Чтение онлайн

Энтен оборачивался. Он собирался изменить мир.

Смотри, дядя, смотри.

Но вслух он сказал совсем другое.

– Дорога – самый прямой путь через лес, безусловно, самый безопасный, учитывая ширину, глубину и ясность. Тем не менее, есть ещё несколько безопасных дорог, даже если они запутаны и сложны.

Палец Энтена скользнул по нескольким линиям, обогнул глубокие гребни, что словно острыми, как бритва, осколками скал прорастали из земли, когда вздыхала гора, и показал альтернативные маршруты, минующие скалы, гейзеры и болото. Да, там красовалась огромная, широченная гора, заросшая лесом, и её глубокие складки и медленные склоны спускались вниз самой настоящей спиралью от центрального пика, от кратера, окружённого плоским лугом и маленьким болотом. На болоте росло корявое деревце, и на нём был вырезал полумесяц.

"Она здесь, - шептала карта, - она здесь, она здесь, она здесь".

– Но откуда ты взял это? –прошептал Старейшина Гвинот.

– Это не имеет значения, - отмахнулся Энтен. – Я убеждён в том, что карта совершенно точна. И я готов жизнь положить за эту веру! – Энтен скатал карту и вернул её в сумку. – Именно потому я здесь, Старейшины.

Герланд почувствовал, что дыхание его превратилось в быстрые рваные вздохи. А что делать, если это правда? Что тогда?

– Не знаю, почему, - промолвил он, выпрямляясь во весь свой хищный рост, - мы утруждаем себя этим…

Энтен не дал ему закончить.

– Я знаю, дядя, что прошу нечто необыкновенное. И, возможно, вы правы, и всё это – самая настоящая глупость. Но, по правде, я не прошу от вас многого. Только одно ваше благословение. Мне не нужны ни инструменты, ни оборудование, ни припасы. Жена моя знает о моих намерениях, и она поддерживает меня. В день Жертвоприношения процессия прибудет в наш дом, и она с охотою откажется от нашего ребёнка. Весь Протекторат будет скорбеть, пока вы будете ступать по пути великой печали. И вы отправитесь к тем отвратительным деревьям, тем, что служат ведьме. И положите мою милую малышку на мох, а ещё подумаете, что больше никогда не увидите эти чудные глаза, - Энтен почувствовал, как надломился его голос. Он зажмурился и попытался собраться с силами. – И, может быть, это будет правдой. Может быть, в лесу очень опасно, а колдунья требует, чтобы я отдал ей своего ребёнка.

В комнате было тихо и холодно. Старейшины не осмелились произнести ни слова. Энтен оказался куда выше их всех, а лицо его словно сияло изнутри.

– Или, - продолжил Энтен, - может быть, нет. Может быть, это я буду ждать среди деревьев. Может быть, это я подниму малыша из круга платанов. Может быть, именно я буду тем человеком, что благополучно принёс ребёнка домой.

Гвинот вновь прошептал своим пронзительным голосом:

– Но… как, мальчик мой?

– Это очень простой план, господин Старейшина. Я последую совету карты. Я отыщу ведьму, - глаза Энтена превратились в чёрные яркие угли. – А после я убью её.

Глава 25. В которой Луна узнаёт новое слово

Луна проснулась в темноте от жгучей головной боли. Та возникла в точке в её голове – маленькой, вроде песчинки. Но она чувствовала, как у неё перед глазами разрывались вселенные – и становилось то светло, то темно, то светло, то темно. Она выпала из своей постели и с грохотом рухнула на пол. Бабушка её всё ещё похрапывала в своей постели в другой стороне комнаты, и каждое дыхание её походило на болота – она дышала так тяжело, словно пыталась выплеснуть из лёгких бесконечную грязь.

Луна прижала руки ко лбу, пытаясь не позволить своей голове расколоться на части. Лоб её горел, после остыл, а потом вновь стал невообразимо горячим. Было ли это творением её фантазии, или руки и вправду светились? И ноги, кажется, тоже.

