Девочка, подчиняйся! Отец подруги
Шрифт:
Больше нет. Никогда!
— Что? Почему это не будешь?
Полянский подходит ближе, становится напротив и мне приходится запрокинуть голову, чтобы смотреть в его сердитые голубые глаза.
Понятно почему его жена ушла из дома и не встречает его с пирогами. Из него идёт одна лишь агрессия.
Как в ту ночь я могла такого соблазнить? Он же непробиваемая скала, что хочет меня придавить так, чтобы кости хрустнули.
Ещё раз вдыхаю, набираясь смелости, чтобы ему противостоять, понимаю, что сдаваться нельзя, иначе он будет мной пользоваться.
— Кристина взрослая девушка и ей лично опасность не угрожает, поэтому я думаю, что вам не стоит так переживать и тем более подставлять меня со звонком.
Это правда плохая идея. Я итак перед ней сильно виновата за то, что случилось у меня с ее отцом, эту ошибку мне ещё предстоит исправить.
Вячеслав делает ко мне ещё одни шаг и теперь я чувствую запах его терпкого одеколона.
— Кто ты такая, чтобы меня учить, как обращаться со своей дочерью? — спрашивает он, наклонив в бок голову.
Все равно очень красивый, хоть и злой. У него суровое, но удивительно привлекательное лицо. Мне так и хочется коснуться пальцами морщинки на его лбу, чтобы она разгладилась. Хочется увидеть его улыбку, если он вообще на неё способен.
Тяжелый мужчина, этот Полянский, характер у него мягко говоря, не сахар, он острый перец, который в рот не возьмёшь. Очень властный и это понятно сразу, грубый настолько, что хочется опустить глаза вниз и заплакать, но я буду держаться до конца.
— Я возможно и никто, но я не сделаю того, что вы от меня хотите, — произношу тихо, но смело. — Я уверена, что она в порядке.
— Я сказал… — еле сдерживается от крика, — звони!
Моргаю несколько раз, чтобы не дать себе разрыдаться.
— За что вы так со мной? Что я сделала не так?! — меня все же прорывает. В горле ком встанет от обиды. — Не я просила вас меня спасать, не я к вам напросилась домой. Я не заслуживаю того, чтобы вы на меня срывались из-за того, что не можете найти общий язык с Кристиной!
Моя грудь ходуном ходит от частого дыхания, а в ушах стоит стук испуганного сердца, которое готово разорваться.
Знаю же, что перечить такому мужчине опасно, но не могу позволить ему себя обижать!
Он же опускает свои гневные глаза, опаляя мою грудь взгляд, от чего мои щеки в момент вспыхивают. А затем я вижу как его губ касается самодовольная ухмылка, от которой меня бросает в дрожь.
— Девочка, советую тебе не ходить в таком виде по дому.
Глава 20
Глава 20
Меня пронзает нехорошим предчувствием, которое подсказывает мне то, что я должна оттолкнуть этого мужчину, иначе произойдёт что, о чем мы оба потом пожалеем.
Полянский не скрывает своего откровенного взгляда на мое тело, но я-то знаю, что он на самом деле не хочет со мной связываться. Им движут низменные инстинкты, которые он видимо не умеет или не привык в себе подавлять.
— Я не собиралась выходить из комнаты и готовилась лечь спать, это вы зашли ко мне, забыв постучать в дверь, — говорю, как мне кажется, очевидную вещь.
— Девочка, это мой дом, я могу заходить в любую комнату, нравится тебе это или нет, — произносит он с нотками превосходства.
Да, он здесь хозяин, я и не спорю, но мы же все культурные люди! О чем может подумать его жена или дочь, если нас застукают?
Я долго ему не отвечаю, наблюдаю за тем, как на его лице отражается радость от того, что я ему поддаюсь. Но это не так!
— Простите, но нет. Не можете, — произношу максимально спокойным голосом, который ни капли его не успокаивает.
Я прямо вижу, как наливаются кровью его глаза от ярости.
Господи, ещё немного и он меня придушит! Нужно быть осторожнее, если хочу целой остаться.
— Повтори, что ты сказала? — делает ещё один шаг. — Я кажется неправильно тебя расслышал.
Тяжело сглатываю, чувствуя как ноги хотят подкоситься.
— Я ваша гостья, нравится вам это или нет, но вы сами меня сюда привели.
Смело, но глупо с моей стороны продолжать его злить. Ничего с собой поделать не могу, я прямо чувствую, что мне ни в коем случае нельзя сдавать позиции.
— И? — его бровь ползёт вверх.
Продолжай, Мира, если уже начала. Назад дороги нет.
Я сильно рискую, но этот риск оправдан моей безопасностью.
Поднимаю голову, встречаясь с его пылающим взглядом, протяжно вздыхаю и сжимаю сильно кулаки, надеясь на то, что это мне поможет так сильно не волноваться.
— Я требую, чтобы в следующий раз, когда вы захотите зайти ко мне в комнату, чтобы вы сначала стучали, а только потом заходили.
Или лучше вообще забыли о моём нахождении в вашем доме.
— Ты это мне, девочка? — спрашивает он в недоумении, словно я сказала что-то из ряда вон выходящее.
— Да! Я… — запинаюсь от волнения. — Я могу быть голой и думаю, что мы оба не хотим попасть в такую неловкую ситуацию.
Не могу больше на него смотреть и опускаю голову вниз, снова начинаю дышать чаще.
Жду его реакцию и она вскоре наступает. Вячеслав касается пальцами моего подбородка и поднимает мою голову обратно вверх.
— Малышка, я уже видел тебя голой, ты этим меня уже не удивишь, — произносит с превосходством, явно чувствуя надо мной свою власть.
Я не сдамся!
— И все же я требую…
— Требует она, — перебивает он меня с грубоватой усмешкой. — Мирослава, ты наверное все же не до конца поняла с кем имеешь дело и перед кем открываешь свой дерзкий ротик…
У меня замирает дыхание и каменеет все тело, когда она его рука касается моей талии и он притягивает меня к себе.
— Что вы делаете…
— Который ты должна открывать только в одном случае, — продолжает он. Наклоняется ниже, так, что наши лица оказываются в нескольких сантиметрах друг от друга. — А именно, чтобы сделать им приятно мужчине. У тебя это неплохо получается.
— Вячеслав Григорьевич, я не понимаю, о чем вы говорите! — дёргаюсь, но это не избавляет меня от его объятий.