарра, все еще пытающегося разрешить дело миром и доказывающего нитху, что его сын не причинит девочке вреда. Наоборот, он хочет ее защитить, ведь она для него - пара...

Ага, защитить... вот только от кого? От ее будущего супруга, двенадцатого лорда империи Амморан, тоже завершившего свое изменение и блокирующего первый удар от молодого сородича, или ее отца - иссаэра?! На которого аллид яростно шипел, пытаясь вырваться из захвата нидда, чтобы дотянуться до моей малышки, беснуясь от того, что Анаишшш уносит ее прочь из залы, как и от него - Саффина. Причем, навсегда... Потому что, такой потери контроля, водному никто и никогда не простит, несмотря на то, кем он является для иссаэры. Уж я-то своего белого зверя, замершего на долю секунды у выхода, чтобы попросить взглядом Шэйтассса, удерживающего меня в центре эбонитового хвоста и прижимающего к своему змеиному торсу здоровенными ручищами, позаботиться о его надин, знала...

А в это время, пока я отвлеклась на блондина и свою плачущую, напуганную агрессией взрослых самцов, дочь, прося губами Анаишшша: "уходи же... быстрее... ну...", ведь за себя я и близко не боялась, находясь под защитой "бездны", Ингарр вовсю уже сцепился с аллидом, зашипев на Анасстана, желающего ему помочь, как и на Дэйрашшша, откинувшего со своего пути Кайдарра, чтобы никто из соправителей в поединок не вмешивался. "Это его вызов, и его честь... Он сам поставит щенка на место. И десятого лорда это тоже касается, иначе, Кайдарр своими действиями даст повод для военного конфликта между домами аллидов и ниддов, ведь его наследник без причины напал на двенадцатого лорда империи Амморан..." Пришлось старшему аллиду сдержать свой порыв по защите сына и застыть в стороне. Но сколько же в его арктическом взгляде было ко всем смертельной ненависти и страшного обещания...

Бр-р-р...

Я не увидела, как это произошло. Слишком быстро. Движение огненно-золотистого колосса, и вот, Саффин уже лежит, "спеленутый" хвостом двенадцатого лорда, с заломленными за спиной руками, и лицом, жестко вдавленным в пол. Причем, извиваться и вырываться было бесполезно. Медный держал противника со знанием дела. "Ласково" прося "мальчика" принести извинения нитхам и ниддам, признав свое поражение, и навсегда отступиться от Саффиры, как откуп за то, что он, глава медного дома, снимет все обвинения с аллидов о нападении на него, как на правящего лорда. Но молодой наследник водных с аквамариновыми змеиными глазами и не думал сдаваться, продолжая попытки сбросить с себя более опытного и рослого соперника, клянясь кровью рода, что придет время, и Саффира все равно будет принадлежать только ему... И это несмотря на выкрученные под нехорошим углом плечевые суставы и локоть медного нидда, медленно вдавливающий выпирающие позвонки водного прямо тому в хребет! Первый перелом... второй... третий... Ингарр явно вошел во вкус, желая услышать заветные слова отказа молодчика от моего белого ангела. Саффин же упорно молчал, шепча одними губами: "Не дождеш-ш-шся... она моя..." Четвертый... судорога по голубому чешуйчатому телу до самого кончика хвоста, и едва слышный стон. Пятый... Упрямые глаза аллида, смотрящие прямо на меня, нет - затухающие голубые льдинки, полные ненависти к нашей семье и принятого решения, что он, Саффин все равно, рано или поздно, заполучит мою девочку, чего бы ему это не стоило. Шестой... с жутким хрустом под не менее жуткий стон...

В отличие от водного, я первой потеряла сознание, не вынеся его мучений и увидев, насколько жестоко могут играть мои ньеры и тот же мурена, внезапно все осознав: и нежелание иссаэра видеть меня на ужине, и ненормальное, в создавшейся ситуации, "спокойствие" Шэйтассса, и даже Дэйрашшша, потому что я знала его настоящую ярость. Видела... в то утро, когда нитх явился по моему экстренному вызову, злой, как тысяча чертей, думая, что его цветочек обидели. А тут... так, игра на публику. Они все, и "невозмутимый" Анасстан, в том числе, подставили Саффина, как мальчишку, прямо на глазах у его отца, сыграв на "животных" инстинктах наследника, как я вчера играла на инстинктах Ингарра. Вот только, если двенадцатый лорд после этого стал нам другом, то аллид - отныне враг. Хотя... он им и так изначально был. А еще, Айришшш слишком много нам рассказал о бывших хозяевах и их "принце"- садисте, чтобы мы вот так, спокойно и без возражений, смогли породниться с водными и отдали в их власть Саффиру. А без повода правящему дому аллидов, поддерживаемых почти половиной Совета, и не отказать. Нааганитский мир не поймет и не примет - надин. А теперь... все увидят и осудят проступок водного, которому третий лорд и его эн, как и ши-ар оказали наивысшее доверие, допустив в личные покои к со-рин, и открыто, без "охраны", представили свою дарующую жизнь и маленькую иссаэру. А Саффин этого доверия не оправдал, подвергнув их жизнь опасности, когда напал на своего будущего арри, показав тем самым свое истинное "лицо" и отношение к союзу с медным. Что ж, признаю, мои лорды поступили умно.

