Чтение онлайн

— Как же быть? — спросил Алексей. — А у меня как раз столько планов относительно тебя. Вообще-то я собирался поехать с Мариной и ее семьей в Аскону полюбоваться тамошними красотами и покататься на лыжах. Но почему-то мне не захотелось ехать одному. И вот я решил позвонить тебе и сообщить о своих чувствах, — Алексей явно приободрился и явно правильно понял мое желание укоротить дистанцию. — Может быть, вместе поедем?

Я поразилась тому, насколько человек все тщательно спланировал. Меня это позабавило.

«Я еще ничего не решила, а он уже строит планы».

— А мы собираемся встречать Новый год дома, — сказала я. — Потом мы с Андрюшкой едем в Таиланд, тоже полюбоваться тамошними красотами. О поездке в одиночестве я как-то не думала, поскольку выбор у меня невелик. — Я спохватилась. — Ах, да… Так к чему это я рассказываю. Все дело в том, что с завтрашнего дня я буду плотно занята, и у меня не будет совершенно никакого времени бегать по свиданиям. Поэтому у меня к тебе есть небольшое предложение.

— Какое? — Поинтересовался Алексей.

— Очень простое! — Сообщила я. — Я приглашаю тебя в гости прямо сегодня вечером на ужин. Если, конечно, у тебя есть возможность и желание приехать.

— Конечно, есть, — снова обрадовался Алексей. — Я с удовольствием приеду.

И он взволнованно добавил:

— Честно говоря, я слегка нервничаю. Тебе что-нибудь привезти?

— Нет, ничего не нужно, — попросила я. — Главное, сам приезжай.

— Буду очень рад тебя видеть, Аля… — Алексей уже совершенно успокоился и находился в отличном расположении духа.

— Хорошо, — кратко ответила я. — Тогда жду тебя сегодня часов в восемь вечера у нас дома. Познакомлю тебя с сынишкой, поужинаем, а заодно и поговорим…

«Чудесно. Как раз сегодня нас никто не потревожит — ни коллеги, ни родственники, ни друзья».

Повесив трубку, я слегка испугалась. Я, конечно, смело пригласила на ужин банкира и преподавателя МГИМО в одном лице. Но особых талантов к кулинарии за мной не водилось. И теперь я сидела и размышляла, кто тянул меня за язык и чем мне теперь угощать человека, который привык к достаточно изысканной кухне. Видимо после моей стряпни ему придется срочно взять свои слова про любовь назад.

В панике листая кулинарную книгу, я вдруг вспомнила, как мы вместе обедали в самом обычном городском кафе и ели самую обычную пищу.

«Может, из ресторана еду заказать?» Но я решила этой мыслью не воспользоваться.

Недолго думая, я отправила в духовку несколько горшочков с мясом и аппетитно порезанной картошкой с овощами — то самое блюдо, которое можно было сготовить, не особо утруждаясь, но которое с некоторой натяжкой можно было назвать даже праздничным. Вспомнила наш первый и последний ужин с Андреем Хвостовым, не к ночи будет помянут.

Ровно в восемь вечера Алексей явился ко мне с уже знакомыми розами и бутылкой «Кьянти». В этот момент весь дом уже благоухал картофельно-мясными запахами, которые чувствовались даже на лестничной клетке.

— Привет. — Алексей зашел в прихожую и замер с букетом в руках.

При виде этой картины в моей душе вдруг расцвело что-то очень теплое и нежное.

— Привет, — улыбнулась и, немного подумав, чмокнула его в щеку. Затем подхватила букет и побежала на кухню ставить в вазу.

— И вино захвати, пожалуйста, — крикнул мне Алексей вдогонку.

Я повернула на полдороги, забрала у него бутылку и побежала обратно. На кухне я достала свою любимую большую вазу и водрузила в нее цветы.

Тем временем Андрюшка настороженно выглянул из своей комнаты:

— Здравствуйте, — вежливо поздоровался он с Алексеем.

— Привет, — поприветствовал его Алексей. — А я тебе тоже привез подарок. — С этими словами он достал из кармана небольшую машинку и щелкнул кнопочкой. Машинка раскрылась, трансформировавшись в какое-то странное существо.

— Робот-трансформер! — Закричал от восторга Андрюшка, подбегая к Алексею. — Вот это да! Спасибо!

Он тут же выхватил добычу из рук Алексея и умчался к себе в комнату рассматривать новую игрушку. Алексей остался в прихожей стоять совершенно один.

В это время я вернулась из кухни.

— Тапочки — вот. — Объявила я, тронув его за рукав. Затем, сняв с крючка вешалку для верхней одежды, добавила. — А вот — вешалка. Раздевайся, пожалуйста, проходи. Уже все готово.

Алексей повесил одежду, одел тапочки и остановился передо мной. Я улыбалась, глядя на него и раздумывая, что делать дальше.

— Так что? — Вопросительно посмотрела я на него. — Идем ужинать?

— С удовольствием…

Он все так же продолжал стоять и смотреть. Мгновение спустя он взял меня за руку, притянул к себе и обнял — примерно так, как обнимают фарфоровые старинные предметы: нежно и бережно. Я почувствовала его теплое дыхание и губы на своих волосах.

Некоторое время мы просто стояли так молча, наслаждаясь теплом друг друга. Алексей гладил меня по волосам и легонько целовал их. Во всей этой сцене не было ни капли неловкости, а ощущение было самое что ни на есть стойкое — картина Рембрандта «Возвращение блудного сына». Точнее, блудной дочери. Когда вас ждут, помнят и любят, а вы шляетесь бог знает, где и бог знает, с кем. И вот, наконец, вы — дома, и вам здесь рады. А человек рядом с вами — самый что ни на есть близкий и родной. И какие тут могут быть сомнения.

Прервав молчание, я обняла его за шею, дотронулась губами до его губ и, тут же отпрянув, потянула за собой в комнату. После чего я внезапно потеряла счет времени. Мир слился в одну сплошную какофонию — запахи, звуки, летящая на пол одежда, губы, пахнущие чем-то сладким, неразобранная постель, отрывистый шепот над ухом. Время полетело вскачь. Я очнулась, услышав собственный крик, и спохватилась.

«Господи, Андрюшка. Ничего не слышал?»

В комнате сына царила тишина. Видимо, он был абсолютно занят своим новым приобретением. Я успокоилась.

Я лежала поперек кровати с пересохшими от поцелуев губами, а рядом со мной лежал человек, который за пару минут изящно повернул мою жизнь на какой-то новый лад, о чём я еще пока и не знала, но смутно догадывалась.

Я дотронулась до его волос. Алексей поднял голову и молча посмотрел на меня.

— Я… — начала было я.

Он коснулся пальцем моих губ и тихо попросил:

— Ничего не говори…

Я подтянулась к нему и обвила рукой. В ответ он прижал меня к себе и замер, не в силах шевельнуться. Вставать решительно не хотелось.