Чтение онлайн

Собрав ягоды, все угрюмо пошли обратно в холд. Всю дорогу Менолли молчала, внутренне готовясь к худшему. Она понимала, что на сей раз бури не избежать.

Едва девочки вернулись в холд, Селла отправилась на поиски родителей. Но Янус в очередной раз был в море, и тогда она решила пожаловаться матери. Мави не сразу ей поверила, но строго взглянула на Менолли.

– Ты что это себе позволяешь?
– спросила она.
– Думаешь, что можешь менять текст учебных баллад?! Даже арфисты не имеют права посягать на собственные творения, известные всему Перну! Пожалуй, стоит сказать Петирону, чтобы прекратил с тобой заниматься...

Это ударило по Менолли больнее, чем если бы отец достал ремень и начал её пороть.

– Нет, мама, пожалуйста, не надо!
– плача, уговаривала она Мави. Но та, схватив дочь за руку, поволокла её за собой в комнату арфиста.

Петирон встретил правительницу холда неодобрительным взглядом. Он строго осведомился:

– Почему моя лучшая ученица плачет? Что произошло?

– Это я вас должна спросить!
– гневно воскликнула Мави.
– Она посмела изменить текст учебной баллады! А другие девочки могли подумать, что так и надо петь!

– Да?
– удивлённо переспросил Петирон, подумав при этом: "Если девочка в шесть Оборотов может делать вариации баллад, то она - прирождённая арфистка!"

– Именно так!
– Мави больно ударила Менолли по шее.

– Я прошу вас прекратить истязания девочки. Мне, как арфисту, лучше знать тексты баллад. Поэтому ответьте, что именно изменила Менолли?

Мави растерянно умолкла, глядя на заплаканную дочь. А Петирон продолжал засыпать их вопросами:

– И почему вы решили, что она переврала балладу? Пусть исполнит её.

– Не молчи же ты! Давай, если не пой, то хотя бы скажи те слова, что изменились!
– произнеся это, Мави дёрнула дочь за руку.

Заикаясь и трясясь от страха, Менолли кое-как повторила исполненный перед девочками куплет. Арфист с уважением посмотрел на неё, чуть заметно подмигнул, а затем повернулся к Мави.

– Это всего лишь одна из версий баллады. Я рассказывал о ней девочке на индивидуальном занятии, - ничем не выдав себя, соврал он.

Мави растерялась. Она даже не могла представить себе, что арфист способен на ложь, поэтому решила, что это Селла ей соврала. "Ну, я ей задам! Пусть лучше учится, чтобы уметь отличать одну балладу от другой!" - решив про себя так, Мави вышла из комнаты, выдавив из себя напоследок:

– Простите.

Дождавшись, когда мама уйдёт, Менолли с облегчением бросилась к арфисту и обняла его за шею. Она вся тряслась, и Петирон понимал, от какой сильной психологической травмы он только что спас девочку.

– Почему вы сказали неправду?
– успокоившись, спросила она.

– Когда ты вырастешь, то поймёшь, что даже арфисту иногда приходится врать, и это называется "ложь во благо", - с ласковыми интонациями ответил Петирон.
– Ведь в итоге всё закончилось хорошо, и я надеюсь, что теперь ты будешь осмотрительнее. Лучше сначала принеси текст песни мне, или исполни её на занятии. Даже если она пришла тебе в голову совершенно неожиданно, лучше постарайся запомнить слова, чем торопиться исполнять её при всех. А теперь успокойся и вернись в свою комнату.

Менолли вскоре перестала всхлипывать. Разжав объятья, она поблагодарила арфиста, и поспешила в отдельную каморку, которую ей отвели совсем недавно. Она располагалась невдалеке от покоев матери и Селлы, и поэтому неудивительно, что Менолли чуть не столкнулась с сестрой, сверлившей её злобным взглядом. Но по заплаканному лицу Селлы становилось понятно, что мать ей только что устроила взбучку.