Но все же ... очень уж для меня и моей девочки - жестоко...

***

Открыла глаза я уже в спальне Дэйрашшша. И сразу же почувствовала, что значит быть плюшевым медвежонком для его эна. Меня сжимали так, что и не вздохнуть, и не пошевелиться, и не выползти. Вот зараза... а мне вообще-то, в ванную срочно, и малышей накормить, да и много еще чего... Попыталась скинуть нахальные руки, по-хозяйски обхватившие мою ноющую грудь, и не менее наглые мужские ноги, закинутые мне на бедра, как и тяжеленную белобрысую голову, уютно устроившуюся на моей подушке и недовольно засопевшую, когда я стала ее спихивать.

– Ан, может уже прекратишь? У меня нет ни желания, ни настроения с тобой играть! И вообще, я злая! По-хорошему прошу, отвали! Ай! Ты куда полез... сволочь...
– возмущенно пыхтела я, борясь с наглыми конечностями, которые не только возвращались обратно на с таким трудом освобожденную мной 'территорию', но и захватывали новую, коварно добравшись и до сосков, с каплями пролившегося молока, и до плоского теплого живота, и даже ниже... скользнув под резинку брючек. Правда, там их ждала 'засада'. Вернее, преграда в виде моего женского недомогания. Но когда это иссаэра останавливали такие 'мелочи'? Бессовестная рептилия, делающая вид, что все еще не проснулась, не только облапала мой лобок, начав проверять его на гладкость и упругость, выписывая пальцами незамысловатые, но очень уж щекотные узоры, но и еще чуть меня не оглушила своим слишком уж наигранным громким мурлыканьем-храпом, причем прямо в ухо, захватив губами мочку, чтобы начать ее смачно и жадно сосать, вызывая по всему моему телу нервный озноб. А потом еще и заткнула поцелуем мне рот, что-то бормоча 'спросонья'...

Так что, когда я смогла все же нормально вздохнуть, прекратив вырываться и пищать от щекотки по ребрам, вся моя злость и раздражение на ньеров за то, что использовали меня вслепую, улетучилась. Но не совсем... Гораздо лучше я себя почувствовала, когда смогла освободиться от мужского произвола и, соскочив с кровати, запустить подушкой в одного несносного нага, с любимыми, но очень уж наглыми сиреневыми глазами, полными облегчения, что его надин жива, невредима и вполне здорова. Вон как она его по голове пару раз возмущенно огрела, увернувшись от аналогичного 'снаряда', брошенного им в полсилы...

Ну ничего себе!

– Ты!!!
– Все, я была в ярости! Я тут, понимаешь ли, из-за этих интриганов только что очередной стресс пережила, ужасов с пытками насмотрелась, за дочку переволновалась, почувствовала, что значит быть использованной без предупреждения. И вместо того, чтобы меня успокоить, попросить прощение, нежно любить, называя всякими ласковыми словами - подушкой в ответ?! Да еще и с такой ядовитой ухмылочкой и провокационным смешком...
– Ну все...
– воинственно 'закатала' отсутствующие рукава, - Анаишшш, ты попал!!! И... хватит... уворачиваться... Стой!!! Стой, зараза, кому сказала!.. Уф-ф-ф...

Вернее, хм-м-м... Потому что я думала, что у нааганитов перины не рвутся. А глядя на хаос в спальне третьего лорда, что мы с иссаэром во время шуточных боев устроили, и летающий по ней красивый разноцветный наполнитель, похожий на птичий пух... И сорванные шторы, и покрывала на полу, и разбросанные мелкие предметы, которыми я швырялась в юркую 'ящерицу-', обзывающую меня мазилой и другими 'обидными' словами, поняла, что пора нам отсюда сваливать.

– Слушай, - обратилась я к задыхающемуся от смеха нааганиту, которого оседлала, и уже минут пять пыталась придушить голыми руками, досадуя, что не получается, - а нам к детям не пора? По-моему, малыши уже давно проснулись и проголодались. Да и Дэй может вернуться до того, как уборщики тут все восстановят. Представляешь его глаза!
– Сдула со лба локон с 'пером', боясь даже представить, какая прическа сейчас на моей голове. Это только иссаэр, распластанный подо мной, и в 'птичьем гнезде' прекрасен.