Чтение онлайн

Он любил яблоки с детства. А ещё персики. Мне всегда казалось, что я хорошо знаю своего кузена. В юности мы мало общались, но в детстве всегда были вместе. Мы были неразлучны. Януш прожил в нашей семье несколько лет, пока его родители работали за границей. Мы любили рисовать вместе. Мы делили лист бумаги напополам, и каждый рисовал на своей половине, а в итоге получалась общая композиция. Иногда, мы играли в буриме. У нас всё получалось хорошо, когда мы делали это вместе. Мы с ним очень похожи, будто двойняшки, и никто никогда не верил, что мы всего лишь двоюродные брат и сестра. Когда нам было по пять лет, то он часто говорил, что хочет жениться на мне, когда мы вырастем. В наших глупых мыслях это казалось чем-то светлым и чистым. Мы тогда совсем не понимали, что это неправильно. Мы не знали, почему моя мама сразу начинала объяснять, что этого не будет никогда и что это полный абсурд. Януш сжимал кулаки и убегал куда-то после таких разговоров... Потом вернулись его родители и забрали от нас. Януш и я истерически рыдали, когда узнали, что больше не будем жить вместе...

Затем мы очень редко виделись. В основном, на семейных праздниках. Наша дружба меркла с каждым годом нашего взросления. Я провела свой переходный возраст в комплексах, замкнутости, мечтах и стихах. Вероятно, этот период для меня затянулся. А Януш – в плохой компании, наркотиках, громких вечеринках и побегах из дома. Почему-то только сейчас я вспомнила, что с ним постоянно ходила девушка, которая несколько раз беременела от него, и все эти несколько раз были прерваны по велению моего дяди Анджея, отца Януша. Кажется, её звали Ева. После очередного скандала с беременностью они расстались, и Януша сослали учиться в Бреволь, куда в скором времени перебралась и я. Только тогда мы снова начали общаться. Вот только теперь наши отношения стали напряжённее некуда. Мой милый, добрый, заботливый братец... Беленькие кудряшки делали его похожим на одуванчик. Каким же прекрасным ребёнком он был! Его всё время хотелось обнимать и тискать. Наивный маленький ребёнок, который не знал, куда свернёт его жизнь... Который сделал неправильный выбор.

– Куда-то уезжаешь?
– удивлённо спросил Януш.

– Да. Я съезжаю. Насовсем, - строго ответила я. Он не в праве даже интересоваться у меня этим.

– Подожди... Дело конечно твоё, но может хотя бы помиримся перед этим?
– немного неловко предложил Януш.

– Давай попробуем.

– Прости меня. Я был во многом не прав, когда обижал тебя... Я чувствую панику, когда не могу тебе доказать очевидные вещи. Такие как отвратительность Левандовского. Просто я очень волнуюсь... Ты такая наивная, - он принял печальный вид, и взял меня за руки.

– Спасибо за заботу, но я к нему и переезжаю, - я сбросила руки Януша, и продолжила сборы.

– В каком смысле?

– Только не нужно этих вздохов... Я всё решила, и ты никакого отношения к моей жизни не имеешь, - непреклонно ответила я. Никто сейчас не мог сбить меня с толку.

– Ты не понимаешь вообще с кем связываешься?

– Понимаю. Я связываюсь с человеком, который меня любит. Единственный из всех, кто действительно меня любит и заботится обо мне, как никто другой, даже вразрез с уголовным кодексом, - выпалила я, и Януш покачал головой, не принимая мои слова и мой выбор.

– Что? Он ещё и уголовник?

– Адам не уголовник. Он настоящий герой, который наконец-то заступился за меня. Это он, Януш.

– Да кто он?
– мой кузен уже бесил своей заторможенностью.

– Тот маньяк, который преследовал меня и даже убивал тех, кто делал мне больно. Адам прислал мне сообщения, из которых это стало очевидно, а потом мы поговорили и он признался во всём лично, - вздохнула я, и присела на быльце кресла. Все равно этот разговор неизбежен. – Я не сразу оценила это по достоинству, но теперь всё поняла. Я не сдам его. Мы будем вместе, даже если нам придётся бежать из страны.

