Чтение онлайн

— В этом нет необходимости, — сказал он с преувеличенной официальностью. — Может быть, это послание для меня. Я не могу придумать никакой другой причины, по которой кто-то мог бы прервать моё время обучения.

Пара парней в задней части комнаты хихикнули.

Я опустился на своё место. Это должно было быть плохо. Мистер Хойер был полон решимости сделать из этого постановку.

Он взглянул на ее телефон и увидел мое имя на экране. «Я вижу, Леви использовал свое время для подготовки, чтобы посылать тебе записки. Как мило и полностью противоречит правилам класса». Снова смешки в классе. «Я могу только предположить, что вы обсуждали ответы. Списывание является основанием для отстранения от работы». Мистер Хойер молча прочитал моё сообщение и сообщение Адель.

Он должен был понять из сообщения, что мы говорили не о тесте, но как бы он истолковал: «Если ты всё ещё хочешь, чтобы я шпионила для тебя, я это сделаю»?

Его взгляд метнулся вверх, уставившись сначала на Адель, а затем на меня. — Мистер Андерсон и мисс Хансен, пожалуйста, возьмите свои книги и следуйте за мной.

Очевидно, не очень хорошо.

Я взял свои книги и последовал за мистером Хойером и Адель в коридор. Как только за нами закрылась дверь, мистер Хойер повернулся к нам, плотно сжав губы.

— Я не терплю жульничества в моём классе.

— Мы не жульничали, — запротестовала Адель, широко раскрыв глаза.

— Мы ничего не говорили об этом классе, — сказал я.

Мистер Хойер покачал головой с выражением, которое говорило:

— Как ты думаешь, насколько я глуп?

— Вы переписывались друг с другом во время теста. Это само по себе квалифицируется как мошенничество, — он показал телефон Адели в качестве доказательства. — Вы не первые в школе, кто разработал коды для передачи ответов, — он указал в конец коридора. — Вы двое должны явиться в кабинет до конца урока. Я позвоню директору Андерсону и расскажу ему, что вы сделали.

Глаза Адель расширились ещё больше. Я полагаю, что это был не тот способ, которым она хотела встретиться с моим отцом.

Глупая драматургия со стороны мистера Хойера, на самом деле. Директору не нужно было знать о каждом случае использования телефона, имевшем место в школе. Мистер Хойер послал нас туда только для того, чтобы доставить мне дополнительные неприятности, и, зная его, чтобы ткнуть моему отцу в лицо, что он поймал сына директора на нарушении правил. Мистеру Хойеру никогда не нравился мой отец. Хойер думал, что мой отец отдавал предпочтение спортсменам. По правде говоря, с тех пор, как я начал посещать Саутбрук, мой отец предоставил спортивным командам больше финансирования и привилегий.

Я пошел по коридору, не сказав больше ни слова. Адель догнала меня через несколько шагов. Мы подождали, пока не услышали, как захлопнулась дверь Хойера, прежде чем заговорили снова.

Я взглянул на неё.

— Так что, я думаю, нам не нужно придумывать особый способ для тебя познакомиться с моим отцом.

— Да, это будет достаточно особенным.

Я рассмеялся, потому что видел, что она нервничает.

— Не волнуйся. Ты не можешь попасть в слишком большие неприятности, когда это была моя вина. Я тот, кто написал тебе сообщение во время урока. — Она написала мне сообщение между уроками. Отметка времени будет доказательством этого. — И мы, очевидно, не жульничали, иначе ты бы отключила свой телефон. Мой отец будет знать это. Он суровый, но не глупый.

— Но если он прочитает моё сообщение, поймёт ли он, что мы говорили о слежке за ним?

Я покачал головой.

— Мистер Хойер сообщает о нас, а не даёт ему наши телефоны. Кроме того, ты так и не сказала, за кем я хотел, чтобы ты шпионила. Просто позволь мне всё объяснить. Разговор с директором не заставляет меня нервничать.

Адель расслабилась, но лишь немного.

— Не волнуйся, — снова сказал я ей. — Это нарушение правил пользования телефоном. Мы получим предупреждение и отправимся в путь. Худшее, что может случиться, — это то, что мы получим ноль в тесте.

Действительно, что ещё могло случиться?

ГЛАВА 20

Адель

Мы с Леви так долго сидели в ожидании в кабинете директора, что я подумала, не забыла ли секретарша сказать ему, что мы там. Кабинет был опрятным и пустым — несколько книг на деревянной полке и дипломы, висящие на стене. На столе стояла рамка с фотографией — фотография Леви и ещё одного парня, вероятно, его брата.

Дверь в кабинет была приоткрыта, достаточно, чтобы слышать, как секретарша разговаривает по телефону. Где-то зажужжал принтер, выплевывая бумагу. Я прислушалась, не раздадутся ли шаги.

Леви казался скорее расстроенным, чем нервным. Единственное, что его могло беспокоить, был ноль в тесте. Он понятия не имел, что должно было случиться со мной, каково это, когда холодный холод демонов пронзает тебя.

Я не осознавала, что сжимаю руки на коленях, пока Леви не положил свою руку на мою.

— Нет смысла выглядеть виноватой.

Я расслабила руки, и он скользнул своими пальцами в мои.

— Это первый раз, когда у тебя неприятности в школе?

— Я уже была в кабинете директора раньше, — сказала я неопределённо. Например, когда директор вызвал меня, чтобы спросить, знаю ли я, кто нарисовал изображение дьявола на моём шкафчике перманентным маркером. Я не знала. Это могло быть так много людей.

— В самом деле? Ты не производишь на меня впечатления нарушителя спокойствия.

— Я полна сюрпризов.

Мгновение никто из нас не произносил ни слова, а потом Леви сказал:

— Прости, что я разозлился на тебя до этого.

— Всё в порядке. Ты беспокоишься о своём отце и хочешь ему помочь. Я могу это понять.

Он провёл большим пальцем по тыльной стороне моей ладони.

— Я наказан на эти выходные, но если ты не будешь занята в следующую субботу, мы могли бы сделать что-нибудь вместе.

— Наказан? — повторила я.

Этот факт не заставил меня чувствовать себя лучше от встречи с его отцом.

— Почему?

— Он узнал, что я ходил на вечеринку Тревора.

Что ж, это было облегчением. Я волновалась, что он был наказан за то, что целовался со мной перед его домом.

— Так как насчет недели, начиная с субботы? — спросил он с нажимом.

На мгновение я удержала этот вопрос внутри себя, лелея его. Леви приглашал меня на свидание. Я была для него не просто объектом жалости.

Я улыбнулась.

— Я могла бы попросить отгул. Какие у тебя есть предложения?

Он посмотрел вверх, размышляя.

— Давай посмотрим, что мы уже сделали? Ты спасла меня от автокатастрофы, а потом я спас тебя от Оуэна.

Как насчет того, чтобы мы просто поужинали?

— Звучит заманчиво, если это не у Рози.

Закусочная была бы слишком похожа на работу.

— Мы могли бы сходить в кино.

— Хорошо. Но давай посмотрим что-нибудь с рейтингом G. Демоны обычно держатся подальше от дрянных семейных фильмов.