Чтение онлайн

– Блумквист… я подвезла вас просто из любезности. Вы ничем не рискуете.

Микаэль ничего не ответил, предпочитая подождать с оценкой ситуации, пока не поймет, о чем идет речь. Она набрала код парадной, после чего они поднялись на лифте на четвертый этаж, к квартире, на которой значилась фамилия Мартинссон.

– Мы просто одолжили эту квартиру для сегодняшней встречи, – объяснила она, открывая дверь. – Направо, в гостиную.

Первым Микаэль увидел Торстена Эдклинта, что было неудивительным, поскольку Служба безопасности самым непосредственным образом замешана в развитии событий, а Эдклинт являлся начальником Моники Фигуэролы. То, что начальник отдела по охране конституции потрудился его сюда доставить, свидетельствовало о том, что кто-то явно забеспокоился.

Потом он увидел возле окна еще одного человека, повернувшегося к нему, и при виде этого лица Микаэль удивился. Министр юстиции. Затем до него донесся какой-то звук справа, и Микаэль увидел, что из кресла поднимается человек с до боли знакомым лицом. И на то, что Моника Фигуэрола привезет его на конспиративную вечернюю встречу с премьер-министром, он никак не рассчитывал.

– Добрый вечер, господин Блумквист, – поздоровался премьер-министр. – Простите, что мы пригласили вас на эту встречу, не предупредив о ней заблаговременно, но мы обсудили ситуацию и сошлись на том, что нам необходимо с вами побеседовать. Могу я предложить вам кофе или что-нибудь из напитков?

Микаэль огляделся и увидел обеденный стол из темного дерева, загроможденный стаканами, чашками из-под кофе и остатками бутербродов. Должно быть, они сидят тут уже несколько часов.

– Минеральную воду, – сказал он.

Моника Фигуэрола налила ему воды. Все расселись на диванах и креслах, а она осталась где-то на заднем плане.

– Он опознал меня, знал, как меня зовут, где я живу, где работаю и даже что увлекаюсь спортом, – сказала Моника Фигуэрола.

Премьер-министр поспешно взглянул на Торстена Эдклинта, а потом посмотрел на Микаэля Блумквиста. Микаэль вдруг понял, что у него сильная исходная позиция. Премьер-министру от него явно что-то нужно, но он, скорее всего, представления не имеет о том, что Микаэлю Блумквисту известно, а что нет.

– Просто стараюсь следить за действующими лицами этой каши, – непринужденно сказал Микаэль.

Дьявол, еще блефовать с премьер-министром.

– А откуда вы узнали имя Моники Фигуэролы? – поинтересовался Эдклинт.

Микаэль покосился на начальника отдела охраны конституции. Он представления не имел, что побудило премьер-министра устроить с ним тайную встречу на снятой квартире, но испытал прилив вдохновения. Вырисовывалось не так уж много вариантов развития событий. Запустил машину Драган Арманский, сообщив информацию какому-то доверенному лицу, а им, вероятно, оказался Эдклинт или кто-то из его ближайшего окружения. И Микаэль рискнул.

– С вами беседовал один наш общий знакомый, – сказал он Эдклинту. – Вы поручили Фигуэроле выяснить, что происходит, а она обнаружила, что несколько активистов СЭПО занимаются незаконным прослушиванием, залезают ко мне в квартиру и так далее. Следовательно, вы убедились в существовании «Клуба Залаченко». Вы так заволновались, что почувствовали необходимость дать делу ход, но какое-то время еще сидели у себя в кабинете, не зная, к кому вам следует обращаться. Потом обратились к министру юстиции, а тот – к премьер-министру. И вот мы здесь. Чего вы хотите?

Микаэль говорил таким тоном, будто имел в СЭПО надежный источник и следил за каждым шагом Эдклинта. Когда глаза Эдклинта расширились, он понял, что блеф сработал. И продолжил:

– «Клуб Залаченко» шпионит за мной, я шпионю за ними, вы шпионите за «Клубом Залаченко», а теперь уже премьер-министр не на шутку рассержен и обеспокоен. Ему ясно, что в конце пути его ждет скандал, которого правительство, возможно, не переживет.

Моника Фигуэрола вдруг улыбнулась, но скрыла улыбку, подняв стакан с минеральной водой. Она поняла, что Блумквист блефует, и догадалась, как ему удалось выяснить ее имя и размер обуви, чтобы теперь поражать своей осведомленностью.

«Он видел меня в машине на Бельмансгатан. Он чрезвычайно осторожен. Запомнил номер машины и вычислил меня. А остальное – догадки», – подумала она, но промолчала.

Зато у премьер-министра сделался озабоченный вид.

– Значит, вот что нас ждет? – спросил он. – Скандал, который свергнет правительство?

– Правительство меня не касается, – ответил Микаэль. – В мои служебные обязанности входит разоблачать дерьмо типа «Клуба Залаченко».

Премьер-министр кивнул.

– А моя работа заключается в том, чтобы руководить страной в соответствии с конституцией.

– Следовательно, моя проблема в высшей степени является проблемой правительства. Но не наоборот.

– Давайте перестанем ходить по кругу. Почему, как вы думаете, я организовал эту встречу?

– Чтобы выведать, что мне известно и что я собираюсь делать.

– Отчасти верно. Но, точнее говоря, мы попали в конституционный кризис. Позвольте мне прежде всего заявить, что правительство не имеет к этому никакого отношения. Нас буквально застали врасплох. Я никогда не слышал об этом… о том, что вы называете «Клубом Залаченко». Министр юстиции тоже ни слова не слышал. Торстен Эдклинт, занимающий в ГПУ/Без высокий пост и проработавший в СЭПО много лет, также абсолютно не в курсе.

– Это по-прежнему не моя проблема.

– Я понимаю. Мы хотим знать, когда вы намерены опубликовать свою статью и желательно – что именно вы собираетесь написать. Я просто задаю вопрос. Он не имеет никакого отношения к проверке вредных последствий.

– Нет?

– Блумквист, самое глупое, что я мог бы сделать в создавшейся ситуации, это попытаться повлиять на содержание вашей статьи. Вместе с тем я намерен предложить вам сотрудничество.

– Объясните.

– Когда подтвердилось существование заговора в исключительно деликатной части системы государственного управления, я распорядился провести расследование. – Премьер-министр обратился к министру юстиции: – Не могли бы вы точно объяснить, в чем состоит распоряжение правительства?

– Все очень просто. Торстен Эдклинт получил задание незамедлительно выяснить, имеются ли доказательства. Он должен собрать информацию и передать ее генеральному прокурору, задачей которого, в свою очередь, является решить, следует ли возбуждать дело. То есть инструкция предельно четкая.

Микаэль кивнул.

– Сегодня вечером Эдклинт доложил, как продвигается расследование. Мы имели долгую дискуссию о вещах конституционного характера – нам, разумеется, хочется, чтобы все делалось в соответствии с законом.

– Естественно, – сказал Микаэль тоном, дававшим понять, что он абсолютно не верит заверениям премьер-министра.

– Расследование находится сейчас в деликатной стадии. Нам пока еще не удалось установить, кто именно в этом замешан. На это требуется время. Поэтому мы и послали Монику Фигуэролу пригласить вас на наше совещание.

– Она с этим прекрасно справилась. Особого выбора у меня не было.

Премьер-министр нахмурил брови и покосился на Монику Фигуэролу.

– Забудьте, – сказал Микаэль. – Она действовала безупречно. Чего вы хотите?