– Что ты такое несёшь? Куда собралась бежать? Ты с ума сошла?
– паниковал Януш, и я не выдержала.

– Ты не понимаешь!
– крикнула я и снова вскочила. – Ты просто не можешь представить, каково это, когда за малейшую странность все начинают смеяться за спиной, когда парень, которому я позволяла себя любить, предал меня, когда мой муж оказался изменником, который никогда не дорожил мной... И вот теперь я чувствую себя в безопасности. Я в надёжных руках и меня есть кому защитить.

– И ты способна простить ему убийства?
– поджав губы спросил Януш, пронизывая меня своими синими глазами. – Способна простить его безумие и принять таким, какой он есть, без условностей?

– Не могу. Потому что я уже это сделала, и не позволю больше никому сбить меня с толку, - я снова не обращала на него внимания, застёгивая чемодан.

– То есть... Ты настолько сильно его любишь?
– что после этого? Януш благословит нас или опять начнёт оскорблять Левандовского?

– Ты никогда так не любил, это уж точно, - презрительно бросила я, даже не глядя на него.

– Но что если... Что если твой Адам дутый самозванец?
– ещё немного, дорогой братец...

– Не вздумай ничего говорить!
– прошипела я, толкнув Януша в плечо. – Я ему верю. Он не стал бы признаваться в том, чего не совершал.

– Какая же ты наивная, моя дорогая кузина, - ехидно усмехнулся Януш.

Он достал телефон, и начал что-то набирать. Через несколько секунд, я почувствовала вибрацию в кармане, вытащила свой смартфон и с каменным лицом прочла его очередное сообщение.

"Моя любимая кузина, это я всё сделал для тебя".

Я безразлично рассматривала экран, на котором мигало сообщение от неизвестного номера, и вероятно могла собой гордиться. Я достойно выдержала это испытание, следуя указаниям Алисы. Наш план выполнен. Я была убедительной и сильной, но от этого всего менее горько не становилось.

– Всё, что я хотела бы узнать, это... За что, Януш?
– я сунула телефон обратно в карман, и смело заглянула брату в глаза. Я была хладнокровной и спокойной. Не смотря на все его поступки, я по-прежнему чувствовала себя смелой с ним.

– За что? Разве ты не была счастлива, что за тебя есть кому заступиться?
– напряжённо ответил Януш, не понимая, куда делся мой восторг.

– Эти три месяца стали для меня крамешным адом. Из-за меня умирали люди, от меня отвернулись в группе, я не могла спокойно сойтись с любимым мужчиной... И всё из-за тебя. Поэтому хотя бы имей мужество ответить мне. За что?
– я не заплакала каким-то чудом.

– Когда ты приехала в Бреволь и поселилась у меня, я сразу понял, что тебе нелегко придётся. Ты будто бы осталась той малышкой, которую часто обижали во дворе. Такая же беззащитная, доверчивая и невыносимо глупая... Мика, какая же ты глупая, - обзывал меня Януш с умиленным лицом. – Как ты только умудрялась подпускать к себе таких людей? Как ты сразу не понимала, что кроме боли они ничего тебе не дадут? Мне было противно наблюдать за этим. И тогда я попросил Еву, чтобы она начала с тобой переписываться. Я бы не справился с такой задачей, не смог бы расположить тебя к себе. Нужна была женская хитрость. Ты помнишь Еву?

– Не думала, что вы всё ещё общаетесь, - знал бы его отец...

– Она с радостью согласилась помочь мне, потому что надеялась, что я вернусь к ней, но... Кроме ребёнка у нас больше нет ничего общего, - ошарашил меня Януш. Ребёнок после стольких запретов? Как им это удалось? – И не будет. Да и не вернусь я больше в Мечник.

– Ребёнка?

– Да, у нас есть дочь Эла. Микаэла, - нежно улыбнулся он, и мне стало не по себе. Что за озабоченность? – К счастью, мой папочка не смог узнать обо всём, что произошло между нами... Мы ведь всё равно продолжали встречаться.