Чтение онлайн

Бен вытаращил глаза и открыл рот, когда увидел аппараты и механизмы атлантов.

– Это... это... просто фантастика, - прошептал он.

– Восхищаться и удивляться будете позже, - приказал Траутман.
– У нас дел по горло.
– Он показал рукой в другой конец зала.
– Баллоны находятся за последней дверью на левой стороне. Тащите их сюда. Как только я закончу здесь, сразу же приду к вам.

Он взял ведро с черной смолой, которое принес внутрь купола, и принялся делать то, что предложил вчера Майк: начал закрашивать окно, через которое проникал предательский световой сигнал. Иногда самые простые решения являются все же наилучшими.

Майк и Бен тоже двинулись, правда, вовсе не туда, куда им велел идти Траутман. Вместо этого они отправились в комнату с девочкой, потому что Бен, естественно, сгорал от любопытства поскорее увидеть стеклянный гроб.

Черное мохнатое нечто вышло им навстречу и приветствовало их радостным мяуканьем. Бен уже во второй раз за такой короткий срок вытаращил глаза, когда Майк присел на корточки, чтобы погладить кота. Животное, мурлыча, потерлось головой о руку Майка, так что последние остатки гнева на кота бесследно испарились. Кроме того, рука уже почти не болела.

– Ну надо же!
– шепотом ахнул Бен.
– Он и вправду существует!

Кот навострил уши и взглянул вверх на Бена, как будто понял, что речь шла о нем.

– А ты чего ожидал? Что у нас троих была массовая галлюцинация?

– Во всяком случае, это не то место, где ожидаешь увидеть кошку, - буркнул Бен, наморщив лоб.
– Вот я и спрашиваю себя, как он сюда попал. И чем питается?

Он снял перчатку, присел рядом с Майком и протянул руку к коту. Кот тут же зашипел, резко ударил Бена лапой и прыгнул в сторону. Бен вскрикнул, отдернул руку и вскочил на ноги. Три тонких, налившихся кровью царапины тут же выступили на тыльной стороне его ладони.

– Проклятая вонючка!
– ругнулся Бен.
– У-ух, терпеть не могу кошек!

– Вероятно, он это почувствовал.

Майк еле сдерживался, чтобы не ухмыльнуться, а кот уже успокоился и, мурлыча, терся об его ногу.

– Так где же твоя сказочная Спящая Красавица?
– поддразнил его Бен.

Майк кивнул на дверь, перед которой они остановились, и первым вошел в нее. Кот заспешил впереди них с высоко поднятым хвостом, одним прыжком вскочил на крышку стеклянного гроба и замурлыкал так громко, будто заработал электрический мотор.

– Удивительно, - пробормотал Бен.
– Хотел бы я знать, кто ее сюда принес. И как долго она уже здесь лежит.

Он подошел к гробу. Кот прекратил беспокойное хождение взад и вперед и зашипел, так что Бен замер на полпути.

– Эта тварь представляет опасность для общества. Нам придется назвать его Кусачка.

– Его зовут Астарот, - вдруг сказал Майк. Бен заморгал от неожиданности:

– Как?

– Астарот, - повторил Майк.
– Его зовут Астарот.

– Ах, вот как, - с ухмылкой протянул Бен.
– Он сам тебе об этом сказал?

– Вот именно, - ответил Майк.

Бен рассмеялся и осторожно двинулся вперед, а Майк словно прирос к полу. Может, Бен и пошутил, но для него это не было шуткой. Не выдумал же он это имя в самом деле. Он вдруг совершенно точно узнал, как зовут кота, как будто кто-то сказал ему об этом. Ему стало очень неуютно. Мистика какая-то.

Бен между тем дошел до гроба, но не рискнул подойти слишком близко из-за угрожающе скалившего зубы кота.

– Довольно миленькая, - сказал он, несколько минут разглядывая девочку. Но немой тип.

Майк тоже подошел, задумчиво погладил кота по голове и взглянул на девочку.

– Она...

– Что она?..
– спросил Бен, потому что Майк замолчал.

Он повернулся к Майку и вопросительно взглянул на него. Но Майк даже не слышал его. Он не мог поверить своим глазам. Мысли замелькали в голове в бешеном ритме, путаясь и мешая сосредоточиться.

– Да что с тобой такое?
– спросил Бен.

– Она... она сдвинулась с места ,- заикаясь, проговорил Майк. Он ткнул пальцем в гроб.
– Она, должно быть, еще жива!

Бен какое-то время сосредоточенно смотрел на девочку.

– Ты бредишь, - сказал он наконец.
– Она даже не дышит. Как же она могла сдвинуться?

Но Майк был абсолютно уверен. Вчера руки девочки были сложены на груди. Сейчас же ее левая рука соскользнула вниз и лежала вдоль тела.

– Траутман!
– завопил Майк.
– Идите сюда! Быстрее!

Бен укоризненно покачал головой, а секундой позже уже вошел Траутман, поспешивший на помощь со всех ног, как только позволял скафандр. В правой руке он держал пистолет. Майк даже не смог припомнить, когда капитан прихватил его с собой.

– Что случилось?
– спросил Траутман, обводя комнату внимательным взглядом.

Бен опередил Майка, выпалив:

– Майк считает, что Спящая Красавица проснулась!
– Он издевательски усмехнулся.

– Она пошевелилась, - объяснил Майк. Ухмылка Бена стала еще шире:

– Ну, тут все ясно. Кроме того, кот сообщил ему свое имя.

Бен выразительно покрутил пальцем у виска, а Майк одарил его самым свирепым взглядом, на какой только был способен.

– Слушай, Бен, - сказал он, - а не пойти ли тебе ненадолго прогуляться. Чудный собеседник для рыб - можешь злить их, сколько твоей душеньке угодно. Но шлем лучше оставить тут...

– Хватит, - резко прервал его Траутман. Он сунул пистолет за пояс, еще раз строго взглянул на Бена и Майка и подошел к саркофагу. Кот угрожающе зашипел.

– Осторожнее, - предупредил Майк.
– Думаю, он охраняет девочку.

– Несомненно, - тут же поддакнул ему Бен.
– А в действительности он не кто иной, как заколдованный лев... или это, должно быть, акула?

Если бы на Майке не было тяжелого скафандра, он бы точно треснул Бена по затылку.

– Она пошевелилась, - упрямо повторил он, повернувшись к Траутману. Тот замер, разглядывая девочку.
– Посмотрите на ее руку. Вчера она лежала по-другому.

– Я не... не уверен, - засомневался Траутман.

– А я уверен!
– заявил Майк. Вдруг он так разволновался, что просто не мог устоять на одном месте.
– Вы знаете, что это означает, Траутман? Она жива! Она... она не мертва, а просто спит!

– Она же не дышит!
– возразил Траутман. Но Майк только отмахнулся от его слов, словно от назойливой мухи:

– Может, она делает это почти незаметно, как это бывает, когда... спят очень глубоким сном!

– А как же!
– язвительно прокомментировал Бен.
– Не только глубоким, но и довольно затянувшимся - почти две тысячи лет!