Чтение онлайн

— Аккуратно, — недовольно выпалила она, поправляя ночную рубашку.

— Извини.

Я уже собиралась пройти мимо, как девушка поймала меня за руку.

Впилась глазами в мою подвеску.

— Еще днем на тебе этого не было.

С нежностью касаюсь ангела и снова улыбаюсь.

— Алан подарил. Красивый, правда?

Зеленые глаза прищуриваются. Она внимательно рассматривает его и складывает руки на груди.

— Это что же ты такое сделала, чтобы заслужить такой безумно дорогой подарок?

— Дорогой? — удивляюсь я, — разве это не серебро?

Девчонка фыркает и смотрит на меня так, будто я сказала какую-то ерунду.

— Это белое золото. С бриллиантами. Поверь, серебром здесь и не пахнет.

С ума сойти!

— Ого. Я и не думала.

— Я и говорю, что ты такого сделала, что он снизошел до такого подарка? Неужели так поразила его?

Отвечать мне совсем не хочется. Я и сама не знаю, почему он подарил мне эту красоту.

Пожимаю плечами, и стараюсь как можно быстрее спрятаться у себя в комнате. Мне неудобно под ее пытливым взглядом.

Ночью я сплю как убитая. Вымотанная, но безумно счастливая.

Утром, припевая, с трепетом, надеваю подвеску. На ночь снимала ее, чтобы ненароком не порвать. Завязываю в хвост волосы, губы блеском не крашу. Вдруг Алан снова захочет меня поцеловать, а блеск его остановит. Покрутившись перед зеркалом, выхожу в коридор. Собираюсь спуститься вниз за чашкой кофе, когда дверь хозяина открывается.

Улыбка начинает растягивать мои губы, потому что я предвкушаю нашу встречу. Сердце взлетает к горлу и резко падает вниз. Улыбка застывает, как уродливое изображение.

Из спальни Алана выходит Катя. Девушка взъерошена, щеки красные, а в глазах блеск. Такой же, как был у меня вчера утром.

Дышать становится тяжко. Желудок сворачивается в узел, а мое зыбкое счастье проскальзывает сквозь пальцы. Этого не может быть. Просто не может.

Возможно, Алан не в комнате?

Хватаю ртом воздух, когда она громко произносит:

— Хорошего дня, Алан.

— И тебе, Катя, — мужской голос заставляет меня согнуться, словно от удара.

20

Катя хватает меня под локоть и тащит вдоль коридора.

Я не могу идти. В шоке плетусь за ней, хотя очень хочется сбросить с себя ее руки.

— Фух, как я устала, — когда мы заворачиваем за угол, она открывает окно и падает в кресло, — представляешь, я даже не думала, но оказывается соскучилась по Алану.

Устремляю взгляд в окно. Там за стеклом качается зеленая листва, сквозь которую пробиваются лучи яркого солнца. Легкий летний ветер треплет ветки. Этот день должен был быть замечательным, но уже одно утро уложило меня на лопатки.

Слышен звук зажигалки, а потом Катя сильно затягивается дымом. Обмахивает себя рукой.

— Знаешь, когда у нас закончился контракт, я и не думала, что он захочет продолжения. Думала просто буду убирать. Но видимо хозяину захотелось вспомнить, как это было со мной. — сжимаю зубы и отгоняю от себя неприятный запах табака. — Я же столько училась, чтобы ему нравилось. Не представляешь! Пересмотрела столько порнухи, литературы перечитала как мужики любят, чтобы их ласкали. Хотела ему угодить. И не зря.

Мне хочется зажать уши ладонями и не слышать. Убежать, закрыться в комнате, чтобы больше никогда не видеть порочное лицо Алана, не смотреть ему в глаза, не дрожать от его поцелуев. Но я стою. Маниакально заставляю себя слушать, чтобы напомнить себе об истинных причинах моего здесь нахождения.

Конечно, я не особенная. Как я вообще могла позволить себе выдумать такие сказки? Катя гораздо опытнее, способнее. А я? Что я умею? Только косячить да плакать. Вот он и жалеет меня.

— Эй, ты чего? — Спрашивает Катя, заглядывая мне в лицо.

По щекам текут слезы. Я быстро вытираю их, но они не прекращаются.

— Слушай, а ты чего ревешь? Ревнуешь что ли?

— Нет, — быстро отвечаю я, но она и так все считывает с моего лица.

— Ася, ты влюбилась? В Алана? Ты же понимаешь, что это запрещено по контракту?

Киваю, крепко зажмуриваясь. Конечно, я понимаю. Но ничего не могу поделать. Мне так больно, будто в сердце вставили кинжал, и я сейчас как вампир рассыплюсь в пепел.

— Девочка ты моя, — затушив сигарету, Катя встает и рывком прижимает меня к себе, — так нельзя. Еще и он дарит тебе все эти подарки. Словно на цепь сажает. Наверное, ему нравится видеть как ты на него смотришь, как преданный песик, вот он и упивается собственной властью.

Сладкие духи щекочут мои ноздри, но хуже то, что к этому запаху примешан еще один — тот, от которого у меня колени всегда подгибаются. Катя пахнет Аланом.

Резко отскакиваю от нее. Это больнее, чем я думала.

Вдруг перед глазами появляется картинка, как он проникает в нее, целует, как сжимает ее бедра своими сильными руками. Закрываю рот рукой и развернувшись, быстро убегаю к себе. Я не могу. Не могу!

Ворвавшись в комнату, падаю на кровать и утыкаюсь в подушку лицом. Страдания приносят физическую боль. Кажется, меня выпотрошили, но я сама во всем виновата. Не надо было позволять себе то, что мне никогда не принадлежало. Я подписывала контракт. Я знала, на что иду, и меня это полностью устраивало. Сначала.

А Алан вероятно действительно упивается своей властью надо мной. Ведь я не умею прятать эмоций. Мне хотелось, чтобы он видел, что я чувствую к нему. И это тешило его самолюбие. Отсюда и цепочка эта с ангелом. Я лишь беззащитный ангел для него, не более.

Глупая и наивная дура!

"Зайди ко мне".

Вибрирует на руке.

Я вся сжимаюсь в комок. Как я сейчас посмотрю на него? Как смогу выдержать эту пытку и не упасть без сознания?

Не пойду!

А если он решит сам зайти сюда? В моей комнате общаться будет труднее.

Собрав себя по частям, я встаю и выхожу из спальни. Господи, помоги мне. Дай сил не расплакаться перед ним. Я не хочу выглядеть жалкой!

Еле иду. К ногам будто привязали гири и каждый шаг дается с огромным трудом.

Остановившись перед зеркалом, смотрю на свое отражение. Глаза красные, под ними синяки. Ужас. Забегаю в ванную и ополаскиваю лицо холодной водой. Нужно выглядеть хорошо, чтобы он не смог понять, насколько мне больно.

Хорошо — это конечно очень сказано. Но хотя бы убрать покраснения с глаз.