Девушка из службы доставки
Шрифт:
— Я никогда в жизни не влюблялся в девушку из службы доставки.
Все замолчали. Вокруг нас все орали и свистели, когда новый всадник садился на быка. За нашим столиком все смотрели то на меня, то на Райана. Почему? Я была не совсем уверена. Очевидно же, что он не влюблен в меня. Мы ведь только познакомились. Мне будет все равно, если его палец останется не загнутым. Да мне вообще все равно.
«Черт возьми, мне не все равно», — думала я в тот момент, когда рука Райана дернулась. Его палец двинулся так, как будто он собирался его загнуть. И сделать это он собирался лишь для того, чтобы избежать неловкой ситуации и спасти меня. Я решила, что мне не нужен палец, загнутый из жалости, поэтому я вступила:
— Ну, все мы прекрасно понимаем, что мои пальцы не сдвинутся с места, — сказала я и вежливо улыбнулась Лоуренсу. — У моего папы в штате есть просто фантастические девушки, но я не по этой части.
Смешки за столом помогли немного разрядить обстановку, но, конечно же, неловкость осталась. Райан все еще мысленно метал кинжалы в брата. Лоуренс не обращал на это ни малейшего внимания, но Лилия все видела. Одними губами она сказала: «Мне жаль» и попыталась поймать своего жениха за руку:
— Пойдем-ка, приятель, — позвала она. — Кажется, тебе нужно прилечь.
Он попробовал схватиться за нее, но промахнулся и вместо руки схватил Лилию за грудь.
— Отлично, — сказала она. — Кто-то распустил руки. Вот, попей воды.
— Мы все еще играем, — сообщил Райан, сжав зубы. — Никто не в обиде.
— Райан, пожалуйста, забудь об этом, — пробормотала я. Мы сидели достаточно близко, чтобы другие не услышали нас, но поскольку все смотрели только на нас, мои слова можно было прочитать по губам. — Это его мальчишник. Он имеет полное право злоупотреблять своим положением. Забудь об этом. Оставь свой палец. Боксер ты не против продолжить?
— Я никогда в жизни не влюблялся в девушку из службы доставки, — фыркнул Боксер. — Мне нравится.
Райан повернулся к Боксеру:
— Ты издеваешься, Боксер?
— Райан… — Я накрыла рукой руку Райана, но это лишь привело его в движение.
Он загнул палец. Вообще, он загнул все пальцы, кроме среднего. Затем он повернулся ко мне, и я кое-что заметила в его глазах — похоть, тоска, желание, что бы это ни было, это привлекло нас к друг другу, — а под всем этим я увидела что-то большее. Это была не любовь, слишком рано для этого, но, возможно, это дружба.
Мне не удалось дольше анализировать, что же там таилось в этих прекрасных карих глазах, потому что Райан наклонился ко мне, я уловила запах мятной жвачки, затем положил руку мне на затылок и поцеловал меня. Он целовал меня перед всеми жарко, страстно, так, что Лилия вздохнула.
Когда Райан отстранился, у него на лице была самодовольная улыбка, он осмотрел всех за столом. После чего обнял меня за плечи, прижал к себе и ухмыльнулся:
— Кто хочет продолжить игру? У меня еще остались один или два пальца.
Лилия выдохнула:
— Меня никогда в жизни так не целовали! Черт. Пошли, Лоуренс. Мы едем домой. Ты должен протрезветь и поцеловать меня так же.
— Как «так»? — Лоуренс смотрел куда-то между мной и Райаном и не мог сосредоточиться на чем-то одном.
— Ты права. — Райан встал и потянул меня за собой. Его рука скользнула по моей попе и аккуратно сжала ее. — Уже пора по домам. Томми, ты можешь отвезти ребят домой? Мы доберемся сами.
Глава 27
Райан
— Я бы никогда не осмелился зайти в это место один. — Я опрокинул в себя еще один тако и помолился, как бы мой желудок завтра не взбунтовался. — Как тебе это?
Энди засмеялась, от звука ее смеха я помимо воли улыбнулся.
— Мой папа всегда был большим гурманом в еде, ну, прежде чем это стало модно. Я знаю, что «Перетти» не кажется таким уж фантастическим местом — это не так, на самом деле — но папа уделяет большое внимание еде. Он много лет работал над соусом для пиццы, пока не вышло идеально.
— Мой брат рекомендовал пиццерию твоего отца, — сообщил я. — Вот, как я ее выбрал. Согласно Лоуренсу, это жемчужина в мире пиццы Лос-Анджелеса.
— Мы получаем продукты от местных поставщиков, — довольно сказала Энди. — У нас есть постоянные клиенты. Наша пиццерия не так уж знаменита, но мы всегда стараемся, чтобы наши клиенты были довольны тем, что мы доставляем. Мой папа может быть в какой-то мере тупым и может казаться слишком эмоциональным — ему нравится играть вспыльчивого итальянца — но на самом деле он очень милый. Ему не все равно. Он делает это от души.
Слушать, как она говорила о своей семье — одновременно увлекательно и душераздирающе. То, с какой любовью Энди рассказывала о папе, показывало ее любовь и связь с семьей. Хотя она мало об этом рассказывала, но я чувствовал, что девушка очень скучает по своей маме. Черт, это так несправедливо, что она потеряла кого-то важного.
Моя собственная семья была очень дружной, хотя мой брат иногда бывает полным придурком. У меня просто великолепные родители, настоящие, и я даже представить себе не мог потерю мамы, как это произошло с Энди. Когда мой брат не пьяный мудак, он тоже может быть порядочным — этот вечер не в счет. Я все еще злился на него за то, что он сделал сегодня со мной и Энди.
К счастью, она нормально на все отреагировала. После того, как мы загрузили Лоуренса и остальных в машину Томми и отправили всех домой, я предложил Энди сходить перекусить куда-нибудь. Она хорошо ориентировалась в этом районе, поэтому позвала пойти поесть тако.
Я люблю тако, но даже представить себе не мог, что мне понравится тако из тележки. Правда, я не шучу — прямо на улице за тележкой стоял небольшого роста человечек и переворачивал на гриле мясо и другие штуки, напоминающие еду. И если бы мне пришлось угадывать, как подхватить сальмонеллу, я бы предположил, что достаточно лишь вдохнуть аромат масла, на котором все это жарилось.
Но Энди настаивала, что тако здесь великолепный, она всегда приходит сюда после шоу, и еще ни разу ей не было плохо. Откусив один кусочек от тако, я понял, что пропал.
— Если завтра я заболею, — сказал я Энди, глотая наивкуснейший тако, — то это стоило того, ну... почти.
Она снова рассмеялась и украла один тако у меня из коробочки. Я наклонился, чтобы откусить кусочек, но она в самый последний момент переместила тако и положила его себе в рот... весь. Я взял ее за талию, нежно провел рукой по ее прекрасным бедрам, пока она дразнила меня своими губами.