Чтение онлайн

Я подумала о том, как на самом деле непредсказуема человеческая жизнь. Живешь себе, живешь, строишь планы, а потом в один прекрасный день — бац! — на голову кирпич. Или машина из-за поворота. Или какая-нибудь неизлечимая болезнь. Вот некоторые хнычут и жалуются, мол, тяжело, все плохо, все дорого, все кругом сволочи и мошенники. А если представить себе, что ее, этой самой жизни, нет в принципе? Вот такая альтернатива — жить или не жить? Уверена, многие хнычущие предпочли бы еще пожить лет с десяток, чем взять и сразу умереть…

Когда меня посетила эта мысль, неудачная влюбленность показалась мне уже сущим пустяком.

«Действительно, что я прицепилась к этой самой гадалке? Как будто конец света наступил. Ну не получилось у меня с этим самым суженым, получится с кем-то еще в итоге».

И я бодро зашагала по направлению к метро…

Но шутки-шутками, а этот самый Андрей Хвостов все не шел у меня из головы. И сколько бы я ни пыталась углубиться в работу, развлечь себя чем-нибудь полезным типа вязания шапочек и носочков, чтения книжек сынишке — ничего не получалось. Мало того, мне еще и сны начали сниться с его участием. Эротические. Во сне этот жгучий молодой человек имел меня самыми разнообразными способами, причем такими, какие можно только в самых откровенных порнофильмах увидеть. Днем же он продолжал занимать все мои мысли — я представляла себе нас вместе: в отпуске, на даче, на вечеринке, на прогулке с детишками…

«Чур, чур меня, чур».

— Наташа, — набрала я номер подруги. — А скажи, пожалуйста, как называются такие состояния, когда думаешь о ком-нибудь постоянно, без перерыва на обед и сон?

— Это как? — Искренне удивилась подруга.

— А так. Что мне этот человек еще и снится, — пожаловалась я.

— Влюбилась что ли? — Хмыкнула Наталья. — Давно пора бы.

— Да вот я не знаю, Наташа, влюбилась я или нет. Это ты мне как психолог скажи — может ли иметь место влюбленность неизвестно в кого, просто по телеэкрану.

— Ну, теоретически такая возможность есть, — авторитетно подтвердила Наталья. — Но чаще такие вещи случаются в подростковом возрасте, когда тинейджер придумывает себе образ, в который влюбляется. — Наталья забеспокоилась. — Так ты, что… заболела, что ли?

— Ой, Наталья… — Я занервничала. — Не телефонный разговор. Можно я к тебе на работу приеду, поговорим?

— Приезжай, только не сейчас, часа через три, у меня консультация…

Через три часа я торопливо вбежала в полуподвальное помещение, где располагалась психологическая консультация, в которой работала Наталья.

— Здравствуйте, — приветливо встретили меня на ресепшн. — Вы к кому записаны?

— Я не записана, — процедила я. — Я по личному вопросу.

И, отстранив секретаршу в сторону, прошла в кабинет, находящийся в конце коридора слева. Наталья уже ждала меня, перебирая бумаги и делая записи с сегодняшних консультаций.

— Привет, подруга, — озабоченно поглядела она на меня. — Ну, рассказывай, что у тебя стряслось.

И я в подробностях рассказала ей все как на духу — начиная от гадалки и заканчивая Андреем Хвостовым.

Выслушав, Наталья помолчала.

— Мнда, — прокомментировала она. — Даже не знаю, что сказать. Если выражаться клиническим языком, то имеет место быть синдром навязчивых состояний. А если чисто по-человечески, то я тебе уже давно говорила, что тебе нужно отдыхать. Отдыхать, понимаешь? Ты устала, вымоталась, на тебе лица нет. Посмотри, на кого ты похожа! — Риторически воскликнула Наталья и подергала меня за вязаную кофточку. — Ну, посмотри, разве это сейчас носят? Ты когда в последний раз в магазине вообще была, покупала себе что-то?

— Не знаю, — растерянно мямлила я. — Я не помню.

— Зато я помню! — Воскликнула Наталья. — Никогда! Мы с тобой пять лет знакомы, и за это время ты никогда не ходила по модным магазинам. По крайней мере, со мной.

— Ну. Я захожу иногда, — продолжала я робко оправдываться. — Вот перчатки покупала, плащ…

— Ясно. А спишь ты сколько? — Осведомилась Наталья.

— В смысле… — растерялась я.

— В прямом. Часов сколько на сон у тебя уходит?

— Ну. Пять или шесть. Нормально я сплю.

— То, что ты называешь нормальным, называется полным упадничеством! — Резюмировала Наталья. Она задумалась. — Значит, так. Как психолог я тебе предписываю наладить режим сна и отдыха. Возьми выходной, отоспись хорошенько. Отоспишься — приходи, поговорим.

— Ясно. — Я пожала плечами. Было совершенно ясно, что понимания я здесь не встречу. Мало того, меня еще и ненормальной называют. А что я, собственно, хотела. Это было дело мое личное. И вообще не надо было рассказывать такие вещи никому, даже подруге.

Но совету Натальи я решила последовать. Мне действительно следовало отоспаться. Отоспаться и привести мысли в порядок, решив, что я буду делать дальше и как. По крайней мере, мне уже больше не казалась невероятной мысль о встрече с этим самым Андреем Хвостовым. Нужно было просто хорошенько продумать план — как я могу этого человека достать. Где и каким образом.

Я отправилась домой, предварительно позвонив в офис с предупреждением, чтобы меня сегодня не ждали. По правде говоря, делать подобные вещи было довольно опасно, поскольку дела явно не слишком хорошо клеились, и в ближайшем будущем меня ждал бунт на корабле с претензиями от сотрудников и, возможно, массовыми увольнениями. Надо решить, что и с этим делать. Может, бросить все к чертям собачьим, да устроиться куда-нибудь по найму? А компанию закрыть?

Я позвонила Оксане. На этот раз трубку сняли сразу:

— Здравствуйте, Алинька, — поприветствовала меня Оксана.

— Оксана, мне нужно с Вами поговорить еще раз, — попросила я.

— Хорошо, заходите, — сухо ответила Оксана. Она явно не хотела общаться со мной после прошлого сеанса.

— Я зайду в течение часа, хорошо?

— Хорошо, Аля, у меня как раз перерыв образовался.

Я уложилась в полчаса. Видимо, взгляд у меня был довольно напуганный, потому что Оксана с тревогой осведомилась:

— Аля, что-нибудь случилось?

— Пока ничего серьезного, Оксана, — успокоила я ее. — Мне просто нужно с Вами посоветоваться.

— Хорошо, устраивайтесь поудобнее, Алинька, давайте поговорим, — Оксана жестом пригласила меня на кресло, стоявшее не прямо перед ее столом, а у окна. Для гостей, видимо, предназначенное.

Я уселась. Оксана начала разговор первой:

— Видите ли, Алинька, даже не знаю, как Вам сказать… — покачала она головой.

— Говорите как есть, Оксана.