Чтение онлайн

Обычно я и не спал ни с кем больше одного, ну или от силы двух раз. Лишь Лили была исключением. Она знала толк в этом деле, и никакой адекватный мужчина не отказался бы от такой любовницы.

После того, как Лили поправила свою одежду и с невинным лицом покинула мой кабинет, аромат ее приторно сладких духов продолжал настойчиво резать мое обоняние. Скорее всего, эти мерзкие духи ей подарил Тейлор, только у него мог быть такой отвратный вкус на парфюмерию. Я сделал еще один глубокий вдох, перевел свой взгляд на бутерброды, оставленные надоедливым Тони, и понял, что больше не мог сдерживать тошноту. Я схватил мусорное ведро, и меня начало рвать.

Спустя несколько минут, освободив свой желудок, я, пошатываясь и придерживая живот, мышцы которого еще продолжали содрогаться, распахнул окно и глубоко вдохнул холодный свежий воздух. Дождь на улице не собирался утихать, но, находясь в кабинете, он не раздражал, а наоборот, освежал. Сделав пару глубоких вдохов, мне стало немного легче, и я сел на подоконник, закурив сигарету. Голова соображала туго, но, чтобы не уснуть, я взял папку с материалами по новому делу и попытался вникнуть во все имеющиеся данные.

Открыв папку, первым делом я обратил внимание на фото. С него на меня смотрела симпатичная молодая девушка. Даже очень симпатичная. Каштановые волосы, карие глаза. Я аккуратно провел пальцем по фото. Мне всегда было жаль, когда погибали молодые люди, у которых впереди была целая жизнь. Отогнув фотографию, я начал знакомиться с жертвой. Ее звали Линда Ройс, ей было всего двадцать девять лет. Супруг Дэвид, тридцать пять лет. Обычная молодая семья. Женаты четыре года, детей нет. Ниже я просмотрел информацию об их работе, образовании. Скукота. Я пересел за компьютер, и начал просматривать их соцсети. В наше время найти любого человека было не сложно. Главное – знать имена и фамилии и город проживания. Соцсети со временем стали более информативными и полезными для полиции. На странице Линды я нашел много фото. Фотографии с мужем из нескольких отпусков и куча селфи. Что ж, с такой внешностью она могла себе позволить фотографироваться. Чуть больше четырехсот друзей в ее аккаунте.

Через нее же нашел ее мужа. У Дэвида страница была определенно поскромнее: около ста друзей и пара десятков фотографий, и почти все фото были с Линдой. Поморщившись от слащавости, я вернулся на страницу к погибшей, зашел в список друзей и прокрутил их, надеясь там увидеть какого-нибудь типа криминального вида: лысого и в татухах.

Спустя час на почту мне прислали историю операций с телефона убитой Линды за последние месяцы. Звонки мужу, родителям, частые звонки на номера, зарегистрированные на женские имена, которые, скорее всего, были подругами. Стоило бы проверить все имена, но я оставил эту нудную работу Тони, он такое любил.

Я и сам не заметил, как вдруг в животе заурчало, и мои руки сами потянулись к бутербродам.

– Тебе полегче? – не поворачиваясь ко мне, спросил Тони, выезжая с обочины.

– Да, нормально, поехали, – быстро бросил я в ответ, открыл окно автомобиля и закурил. – Слушай, спасибо за бутерброды, – неуклюже добавил я.

Тони ничего не ответил и лишь самодовольно улыбнулся.

– Что узнал от мужа погибшей? – постарался я перевести тему.

– В общем, двадцать четвертого апреля, в пятницу, Линда Ройс собиралась отправиться к родителям. Последний раз он разговаривал с ней по телефону в обед. Ничего странного и подозрительного она не говорила. Дэвид Ройс вернулся домой после работы полседьмого, и Линды уже не должно было быть дома. Весь вечер он провел дома, никуда не выходил. С утра ему позвонили обеспокоенные родители Линды, так как не встретили дочь с поезда. Они выяснили, что Линда купила билет через интернет, но в поезд не села. После чего мистер Ройс написал заявление в ближайшем полицейском участке. Вечером поиски не увенчались успехом, и их приостановили на ночь. С утра в воскресенье тело было найдено в старом парке недалеко от вокзала. При нем не было ни сумки, ни документов, ни телефона. С прошлой недели льют дожди, поэтому я не уверен, что там можно обнаружить хоть какие-то следы. Самое интересное: я заехал на вокзал и выяснил, что она зачем-то сдала в камеру хранения багаж с вещами. В сумке лежали ее личные вещи: одежда, белье, принадлежности гигиены. Я просмотрел камеры вокзала. Она пришла одна, выглядела спокойно. Сняла ячейку в камере хранения, положила туда вещи и вышла в сторону парка, где, собственно, и нашли ее тело.