– Ну погоди же, певичка, я ещё найду на тебя управу!
– злобно пообещала Селла.
– Не вечно же тебя арфист будет защищать!

Эти слова словно резанули по сердцу Менолли. Она знала, что Петирон уже стар, но как же грубо Селла напомнила ей об этом! А ведь сестрёнка была всего на два с небольшим Оборота старше её... Менолли, с ужасом осознавая, что Селла впредь будет стараться навредить не только ей, но и арфисту, чуть не расплакалась. Она поспешила скрыться в своей комнате, где и разревелась, уткнувшись головой в подушку. Горячие слёзы текли по её щекам, а Менолли продолжала всхлипывать, дрожа всем телом. Ей стало страшно за Петирона, и она дала себе слово во всём помогать ему. Ведь арфист оставался единственным человеком в холде, кто её хорошо понимал и ценил за проявляющийся талант...

***

В семь Оборотов Менолли стала уже не просто лучшей ученицей Петирона, но и его главной помощницей. Арфист быстро старел, и не всегда мог взять что-то с верхних полок или наклониться за упавшими свитками. А Менолли, наоборот, становилась рослой и подвижной девочкой, и поэтому родители быстро откликнулись на просьбу Петирона приставить её к нему. Конечно, помощь арфисту не была её постоянной работой, но всё же она теперь проводила в его кабинете гораздо больше времени, всё лучше изучая притягательный для неё и чарующий мир музыки.

Кроме всего, девочка ещё и училась самостоятельно мыслить и рассуждать. Например, она пыталась понять, почему же осталось так мало воспеваемых в балладах драконов? "Неужели мой отец неправ, и всадники больше никому не нужны?
– озадаченно размышляла Менолли.
– Но Янус не зря каждый год отсылает десятину Вейру... И он, и Петирон считают, что всё, о чём поётся в балладах - правда. Но тогда вернутся ужасные Нити, пожирающие всё живое... А ведь драконов мало. Что же тогда будет?"

Менолли боялась себе даже представить, что случится, если Нити повалятся с неба прямо на головы людей, а в небе не хватит драконов, чтобы спалить врага. Но она во всём верила Петирону, и знала, что в скором будущем всем придётся прятаться в холде, пережидая Падение Нитей. Правда, ни их, ни самих драконов девочка ни разу ещё не видела - почему-то всадники Вейра уже много Оборотов не поддерживали связь с холдерами.

Всё изменилось в один из осенних промозглых дней, когда на улице моросил противный дождик, а жители холда занимались запасами на зиму. Менолли доверили заняться собранными ею пряными травами. Девочка аккуратно нарезала их, стараясь не пораниться острым ножом, и тут вдруг услышала снаружи громкое хлопанье. Она испуганно повернула голову в сторону выхода из холда. Туда уже спешили Янус и Мави. Прервав работу, Менолли пошла вслед за родителями.

Правители холда быстрым шагом вышли наружу, кого-то приветствуя. Менолли осторожно выглянула из-за двери... и обомлела. На площадке перед холдом сидели четыре величественных дракона - двое бронзовых, коричневый и голубой. Уже спешившиеся всадники встречали правителей холда. Один из гостей имел наплечный узел Предводителя Вейра! Менолли была поражена - должно было случиться что-то серьёзное, чтобы к ним в холд пожаловали всадники.

Благодаря урокам арфиста, девочка хорошо разбиралась в наплечных узлах, и поэтому не могла ошибиться. Да и её родители встречали Предводителя с подобающим уважением, предлагая пройти в холд и пообедать.

– Благодарю вас, но мы прилетели по неотложному делу, - сказал рослый черноволосый всадник с необычными глазами янтарного цвета.
– Если позволите, я бы прошёл в личные покои правителя Януса, чтобы поговорить обо всём.

– Конечно, проходите, - Мави приглашающим жестом указала на дверь. Трое всадников во главе с Предводителем последовали за правителями Полукруглого, а один остался на страже во дворе, поглаживая бок своего голубого дракона.