Чтение онлайн

Весь следующий день Мария проспала, а когда очнулась, Викторйя вновь подлила ей в чай лекарство.

Мария стала бредить, у нее начались галлюцинации.

Обеспокоенная ее состоянием, Камила решилась еще раз поговорить с матерью без обиняков:

— Мама, почему вы подвергаете тетю таким страданиям?

— Как ты смеешь со мной говорить в подобном тоне! — рассердилась Виктория. — Что ты вбила себе в голову? Я лишь даю Марии то лекарство, которое ей прописал врач.

— Но тетя была совершенно здоровой, а от этого лекарства она стала бредить! — стояла на своем Камила. — Простите меня, мама, но, по- моему, вы… вы мстите своей сестре!

— Я вижу, болезнь Марии заразительна: ты тоже бредишь.

— Дай Бог, чтоб я ошибалась, — сказала Камила. — В любом случае прошу вас, мама, — вспомните, что тетя — ваша сестра, которую вы когда-то горячо и нежно любили!

Милагрос постучалась в дом Катриэля как раз в тот момент, когда он — в образе князя — и Синтия собирались ехать к Линчам.

— Простите, мне нужно повидать Катриэля, — смущенно молвила она.

— Его нет дома, — ответил Браулио, бросив растерянный взгляд на хозяина: «Ну же, подскажи, как мне быть дальше!»

Тот, однако, предпочел спастись бегством:

— Очень жаль, что мы не застали Катриэля. Передайте ему привет, — сказал он Браулио. — Пойдем, Синтия!

— Это была она? Милагрос? — догадалась Синтия. — Я поняла все по твоему волнению. Ты любишь ее!

— Нет! Это совсем другое: во мне говорит только злость и обида.

— Но что ей от тебя нужно? Зачем она. приехала? — не унималась Синтия.

— Меня это не интересует. Я слышать о ней не хочу! — ответил Катриэль раздраженно.

Синтия украдкой вздохнула. Больше она не заводила речи о Милагрос, давая возможность Катриэлю хоть немного успокоиться перед важной беседой с Гонсало Линчем.

В тот вечер Гонсало наконец показал князю документы на «Эсперансу».

— Я не сомневаюсь, что тут все в порядке, — сказал тот, — но все же хотел бы, чтоб на эти бумаги взглянул мой адвокат. Поймите меня правильно.

— Очень хорошо вас понимаю, вы поступаете как всякий истинно деловой человк, — не стад возражать Гонсало.

Простившись с ним, Катриэль завез бумаги Асурдую. Синтия подождала его в экипаже.

— Поедем ко мне, — сказала, она. — Тебе не стоит сейчас спешить домой. И вообще — давай поженимся! Завтра же! Так ты гораздо быстрее сможешь забыть ее.

— Нет, Синтия, — твердо ответил Катриэль. — Ты не заслуживаешь того, чтобы я или кто-то другой женился на тебе без любви. Ты достойна лучшей участи — быть любимой и желанной!

Домой он возвращался в сильном волнении. Зачем к нему приходила Милагрос? Наверняка она сказала это Браулио. Может, у нее случилось какое-то несчастье, а он, Катриэль, оттолкнул ее, даже не выслушав..

Однако, войдя в дом он вновь увидел там Милагрос.

— Я уговорил ее дождаться тебя, — сообщил Браулио. — Она мне все рассказала, и, думаю, ты тоже сможешь понять ее.

— Я никогда не смогу понять того, что она сделала, — отрезал Катриэль.

— У меня не было выбора! — воскликнула Милагрос. — Анибал угрожал мне!

— А как же он тебя сейчас отпустил? Ему надоела его игрушка? — язвительно спросил Катриэль.

— Анибал мертв.

— Ах, вот в чем дело! Теперь понимаю: я должен утешить скорбящую вдову?

— Перестань, Катриэль! Анибал грозился убить тебя. Поэтому я так поступила.

— Значит, ты спасла меня? А я, по-твоему, не способен был постоять за нас обоих? Ты считаешь меня трусом, ничтожеством!

— Нет, Катриэль, нет! Я только хотела спасти тебя.

— Но в итоге сама убила меня, оборвала мою жизнь! Я никогда не смогу простить тебе той циничной лжи, того демонстративного поцелуя. Уходи, Милагрос, уходи!

Она вновь попыталась объяснить ему, что ни¬кого, кроме него, не любит и не любила, но Катриэль был непреклонен.

И Милагрос ушла, пообещав напоследок:

— Больше вы никогда обо мне не услышите, князь!

На следующий день «князь» и Синтия вновь были у Линчей.

— Ваши документы в полном порядке, — сказал князь Гонсало. — Я поручил своему адвокату подготовить купчую на «Эсперансу».

Партнеры пожали друг другу руки и подняли бокалы за успех предстоящей сделки.

Пока мужчины беседовали в кабинете гонсало, Виктория договорилась с Синтией, что та почитает стихи Камилы и, возможно, их опубликует. Камила отправилась в свою комнату за рукописью.

А Лусия пошла открывать дверь какому-то нежданному гостю, втайне надеясь, что это Августо.

Однако на пороге стояла… Милагрос.

— Здравствуйте, Лусия, — сказала она. — Я пришла поговорить с сеньорой Марией.

— Да как вам пришло такое в голову? — возмутилась Лусия. — Что вы о себе возомнили? Мама не намерена с вами разговаривать!

— И все же вы доложите ей обо мне, — вежливо попросила Милагрос.

— А я вам говорю: уходите отсюда! — в гневе закричала Лусия.

Этот крик услышали Гонсало и князь, вышедшие к тому времени в гостиную.

— Что здесь происходит? — пришел на помощь Лусии Гонсало.

— Эта бесстыжая посмела заявиться к нам в дом! — воскликнула Лусия, но Гонсало по-прежнему ничего не понимал, и тогда Виктория шепнула ему: «Это — Милагрос».

Князь тоже подошел поближе к двери, невольно сжимая кулаки.

— Ах, вот оно что! — молвил Гонсало. — Значит, вы и есть пресловутая Милагрос? Должен вас огорчить: мы не потерпим подобной женщины в нашем доме. Ваше присутствие для нас — оскорбительно! Так что уходите по-хорошему, пока я…