Девушка из цветочной лодки
Шрифт:
— Вы очень умный человек. Получается, мы рискуем, а вы…
— Моя милая, я тоже очень рискую. Несу большие расходы. — Он демонстративно потер пальцы друг о друга, намекая на взятки.
Ченг Ят дернул меня за руку:
— Хватит!
— Нет, я хочу знать. — упрямо возразила я и спросила-таки: — А если бы мы базировались в Тайоу? Я толкую о совместном предприятии. Общие риски, общая награда Вытесним конкурентов и создадим сильное предприятие.
Я не добавила еще кое-что, о чем много размышляла: нам нужна база, и Тайюсан подходит как нельзя лучше.
Казначей цокнул языком, а Ченг Ят рыкнул:
— Я же сказал: хватит!
Однако Юань его не послушался. Этот человек любил потрепаться.
— Умная женушка. Но, может, ты не в курсе моих дел. Думаешь, я только у вас покупаю? Разумеется, ты так не думаешь. С чего бы? Если у человека много гусей, зачем ему менять целое стадо на одинокого лебедя? Конкуренция — это хорошо! Позволяет сдерживать цены, и я говорю не только про ваши прелестные чаши.
— Прости! — буркнул Ченг Ят.
— За что? У тебя умная жена. Даже слишком умная, ха! Просто ей надо понять, как все работает. — Он метнул на меня взгляд. — Видишь эту лавку? Сколько серебра мне, по твоему мнению, приходится давать на лапу чиновникам, чтоб они закрыли глаза на мои дела? Вы сюда приезжаете пару раз в год и проблем не знаете. Но хотите здесь базироваться? Что ж! Только представьте, что Тайоу кишит бандитскими кораблями. Ай-я! Чтобы купить столько чиновников, всех денег не хватит — у вас так точно!
Он ясно дал понять, что разговор окончен — по крайней мере, тот разговор, который завела с ним я. Ему было что сказать, но не мне. После неловкой паузы торговец снова наполнил кубки для себя и Ченг Ята, поднял свой и сказал:
— Друг мой, возможно, мы в последний раз с тобой выпиваем.
— Мне жаль. Я велел ей держаться подальше от моих дел. Его дел?!
— Она тут ни при чем, — отмахнулся Юань. — Я собирался поднять этот вопрос раньше, друг мой. С сожалением должен сказать, что отношения между нами могут измениться.
— О чем ты толкуешь?
— Видишь ли, есть одно небольшое дельце… хотя и не такое уж небольшое. — Он допил вино и отодвинул кубок в сторону. — В последнее время Тайоу гудит, как улей. Пошли разговоры о создании собственного флота. Но не такого, как предлагает твоя женушка, а для обороны. От тебя.
— Какого черта? — удивился Ченг Ят.
Юань покачал головой и втянул носом воздух.
— Слишком много налетов. Подожди, прежде чем сказать хоть слово. Я рассказываю тебе это, потому что ты честный человек. Я тебе доверяю. Буквально пятнадцать-шестнадцать дней назад на местного рыбака напали пираты — не вы, как я понимаю. Получили выкуп, но все же похитили троих мужчин и его племянницу, симпатичную девушку. Буквально через два дня другие пираты захватили корабль рыбака и потребовали выкуп. Его жена не смогла удержать язык за зубами — боюсь, это свойственно женам. Они зарезали бедную женщину и украли добычу мужчины.
— Это были не мы. Я не могу нести ответственность за… — А с одним моим знакомым случилось кое-что похуже…
Да, мы конкуренты, я не пожелаю ему такого. Он приобрел товар у пирата по фамилии Ло. Знаете его? — Ченг Ят и казначей пожали плечами, а Юань продолжил: — Все просто, заметьте. Мой друг решил перепродать товар, но по пути другая банда угнала его судно, забрала товар, убила капитана. А потом, как ты думаешь, куда заявилось это собачье отродье, чтобы сбыть краденое? В лавку этого моею знакомого? Вор получил нож в почку, но товар так и не вернули. Достаточно? У меня есть еще истории, если хотите.
Ченг Ят ничего не сказал. Это было не наших рук дело, но мы знали, что такие вещи случаются все чаше. Мы же сами отбивались от бандитов.
