Чтение онлайн

– Карина, давай не будем устраивать детский сад?

– А что будем устраивать? Секцию «Очумелые ручки» для взрослых? Восемнадцать плюс? Нет, спасибо!

– Тебе в любом случае стоит меня выслушать. Это по поводу тех визитов Вальцова. Ты же хочешь быть в курсе?

Делаю глубокий вдох.

– Хорошо.

И впускаю его, но не могу отделаться от мысли, что Макс убедил меня чересчур легко.

Нет, желание съездить ему по носу никуда не делось, но…

В душе у меня какие-то странные метания.

Не оглядываясь на него, иду на кухню, Лютаев не отстает. Я прислоняюсь спиной к холодильнику и скрещиваю руки на груди:

– Чаю не предлагаю, чтобы ты не задерживался. Да и к чаю у меня ничего нет.

– Мне извиниться за торт? Потому что извиняться за то, что я тебя хочу, не собираюсь.

Смотрю на него с каменным лицом, а глупое сердечко ёкает.

– За твои желания я извинений не требую. Другое дело – поступки.

– Я не сделал ничего, что бы тебе не понравилось, – Макс не дает мне возмутиться и продолжает. – Да, я неверно понял некоторые вещи, но я бы снова поступил так же.

Он подходит ко мне вплотную, но не прикасается. Лютаев смотрит мне в глаза и говорит безобразные вещи:

– Я бы снова подталкивал тебя к себе, дразнил, соблазнял, совращал. Все бы сделал, чтобы тебя взять.

Макс протягивает руку и гладит меня по волосам.

– Ты в курсе, что все это можно было делать без шантажа? – уворачиваюсь я, но он все равно умудряется пропустить пряди сквозь пальцы.

– Я предпочитаю действовать наверняка.

– В любом случае, ты все испортил. И теперь у тебя шансов нет никаких, – отрезаю я.

– Такая вероятность существует, – задумчиво разглядывая меня, соглашается Макс.

Что? Вероятность? Самоуверенный баран!

– Я не собираюсь больше обсуждать твои желания. Говори, зачем пришел, и как там было? «Выметайся. Дверь прямо по коридору».

– Дай воды? – просит он.

Все-таки Макс неплохо себя контролирует. Я вижу, что ему хочется огрызнуться, никому не нравится, когда ему указывают на дверь, но он сдерживается.

Протягиваю стакан, пока пьет, морщится.

– Что у тебя с лицом?

– Прояснял некоторые недопонимания.

И вроде стоит раненый, губа опухает, костяшки опять сбиты. А вот жалости не вызывает. Воинственных и драчливых викингов мы не жалеем.

Но он же помогал мне при панических атаках, и успокоительное давал, и… Нет. Это мы не будем вспоминать. А то я его просто добью.

Скрепя сердце, достаю из холодильника перекись водорода и эплан.

– Садись на табуретку, – командую я.

И Макс неожиданно слушается. Процедуру обработки он переносит стойко и никак мне не мешает. Поймала себя на том, что чуть не подула на его губу.

Черт.

Амплуа медсестры настраивает меня на сочувствие.

Однако, я вижу какими глазами Лютаев следит за всеми моими движениями. Он уже думает, что я проявляю слабость. Сейчас еще решит, что ему что-то светит.

Отвешиваю ему щелбан в лоб.

– Я тебя слушаю.

То, что рассказывает мне Лютаев, достойно сюжета криминального романа.

После того, как он вмешивался в планы Кости Комолова в «Амодее», Макс имел крайне содержательную беседу с его отцом. Итогом переговоров стало то, что Комолов-старший обещал приструнить сына, и сделать это он решил путем финансовых ограничений.

Комолышу такое положение дел, ясное дело, не понравилось, и вместе со своим дружком Каплиным он придумал план, как подставить отца. Понятно, что у старшего Комолова хорошие подвязки в полиции, и он однозначно выпутается, но какое-то время ему явно будет не до сына.

Ярослав организовывает нападение на бизнесмена-конкурента, и ему же в голову приходит идея сделать уликой мой пропуск, который он забирает из «Амодея» у охранника. А тот по чистой случайности является двоюродным братом избитого охранника Сапегина.

Надо думать, что сломанной челюсти он себе не захотел, поэтому согласился подтвердить полиции, что утром после покушения на Сапегина у меня пропуска уже не было. В общем, Каплин стремился угодить дружку, который страстно мечтает поставить на место «одну зарвавшуюся суку». Кстати, крыса – тоже его идея.

Однако, когда Макс снова подключается к решению моей проблемы и припирает к стенке охранника «Амодея», все это всплывает и дело принимает совсем другой поворот. Взбешенный Комолов-старший предпринимает иные, совсем жесткие меры, о которых мне рассказывал Денис.

Каплин же, и так неадекватный в силу своей зависимости, бесится, что лишился не только шикарного денежного клиента на наркоту, но и партнера.

Оказывается, у Каплина и Комолыша на двоих мерзкий бизнес: они в клубах опаивают юных девушек и продают их на ночь всяким извращенцам.

С подачи Комолова-отца делу на Каплина дали ход, но тот вовремя смылся, и теперь скрывается.

Но один из прихвостней на допросе признался, что Ярослав во всем винит меня и собирается со мной поквитаться.

– Так что, Карина, боюсь, тебе все же нужна моя помощь.

– Не уверена, что могу тебе доверять.

Глаза Макса гневно сверкают, но он проглатывает и это. Понимает, что заслужил.

– Уж очень все смахивает на детектив, а я уже поняла, что фантазия у тебя богатая.

– Понимаю твое желани уколоть меня посильнее, но я говорю тебе правду. Все это ты сможешь проверить у Вальцова, – продолжает сверлить меня взглядом.

– Я обязательно так и сделаю, – фыркаю я. – Хорошо, допустим, ты не врешь. И какую помощь ты хочешь мне предложить?

– Тебе стоит вернуться ко мне…

Я вскидываю брови:

– Ты лукавишь. Какая разница, где я буду отсиживаться: в этой квартире или в твоей? Полиция же ищет Каплина?

– Да, он объявлен в розыск.

– Тогда при чем здесь ты? Спасибо, что все рассказал. Я учту и нарываться не буду. Посижу дома, пока его ищут. Если так хочется мне помочь, можешь выносить мой мусор.