Чтение онлайн

А я ведь не такая!

Так почему же вся затрепетала от их напора? Почему сердце забилось еще быстрее, а между ног всё сжалось? Ведь они со мной всегда грубые и обращаются как с вещью. И я хотела забыть их и никогда не вспоминать.

Почему же судьба так жестока, снова сталкивая с ними в клубе, куда я зашла буквально на час? Мы же могли разминуться.

Но нет. Они поймали меня и точно никуда не отпустят. От страха я вжалась в кожаный красный диван, а мои бывшие тюремщики начали расстегивать ремни на джинсах. Делали они это быстро и синхронно, а я лишь перебирала ногами, глядя то на одного, то на другого.

– Отпустите меня, я не шлюха! – вроде как требую, а по факту пищу, они же взрываются смехом.

– А кто ты, Анют? Путана? Мотылек любви?

Садятся по бокам от меня с расстегнутыми ширинками, начиная руками забираться мне под юбку. И как мне угораздило надеть сегодня ее вместо джинсов? Хотя варваров бы это точно не остановило. Кладут свои мощные лапищи мне на бедра, раскрывая для себя, мои ноги разъезжаются, и я никак не могу их сдвинуть обратно.

– Я буду кричать! – обещаю им, только вот понимаю, что мои крики не помогут

– Конечно будешь! Верещать будешь, – Захар, посмеиваясь, влезает мне между ног и рвет трусики со звериным рыком, от которого меня начинает колошматить.

Они же меня сейчас правда изнасилуют! Никто их не остановит, никто не придет на помощь, а я сама никак не могу с ними справиться. Они просто огромные, я против них самая настоящая букашка.

– Ну как же вы не понимаете?! – в отчаянии пытаюсь избежать касаний, но мужские руки везде. На моей груди, на внутренней стороне бедер, меня мнут, щипают, осыпают грубыми ласками и короткими поцелуями.

Чувствую себя коробкой с бантом, в слоях бумаги, которые раздирают безжалостно, чтобы добраться до желанного подарка. Вот точно так же с меня снимают всю одежду, не спрашивая разрешения и откидывая куда-то в сторону.

– Да что тут понимать? Обманула ты нас, Анечка, цену набивала!

Захар поднимается с дивана, тогда как Дмитрий заваливает меня на спину и принимается целовать мои груди. В это время второй мужчина чем-то шелестит, стоя над нами сверху. Что-то падает на меня. Зажмуриваюсь, не соображая, что случилось.

Но мужской смех подсказывает, что это какая-то забава, которая очень им обоим нравится. По крайней мере, они смеются довольным смехом, а я решаюсь открыть глаза. Вокруг нас всё усыпано денежными купюрами. Их видимо-невидимо.

Деньги валяются везде. Недоверчиво хмурюсь, но подумать особенно некогда. Захар вытаскивает из ширинки свою палку и с недвусмысленными намерениями подходит ко мне ближе.

– Хватит за всю ночь? – хрипловато спрашивает, подтягивая меня за волосы к члену.

Вот прямо из-под своего друга достает и не церемонясь приставляет головку ко рту.

– Сколько клиентов уже пропустила через себя, Веснушка? Нам, как постоянным, скидку сделаешь? В любом случае хотим тебя на всю ночь!

Захар

Ответить Веснушка не успевает, занимаю ее рот куда более интересными вещами, чем ненужная болтовня.

– Бл-я-а, – выдыхаю я, наконец погрузившись в столь желанный ротик. – Как я об этом мечтал! Соси усерднее!

– Мне что, ждать, пока ты закончишь? – недовольно говорит Димыч и затаскивает Веснушку обратно на диван, ненадолго прерывая наш контакт. – Хватит упрямиться, уже вся течешь! – хлопает он ее по заду и с размаху вставляет член.

Губки вокруг моего хера тут же сжимаются, а в горле зарождается стон, который приятно вибрирует вокруг моей головки.

Почему-то ужасно злит тот факт, что она нам не рада, хотя, судя по всему, только и делала, что искала члены! Чем же ей наши так не угодили?!

– Вот закончим и поговорим о твоем поведении! – рычу я, злой как черт от того факта, что Веснушку имел кто-то еще кроме нас.

Сейчас же я слишком увлечен тем, как ее сладкий ротик выдаивает мой член.

– Так и знал, что ты притворяешься! – вновь шлепает Димыч Анюту по заду, убыстряя свои толчки, на которые девчонка начинает отвечать.

Аня

Ощущение чужого члена во рту отзывается взрывом воспоминаний. О том, как меня брали в камере, а потом в доме. По коже сразу же бегут мурашки, по телу растекается жар, наполняя самые потаенные местечки. Ведь я теперь знаю, что меня ждет.

Но я всё же пытаюсь сопротивляться, отстраниться, упираюсь в сильное бедро Захара и отталкиваю его. Но практически сразу понимаю, что всё это бесполезно. Бесполезно, как бы я ни умоляла. Ни за что они не поверят, что я не шлюха. На мне ярким клеймом стоит это совсем не гордое звание.

Что я могу против них? Да ничего. Я беспомощна…

– Но-но, – говорит, как строптивой кобылке, – тебе же нравится этот леденец, мы все помним, как ты хорошо это делаешь. Давай, детка, – хватает меня за волосы, оттягивает голову и аккуратно вынимает член изо рта.

– Язык высуни, да, вот так.

Начинает ездить головкой по высунутому языку, это очень грязно, пошло, я представляю, как порочно смотрюсь в этой позе.

Меня накрывает волна волнующего мужского аромата. Его терпкий вкус наполняет меня. Наверное, это противоестественно, но я вдыхаю запах мужчины, который ласкает мой рот членом, словно соблазняя его, и завожусь от его дразнящей игры и того, что сзади меня имеет другой мужчина.

Дмитрий по-хозяйски проходится рукой вдоль моей спины, поглаживает ее и сминает ягодицу, с острасткой шлепая по упругой попке. Член продолжает сновать во мне. Напряжение запредельное, внутри живота словно натянулась пружина.

– Узкая девочка, будто никто и не трахал кроме нас, – комментирует сквозь хрипы, – ты думала про нас, Анечка?

– Конечно думала, – не дает мне ответить Захар, медленно и плавно въезжая членом в мой рот. Обоюдный стон вырывается из нас. Он начинает сношать мой рот, демонстрирует мне силу, мужскую власть надо мной.

Они имеют меня с двух сторон, неумолимо ускоряя движения.

Убыстряют ритм, хрипят, стонут, я гнусь, как лоза, подстраиваясь под то, как меня тянет к себе то один, то другой, чтобы ублажала их и давала им то, что им нужно. Эти мужчины умеют брать и безраздельно владеть.

– Поверти язычком по головке, – очередной приказ.

И я выполняю.

– Выгни спину, Веснушка.

Делаю, как мне велено.

Я надеюсь, что всё это быстро закончится, и стараюсь с удвоенной силой, но при этом сама не замечаю, как вовлекаюсь.