– Значит, у мужа нет алиби? – задумчиво спросил я, прищурив глаза.

– Да, но и нет мотива. Я опросил некоторых соседей, что были дома. Они сказали, что семья была благополучной, никаких скандалов они никогда не видели и не слышали.

– Хорошо, у мужа есть какие-либо подозреваемые?

– Нет, он в растерянности. Дал мне контакты родителей, я с ними уже связался. Последний раз Линда связывалась с ними за час до поезда, на который должна была сесть. Говорила, что собрала сумки и собирается на вокзал. Больше ничего.

– Друзья, работа? – продолжал я вникать в дело.

– Один из соседей сказал, что они тесно общалась с девушкой из дома напротив, некой Кэти Остин. Ее не было дома, когда я приходил, надо будет заглянуть к ней вечером. Линда нигде не работала, ее муж достаточно зарабатывает, поэтому его жена большую часть времени была домохозяйкой. Иногда от скуки подрабатывала где-то, только чтобы развлечь себя, но обычно ее хватало на месяц-другой. Последнее место работы – небольшой цветочный магазинчик, но она оттуда ушла еще четыре месяца назад. Насколько знает мистер Ройс, врагов и недоброжелателей у нее не было.

– У этих домохозяек вечно от скуки сносит крышу, и они ввязываются в какое-нибудь дерьмо, – недовольно произнес я.

– Давай не будем делать поспешных выводов, Леннокс, – попытался упрекнуть меня Тони.

– Хорошо-хорошо, – я поднял руки в знак согласия.

– Слушай, Джеймс, сегодня мне надо будет освободиться пораньше – у Люси день рождения, и мы хотели сходить куда-нибудь поужинать, – Тони выдержал недолгую паузу и чуть тише добавил: – И я хочу сделать ей предложение.

– Ого, так скоро. Вы же живете вместе всего… сколько? Лет десять? – с сарказмом сказал я.

– Заткнись, Леннокс, – Тони начал смеяться. – Мы вместе всего семь лет. Да, надо было сделать это давно, но я нерешительный. Немного.

– Немного-о-о, – протянул я. – Нюня ты, а не нерешительный.

Я поднял свой взгляд на него и широко улыбнулся своей шутке. Тони лишь усмехнулся в ответ.

– Сейчас мы съездим на место, где нашли тело, а после съездишь один к этой соседке? – не обращая внимания на мои слова, спросил Тони.

– Это без проблем, когда речь идет о женщине. А она симпатичная? – приподняв бровь, спросил я.

– Леннокс, – устало вздохнул Тони. – Откуда мне знать? Ее надо опросить, а не клеить.

– А если она начнет меня клеить? – издевательски продолжил я.

– Надеюсь, ей лет под шестьдесят, и надеюсь, она начнет тебя клеить, – засмеялся он.

– Фу, Тони, – я откинулся на спинку пассажирского сидения и отвернулся в окно. – Хотя, знаешь…, – задумчиво произнес я. – Была у меня одна дама как раз лет так шестидесяти, горячая штучка…

– О нет, прекрати, я не хочу ничего знать об этом! – пытаясь сдержать смех, крикнул Тони.

– Она сняла с меня штаны, сняла свою вставную челюсть …

– Да чтоб тебя, – смеясь, выругался Тони и резко добавил громкости на магнитоле так, чтобы не слышать меня.

Мы тщательно осмотрели место преступления, но ничего полезного не нашли. Учитывая, какие дожди беспрестанно лили последние дни, неудивительно, что были смыты все возможные следы и, соответственно, наши надежды на скорое раскрытие преступления. Разочарованные, мы сели обратно в машину Тони, и он отвез меня к дому подруги жертвы.