– Что происходит? – выдохнула она.

– Кар-р-р! – ворон устроился на подоконнике, будто на том насесте. – Луна! – прокаркал он.

– Я в порядке, - прошептала она, но отлично знала, что это было совсем не так. Ей казалось, что каждая её косточка была сделана из света. Глаза её горели. Кожа казалась гладкой и влажной. Она вскочила на ноги и, спотыкаясь на ходу, выскочила за дверь и глотала большие порции ночного воздуха, пытаясь отдышаться.

Растущая луна уже проснулась на небесах, и вокруг неё всё сверкало звёздами. Пытаясь об этом не думать, Луна подняла руку к звёздам, позволяя сиянию собраться на пальцах. Один за другим, она подносила их к губам и позволяла скользить звёздному сиянию по её горлу. Делала ли она это раньше? Она не помнила. Но, так или иначе, она облегчила бесконечную головную боль и успокоила собственный ум.

– Кар-р-р! – промолвил ворон.

– Ну… - покачала головой Луна и начала свой долгий путь вниз по тропе.

Луна не намеревалась добираться до камня в высоких травах, но, тем не менее, пришла туда. Смотрела на слова, которые освещали ясные звёзды.

"Не забывай!" – вещал камень.

– О чём не забывать? – спросила она вслух. Сделала шаг вперёд, положила руку на камень – и, вопреки тому, что время было позднее, да и на улице оказалось довольно сыро, камень излучал странное тепло. Он буквально дрожал под её рукой, и она внимательнее посмотрела на слова.

– Что не стоит забывать? – вновь спросила она, и камень распахнулся, будто бы дверь.

Нет – не будто бы дверь, поняла Луна. На самом деле камень и был обыкновенной дверью. Дверь висела в воздухе. Дверь, открывавшая освещённый каменный коридор и лестницу, что вела вниз в темноту.

– Как… - выдохнула Луна, но продолжить незаконченную фразу так и не смогла.

– Кар-р-р! – промолвил ворон, но звучало это как "я думаю, тебе не стоит туда идти".

– Тихо, - отмахнулась Луна, а после вошла в каменную дверь и принялась спускаться вниз по лестнице.

Лестница привела её в мастерскую с чистыми, открытыми рабочими столами и огромным количеством стопок бумаги. Вокруг были открытые книги, а журнал с гусиным пером лежал рядом – на странице оказалось пятно, и ярко-чёрная капелька чернил цеплялась к острому кончику пера, словно кто-то остановился на середине предложения, а после вдруг передумал, бросил всё и умчался прочь.

– Ау? – позвала Луна. – Тут есть кто-нибудь?

Никто не ответил. Никто, кроме ворона.

– Кар-р-р! – провозгласил он. Хотя это походило на громкое взывание, что-то вроде "Луна, убирайся отсюда поскорее".

Луна посмотрела на книги и статьи. Казалось, что здесь был какой-то сумасшедший – клубок петель, слова, которые для неё попросту ничего не значили.

– Зачем кому-то идти на подобные неудобства для того, чтобы сделать книгу, что окажется полной тарабарщиной? – спросила она сама у себя, но ответа не было.

Луна прошлась по периметру комнаты, пробежалась кончиками пальцев по широкому столу и плавной линии корешков книг. Пыли здесь не оказалось, и отпечатки пальцы тоже не оставляли. И воздух казался не таким уж и затхлым, да она вообще не могла отловить здесь аромат какой-либо жизни.

– Эй! – вновь позвала она. Голос не разлетелся эхом. Казалось, слова просто вылетели изо рта и с мягким стуком врезались в землю. А ещё здесь оказалось окно, и одно его существование казалось совершенно удивительным, ведь она находилась под землёй, разве нет? Она спустилась вниз по лестнице. А что самое странное, снаружи она могла видеть полдень. Да ещё и пейзаж, который никогда в жизни не видела! И вместо кратера горы там оказался пик. Горный пик, вокруг которого вился страшный дым – словно это был чайник, который слишком долго кипел.