Девулус
Шрифт:
– приберись там, бросив на стол денег, за услуги служанки. В кабинете творился хаус, разбитый стаканы, бутылки, перевернутая мебель, и самое отвратительное, использованные презервативы, как же это мерзко, я вызвала службу по уборке, и просидела до поздней ночи, ждала, когда уберут улики его празднества. Макса с самого нашего знакомства, я больше не видела, но меня грело воспоминание о незнакомце, от которого я не отпрянула, а наоборот почувствовала теплоту, но с каждым днем это ощущение исчезало, и казалось, что я скоро снова погрязну в темноту, где не почувствую больше ничего, кроме боли.
Каждый день мне приходилось терпеть капризы этого козла, но один плюс все-таки был в нем, он больше не приближался ко мне, на столько, близко, чтобы вызвать панику. Миссис Хастинг стала для меня за столько короткое время, настоящим другом, поддерживала и кормила своим фирменным пирогом с сыром, от которого, я скоро начну набирать вес. Отчетность составляла большую часть работы, так что каждый день я сидела, уткнувшись в компьютер, этот день так же не отличался ничем, я так же сидела погрузившись в работу, но после услышала зов этого козла
– Октавия! Орал он из кабинета, впервые за неделю назвал меня по имени, наверно в эту жару на улице снег пошел, я даже посмотрела в окно, чтобы убедиться, но нет.
– Октавия, черт тебя побери, где тебя носит! Повторно заорал он. Я все таки решила пойти проверить, что с ним случилось, что заставило меня назвать по имени. Распахнула дверь и застыла, он стоял без рубашки, подкаченной, широкой спиной ко мне. Внутри меня впервые зародилось теплое, приятное ощущение от вида красивого тела, раскрыв рот, я пробегала глазами по каждому сантиметру загорелой кожи.
– Черт, сколько ты стоишь тут? Подняв одну бровь, спросил он ровным тоном, выведя меня из ступора, пока я рассматривала его издали. Как идиотка, пялилась на его обнаженный торс. Люциус двинулся на меня со своей кривой улыбкой, в голове мелькнул момент страшной ночи, и я попятилась назад, вжавшись в захлопнушуюся дверь, и прохрипела от ужаса
– Пожалуйста, не трогайте меня…
Он остановился, и выражение лица резко поменялось, я видела, как люди смотрят на меня в такие моменты, как на сумасшедшую, но Люциус смотрел на меня иным взглядом. Его брови нахмурились, и он поднял руки, показывая мне их, сделал шаг вперед и протянул мне свободную руку
– Я ничего тебе не сделаю, не бойся, тихо произнес он, медленно, чтобы до меня дошел смысл
Все еще вжималась в дверь, смотря напуганным взглядом на полураздетого парня, все мои движения были парализованы, я не чувствовала себя, только ощущала захватывающий меня ужас, пробегал по телу охватывая меня в свои оковы.
– Все впорядке, продолжал он и сделал еще шаг ко мне, от чего паника накрыла меня с головой, я начала махать руками, ударяя воздух ладонями, перед глазами все плыло от слез, я хотела спастись, избежать повтора ужаса. Из под ног пропала земля и я упала, начала искать руками опору, и вцепилась ногтями в кого-то, и это был не Люциус. Меня крепко держал тот человек, гладя успокаивающе по волосам, он окутывал меня спокойствием
– Что ты сделал с девушкой? Сквозь пелену слышала я приятный тембр
– Ничего, я хотел, чтобы она отнесла мою рубашку в химчистку, хотя какая тебе разница, голос Люциуса звучал с презрением
– Поэтому ты раздетый, а девушка в панике?! Продолжал тот
– Что это у нее? Я испугалась, Люциус, что то увидел, и я замахала руками, пытаясь скрыть, отвлечь его
– Ничего, коротко ответил мужской голос, и я почувствовала на пояснице теплую руку, рубашка задралась, я была благодарна этому мужчине, он защитил меня, скрыл мою тайну, не зная ее, не зная меня, его голос я узнала только позже, так же, чувство, которое он подарил в первый раз, это Макс.
Макс отнес меня на диван в приемной, принес мне воды и отодвинулся на другой край, но я хотела, чтобы он был рядом, вцепилась пальцами за ворот его пиджака и прижалась, как маленький ребенок к нему, забравшись с ногами на диван и пытаясь подавить свои всхлипы. Мы молча сидели, и он гладил меня по волосам, ничего не спрашивая, за что я была ему благодарна. Пряча лицо, я вытерла руками слезы, подняла свои глаза на него
– Спасибо, тихо сказала я, смотря в серо-зеленые, манящие глаза, излучавшие столько тепла
– Отблагодари меня чашкой кофе, мягко улыбнулся он, я согласилась без раздумий.
– О, Макс, милый, ты пришел, как ты дорогой? Раздался голос миссис Хастинг, она подошла и поцеловала его в щеку, и до меня стало доходить, кто он-Максимильян Девулус.
– Я в порядке, ты как? Заботливо спросил он женщину
– О, господи, милая, что с тобой, Люциус сделал что-то с тобой? Затараторила миссис Хастинг. Я не успела открыть рот, как Макс ответил за меня, взял мою руку в свою, и начал поглаживать, выводя пальцами невидимые узоры.
– Люциус всех доводит, ты же знаешь его, вот и бедную девушку довел. Макс опустил все подробности, в каком состоянии он нашел меня.
– Когда он поймет, что так нельзя, обреченно вздохнула женщина и покачала головой
– Наверно никогда, улыбнулся Макс
– Мой милый мальчик, я скучала по твоей лучезарной улыбке, засветилась Хелена и потеребила парня по щеке.
– Ангелочек, приходя в себя, сейчас ты в надежных руках, одарила она меня своей улыбкой и удалилась. Рядом с Максом я чувствовала, как меня окутывал покой, и мне хотелось, чтобы это чувство было постоянно.
– Значит ты брат козла, проговорила я, и только потом поняла, что сказала, когда глаза Макса округлились, и он расхохотался
– Да, этот козел мой брат
– Вы не похожи, поморщившись, я замотала головой
– У нас разные матери, единственное, что нас связывает это фамилия, пожал он плечами
– Спасибо еще раз, покраснев, потупила взгляд в пол
– Предлагаю сегодня нам поужинать, если ты не против, улыбнулся он
– Я не против, к лицу прилила кровь, я не ходила часто на свидания, особенно после той ночи, и это было как в первый раз.
– Хорошо, когда ты закончишь, я тебя заберу, наклонился он ко мне и поцеловал в щеку, приятный свежий аромат окутал меня, и я глубоко вдохнула его в себя, пытаясь сохранить его в себе, как напоминание спокойствия. Макс уже ушел, а я сидела на диване и трогала место, куда меня поцеловал парень, впервые, чьи-то губы коснулись меня, не напугав, а наоборот даря уют и теплоту.
Дверь кабинета распахнулась, Люциус вышел уже одетый в новую черную рубашку, верхние несколько пуговиц расстёгнуты, рукава засучены, обведя кабинет взглядом, нашел меня в углу на диване, сидящей обнимающей свои колени.