Чтение онлайн

От информации голова вскипает. Сложно поверить в то, что такой человек, как Марат, пошёл на серьезные уступки и вообще, первый сделал шаг в сторону примирения.

— Баню, значит… — тихо выдыхаю я. — А мне что с ним делать?

Я ещё ничего не решила! Вообще, думала, что мне предстоит с ним воевать за общего ребёнка.

— Делай, что хочешь, смотри на меня и учись, бери с мужика по полной, он на многое готов, чтобы тебя к рукам прибрать, — говорит она со всей серьёзностью. — Общайся с ним, ставь условия, смотри на его поведение. А там уже принимай решение, воспитывать ребёнка одна или дать ему шанс.

Рано пока о чем-то говорить. А может, это все простая уловка, чтобы меня к себе забрать, закрыть у себя дома и обращаться со мной, как вздумается.

— А где они живут? — задаю интересующий вопрос. — Неужели здесь?

— Нет, что ты! Места же мало. Дом они сняли рядом, вот каждый день с утра до вечера здесь работают, а ночевать туда уходят.

Я хоть и недолго была с Маратом, но помню, что он много работает, днём его вообще не увидишь и, судя по постоянным деловым звонкам, то свободного времени у него совсем немного. А тут он приехал и живет целую неделю.

— Немыслимо… — хлопаю я ресницами, не веря во все это. — У меня просто слов нет.

Чудо какое-то. На такой поворот событий я и не надеялась, потому что думала только о плохом.

— Давай я чайник поставлю, Владимира отправлю, сама до соседки пойду, а вы с ним поговорите.

О чем?

Страшно с ним оставаться наедине. Нет, я не думаю, что он причинит мне боль, или же начнёт активно приставать, я просто не знаю, как мне с ним разговаривать.

Я понимаю, что сразу сдаваться мне не стоит, мне нужно убедиться, что он настроен серьезно, а лишь потом уже принимать решение. Однако это все кажется таким сложным, учитывая наше прошлое, не самое хорошее общение.

Будет ли он меня слушать?

— И что же, ты теперь на его стороне? — говорю с некой обидой в голосе.

— Я на стороне, где ты счастлива будешь, мне на него до фени, главное, чтобы тебе хорошо с ним было. Глядишь, ещё на свадьбе погуляю.

— Да не любит же он меня, какая может быть свадьба, — возмущаюсь я ее предположению.

— Как это не любит? — смеется женщина, громко ударив по столу. — Да, чтобы мужик хоть пальцем пошевелил для той, которая ему безразлична. Не бывает такого, поверь уж старой женщине. Ребёнка он твоего забирать не будет, говорит отношения ему нужны, готов характер свой смягчить. Любит он, ещё как любит. Может, сразу не признается, но я-то все вижу.

Что-то с трудом верится, что такой, как он, может по-настоящему любить, тем более, ту, которую выкупил на аукционе, как диковинную вещицу.

Я была для него куклой для развлечения, с каких это пор он разглядел во мне любимую женщину, ради которой он собирается измениться.

— Опасная ты женщина, баба Зина, — подмечаю я.

— Ещё бы, три раза замужем была. А детишки у вас красивые будут, мужчина он видный, — добавляет она, смотря на меня с хитринкой. — Ладно, пошла я твоего ненаглядного звать.

Баба Зина оставляет меня одну, и я решаю, пока никого нет, переодеться. И как только я снимаю с себя вещи, оставаясь в одном нижнем белье, я слышу, как хлопает дверь, а далее до слуха доносятся тяжёлые шаги.

— Ой…

Словно на зло роняю ситцевое платье, которое решила надеть и как раз в этот самый момент в зал заходит Марат, застывая на входе.

Мужчина с жадностью осматривает меня с головы до ног, словно впитывая в себя мой образ, что заставляет меня покраснеть и прикрыть огромную грудь рукой. Второй же мне нужно поднять платье, однако с пузом сделать это не так просто.

— Давай я помогу, — говорит мужчина, в момент оказавшись рядом.

— Не стоит! — пытаюсь его остановить, но поздно, платье уже в его руках.

— Я вижу, что тебе тяжело нагибаться, — говорит он очевидную вещь.

Вообще много что делать тяжело, но я не привыкла жаловаться и, тем более, показывать свою слабость.

— Спасибо, а теперь ты можешь выйти? — спрашиваю я, пытаясь выхватить у него платье, однако он убирает руку в сторону.

Абдулаев привлекательно так ухмыляется, за что мне хочется хорошенько его ударить, ведь специально же со мной играет. Ему доставляет удовольствие то, что я стою перед ним практически голая, а он то и дело опускает глаза на грудь.

Когда я принимаю очередную попытку забрать платье, он неожиданно делает шаг на меня и берет меня за талию, притягивая к своему телу. А, если быть точнее, то касаюсь я его только своим животом. И я ощущаю огромную неловкость за то, что, возможно, больше не выгляжу сексуально с такими-то объемами.

— Мы провели достаточно много ночей, чтобы я изучил каждую родинку на твоём теле, — говорит он хрипло, нежно прикасаясь пальцами. — Две на спине.

Тяжело вздыхаю, когда понимаю, что он жмёт прямо на то место, где они расположены рядышком к друг другу. Невероятно, но он правда помнит!

— Марат… — шепчу я, слегка толкая его в грудь, чтобы он не давил на меня своей сексуальной энергетикой.

Но мужчина даже не думает меня отпускать, он нагло ведёт пальцами по моей пояснице, опускаясь вниз.

— Одна на попе, вот здесь. Мне нравилось ее облизывать, — говорит он, хищно при этом облизнувшись. Следом его пальцы оказываются на моих ножках. — И на внутренней стороне бедра, — мурчит он, заставляя мое тело покрыться мурашками. — А знаешь, где моя самая любимая?

О. Боже. Мой.

Неужели он и ее разглядел?! Небольшую родинку на сокровенном местечке.

Как же неловко… И так возбуждающе.

Я начинаю терять рассудок, мне приходится брать себя в руки, чтобы не поддаться на его откровенное соблазнение.

— Это все было неправильным, — выдавливаю из себя слова. — Я думала, что ты мой муж и ты сильно на меня давил. Нет, ты требовал с собой спать.

Не спорю, что секс был замечательным, где-то он меня даже принуждал, однако больно было только в первый раз, но это же не самое главное.

— Соглашусь с тем, что я был с тобой груб, но я вспоминаю каждую нашу встречу. И понимаю, что не мог вести себя по-другому. Но теперь все будет только, когда ты захочешь.

Что-то не особо в это верится. Он будет стараться соблазнять меня при каждой возможности, в этом я уверена. Здесь играет лишь то, насколько быстро я сдамся и проиграю эту игру.

— Сейчас я хочу, чтобы ты дал мне одеться, — говорю я твёрдо, хотя на самом деле хочу, чтобы этот наш странный разговор с соблазнением продолжился.