Юань вздохнул:
— Теперь не так, как раньше. Слишком много пиратов, за всеми не уследишь, наперегонки торопятся украсть наши товары. И, честно говоря, товаров тоже слишком много. Это влияет на цены.
— Ты винишь меня? — проворчал Ченг Ят.
— Я слишком давно знаю вашу семью. Ни один Ченг не опустится до того, чтобы обмануть меня, так ведь?
Мой муж фыркнул.
— Друг мой, предательство не в твоем характере. И не в моем, — подчеркнул Юань.
— Тогда к чему твои байки?
— Мне нужно, чтобы ты распространил эти сведения. — Торговец, шатаясь, поднялся и указал на дверь. — Передай каждой вороватой водяной крысе, которые шуруют по всем углам до адских глубин, что, если налеты не прекратятся, всем вам скоро будет труднее попасть в Тайоу, чем проникнуть в сморщенную «пещеру» вашей бабушки.
На пути из Тайоу мы с мужем не на шутку сцепились. Он был потрясен обвинениями Юаня и угрозами в наш адрес. А еще его возмутило мое наглое вмешательство в торг.
Я пыталась убедить Ченг Ята последовать совету торговца и предупредить других пиратов, а он в ответ разозлился и заявил, что я могу приобрести собственную лодку и быть на посылках у моего нового напарника Юаня. Мы спорили, пока у меня не перехватило дыхание, и тогда я в одиночестве ушла на ют.
Мимо проплывал остров Тайюсан: гористый и бесплодный, с воды он выглядел негостеприимным. На этом неприступном острове жена Ченг Чхата мечтала провести последние дни в какой-то уединенной бухте, которую она мне описала, но так и не назвала. Именно туда мы и направились, и там нас ждал остальной флот. Это место Ченг Ят помнил с детства: отец привозил его туда навестить дядю и двоюродного брата. Как мне рассказали, на склонах холмов полно семейных могил клана Ченг. Теперь я уже знала название бухты и безопасной якорной стоянки: Тунгчунг.
Мы обогнули мыс, когда солнце спряталось за крутые холмы, и я поняла, что Тунгчунг может стать идеальным убежищем для пиратов. Вокруг стена крутых холмов, вход частично скрыт от моря островком сразу за устьем. И все же что-то здесь было не так. Запах, который я приняла за дым от костра, превратился в безошибочно узнаваемый тяжелый дух горелого дерева. Чуть дальше нам встретилась почерневшая джонка, затем еще одна. На полпути через бухту руль, точно флаг, торчал над опрокинутым корпусом.
Остальной флот теснился у южной оконечности. Нам навстречу мчался сампан, и один из командиров эскадрильи Ченг Ята кричал, как сумасшедший, перевешиваясь через борт. Как оказалось, вчера их застигла врасплох другая банда пиратов.
— Кто? — спросил Ченг почти шепотом.
Командиру эскадрильи подали мешок, и он за косицу вынул оттуда отрубленную голову — Знаешь его?
Ченг Ят вгляделся в сморщенное лицо и покачал головой.
— Увези его подальше и похорони со всеми почестями. Не хочу, чтобы в моей гавани появился призрак [72] .
Остаток вечера муж молился в одиночестве у алтаря и никого не принимал. Я принесла ему еду и чай, но он отказался и от того, и от другого. Правда, разрешил мне остаться в каюте: я могла наблюдать за ним или лечь спать, но говорить мне не дозволялось.
72
Считалось, что души убитых, особенно тех, кто получил увечье, превращаются в призраков, которые не могут найти покоя.
Наконец ближе к полуночи Ченг Ят погасил лампу и присоединился ко мне на циновке. Кожа у него была холодной, сердце билось чаще обычного. Наконец он протяжно вздохнул и сказал:
— Пора созывать командующих флотами.
ГЛАВА 27
СЛЕТ
Далеко на крутом склоне позади Тунгчунга до лета оставался еще месяц, но солнце уже припекало плечи, даже камни на тропинке как будто вспотели.
— Мне нужен отдых. — Я присела на валун под низким корявым деревом.